Весенние заморозки
Шрифт:
– Лорбаэн, постарайся все же осторожнее там, - попросил лучник.
– В городе мы не сможем тебя защитить. Если поймешь, что тебе угрожает опасность со стороны графа Гисса или Таларика - беги и не раздумывай.
Лорбаэн по пути рассказала Канту все, что случилось с ней накануне в городе. Лучник, которому по непонятым ею до сих пор причинам взбрело в голову выступить ее заступником перед арденами, вызывал у нее доверие. Она догадывалась, почему так, она устала никому не верить. Правильно сказал Сантор - им достаточно протянуть руку. Ей смертельно хотелось хоть за кого-то в этом мире зацепиться, спрятаться за широкую спину и почувствовать себя наконец в безопасности. Не по силам Лорбаэн в одиночку противостоять всему миру.
– Я постараюсь, Кант. Правда постараюсь. Спасибо тебе!
– она чмокнула лучника в щеку, у него округлились глаза.
– До встречи!
– Освети Лайта твой путь, дочка...
– пробормотал Кант ей вслед.
На первой же заставе ее задержали.
Лорбаэн и не надеялась, что Раник Эаскин и Таларик так просто оставят ее в покое. Но отряды алагоров, которые ей встретились на улицах, не проявили к девочке особого интереса. Она надеялась, что ей рано или поздно попадется кто-то из истонцев, но как назло никого из всадников равнин не было видно. А ведь должны были уже вернуться - обилие воинов в городе говорило, что армия успела выдержать битву с герцогом Илдингом и отступить в Дассиг, как и планировал Таларик.
С ней даже не стали разговаривать. Выкрутили руки, отобрали медвежью шкуру, вместо нее накинули простой плащ и довершили все это мешком, надетым на голову. Один из солдат приставил девочке к горлу кинжал и пригрозил, что пустит его вход, если она издаст хоть один звук.
Вели ее недолго. Перед порогом какого-то дома конвоиры остановились, посовещались и втолкнули ее внутрь. Дверь захлопнулась, девочка сдернула с головы мешок.
Она находилась в небольшой гостиной, которую раньше не видела. Кроме нее, в комнате были двое мечников. Один из них держал в руке кинжал.
– Веди себя тихо, девчонка.
– Что вам от меня нужно?
– Тебя желает видеть темник Таларик. Скоро он придет.
Во всей комнате был всего один стул. Лорбаэн села на него, скрестив ноги и сложив руки на груди. Она вляпалась, и никаких возможностей выбраться отсюда живой она не видела. Если бы ее успел заметить на улицах кто-то из истонцев, был бы небольшой шанс, что Таларик не осмелится ей ничего сделать. Но ее видели только алагоры.
Таларик появился довольно быстро, и не один. Следом в дом вступил граф Гисс, за ним вошли несколько мечников.
– Ага, вот и ты наконец, - удовлетворенно произнес темник.
– Ну рассказывай, где это тебя вчера носило.
Девочка посмотрела на темника, ожидающего ответа, и отвернулась.
– Ждешь, что я сам скажу, где ты была? Изволь. Ты встречалась с арденами, которые следят за нашим войском от самого моста через Катасту. И докладывала им о наших планах.
– Ты и сам все знаешь лучше меня!
– резко сказала Лорбаэн.
– Зачем тогда спрашиваешь?
– Возможно, я ошибаюсь, девочка. Раньше я считал, что ты пытаешься нам помочь. Что же изменилось за это время?
– Нечего ее спрашивать, Таларик, - вмешался граф.
– Повесить ее, как шпионку, и всех дел. Тоже мне важность - какая-то девчонка.
– Если мы ее повесим, истонцы опять взбунтуются, ваше сиятельство. Забыли, что было в прошлый раз? Я хочу знать точно, что она делает в нашей армии, и почему до сих пор не сбежала. Если она шпионит, я смогу поставить Атранека Экмарена перед доказанным фактом.
– Как же ты это узнаешь, Таларик? Неужели ты способен пытать маленьких девочек?
– Она сама нам все расскажет, ваше сиятельство. Без принуждения.
– Не дождешься!
– крикнула Лорбаэн.
Таларик нахмурился.
– Девочка, поверь - я не собираюсь ловить арденских разведчиков по окрестным лесам. Мне нужно только знать, имеешь ли ты возможность с ними встретиться.
– Постой-ка, Таларик, - граф Гисс наклонил голову набок и пристально посмотрел на своего темника.
– Зачем тебе это?
Она видела, что темник подбирает слова, прежде чем ответить. Его губы едва заметно шевелились.
– Разведчики Атранека Экмарена видели на реке эйторийский драккар, ваше сиятельство.
– Ну и что это для нас такого особенного значит?
– Это значит, что переправиться через Аррис обратно нам не удастся. Эйтории следят за рекой и второй раз ошибки не допустят.
– А разве я приказывал переправляться, Таларик?
– удивился граф Гисс.
– Чего ради? Ты так долго убеждал меня, что надо рискнуть и форсировать реку. Я принял твой план, и он оказался успешен. Вчера мы разгромили дружину герцога Илдинга. Следующий шаг очевиден. Надо выдвигаться к Скейру, договариваться с кассорийцами и осаждать город совместно с ними.
– Вас не смущает, ваше сиятельство, что ардены следят за нашей армией на большом удалении от Скейра? Казалось бы, все их заботы сейчас должны крутиться вокруг осаждающей столицу армии.
– Таларик, я говорил, помнится, что в Скейре может стоять очень большое войско.
– Вот именно, ваше сиятельство. За то время, пока мы находимся вдали от Скейра, ардены и эйтории могли успешно разбить кассорийцев в бою. И появление корабля эйториев только подтверждает этот факт. Я не удивлюсь, если путь в Скейр уже отрезан западной армией защитников.
Граф недоверчиво посмотрел на Таларика.
– Это ты только что догадался, темник? Или и раньше предвидел такой поворот событий?
– Я не знаю наверняка, ваше сиятельство. У нас нет точной информации, и до тех пор, пока ее не будет, выступать из Дассига на запад опасно. Впрочем, успели Старшие разгромить кассорийцев или нет, для нас это ничего не меняет. Надо уходить с севера. Это лучший из вариантов.
– Никуда мы не уйдем!
– вспылил граф.
– Прекращай демагогию, темник. Ты достиг невиданного успеха - так развивай же его. Я доверяю тебе вести мою армию в бой, но отступать я запрещаю. Думай, как действовать дальше, и отбрось сомнения. А эту девчонку - повесить прямо здесь. Если ты надумал с ее помощью замириться с арденами, то усвой раз и навсегда: никаких переговоров ни со Старшими, ни с миакрингами не будет. Это мой приказ.
Лицо Таларика отразило недолгую борьбу чувств внутри него. Затем он обернулся к графу Гиссу.
– Боюсь, ваше сиятельство, что ваши приказы больше не имеют силы.
– Что?!
– вскричал граф.
– Это измена! Стража, взять его!
Ни один из мечников даже не пошевелился.
Глава 10.
Дигбран. Сказание о рыцаре с молотом.
О разгроме на востоке стало известно среди ночи. Прискакал гонец от самого герцога, сообщил, что армии защитников больше нет. Остались тысяч пять из тех, что уцелели на левом фланге, и не больше трех тысяч из почти тьмы дружинников герцога, принявших удар южан, присоединились к ним позже. Все это побитое воинство спешно отступает к Последнему рубежу. Множество ополченцев разбежалось по лесам и деревням, собирать их никто и не думает.