Вид с крыши
Шрифт:
– Пьяная свинья! Подонок! Учти, я тебе не открою! Можешь не стучаться!
– И не подумаю! Иди спи!
Вероника услышала, как двери лифта открылись, затем снова захлопнулись, и тот протяжно и монотонно загудел, должно быть, везя своего пассажира на девятый этаж. Вероника припала к двери и даже перестала дышать. Получается, Элина поднялась наверх, а Алекс остался на первом этаже. Один, в холодном подъезде, пьяный. А Элина обещала его не впускать домой. Разве так можно? Послышался кашель, затем смачное ругательство. Вероника почувствовала, как где-то в горле колотится сердце, руки онемели. Что же делать?
... Вероника осторожно повернула замок. Тот щелкнул, а ее сердце гулко стукнуло внутри. Она сделала еще один оборот. Вновь щелчок, и вновь отозвалось сердце. Вероника медленно приоткрыла дверь. Тусклая лампочка в запыленном плафоне освещала коридор своим скупым грустным светом. Вероника, тихо ступая одетыми в шлепки босыми ногами, подошла к лестнице и посмотрела вниз. Алекс сидел на одной из нижних ступенек, согнувшись и уткнув голову в колени. Он не шевелился. Вероника стала спускаться. Но Алекс не поворачивался. Возможно, он просто не слышал ее шагов, а может, был настолько пьян, что ему было все равно, и он никак не реагировал. Вероника остановилась, не дойдя до него две ступеньки, и только тут заметила, что его плечи чуть подрагивают. Он плакал...
– Алекс...
– тихо позвала она. Но он, должно быть, не слышал ее. Тогда она попробовала позвать еще раз, чуть громче, - Алекс!
Парень вздрогнул и повернул голову. Вероника почувствовала, как сжимается все внутри. Зеленые слегка замутненные алкоголем и слезами глаза Алекса впились в нее своим цепким взглядом. На щеках были слезы. Он молчал. Веронике стало не по себе.
– Алекс...- беспомощно пробормотала она.
Алекс приподнял руку и махнул ею перед глазами, будто пытаясь убрать невидимый занавес. Может, он принял ее за мираж? Его взгляд вдруг ожил.
– Ника... Ника!
Алекс провел рукавом по щекам и попытался встать и развернуться, но с ногами сегодня он был явно не в ладу. Падая, одной рукой он вцепился в перила, а за вторую его подхватила, подскочившая к нему Вероника.
– Что... ты здесь делаешь?
– стараясь проговаривать слова как можно четче, с усилием произнес он.
– А ты?
Алекс постарался ухватиться за перила обеими руками, чтобы Вероника не держала его.
– Тебе тяжело... Отпусти...
– Нет. Ты упадешь!
– упрямо произнесла Вероника.
Алекс немного растерянно и удивленно посмотрел на нее.
– Ты всю ночь здесь провести собираешься? Ты же на ногах совсем не стоишь.
– Я...
– Я случайно услышала, как ты со своей девушкой отношения выясняешь. У вас это очень громко получалось. А потом... Может, тебя домой проводить?
– Нет... я лучше... здесь...
– Алекс с трудом произносил каждое слово.
– Ты с ума сошел?! В одной олимпийке?! Да ты воспаление легких заработаешь! Давай я тебя до квартиры провожу.
– Она... не откроет...
– Как это не откроет? Мало ли что вгорячах сказала! Не оставит же она тебя здесь!
– Она так делала уже...
– И где же ты ночевал?
– Вероника была шокирована ответом и смотрела на Алекса широко раскрытыми глазами.
– В гараже. А сегодня...
– Алекс выругался.
– Извини... Сегодня... ключи забыл...от гаража.
– Пойдем ко мне...
– Ника...
– Мамы не будет. Она только завтра вернется, да и то не с утра.
– Ника!
– Что?
– Я пьян...
Вероника внимательно посмотрела Алексу в лицо. Она ни за что не оставит его здесь одного, в таком состоянии. Ни за что!
– Тем более! Пойдем!
– Ника...
– Алекс, пойдем уже! А-то я тоже из-за тебя простужусь!
Эти слова возымели действие, и Алекс, опираясь одной рукой на плечи Вероники, а другой, как можно крепче, держась за перила, послушно стал подниматься на второй этаж.
Вероника с трудом дотащила Алекса до своей двери. Его шатало. И, хотя он и пытался опираться на перила и стены, его вес на своих плечах она ощущала очень сильно. Но вот они вошли, а лучше сказать, неуклюже ввалились в квартиру. Вероника захлопнула дверь, и Алекс, освободив Веронику, тут же привалился к этой двери спиной.
– Зря ты все это... Надо было мне ... там остаться... Я сейчас просто отрублюсь.
– Вот и хорошо. Отоспишься у меня, а не в холодном коридоре.
Через несколько минут Алекс благодаря заботе и старанию Вероники уже лежал на ее кровати, укрытый одеялом.
– Ника... спасибо...
– еле слышно пробормотал он.
– Все хорошо. Спи!
... Ночью Вероника проснулась от шума льющейся из крана воды в ванной. Послышались негромкие чертыхания. Веронику словно током пронзило: Алекс у нее дома! Она вскочила с дивана, на котором спала в гостиной, накинула поверх футболки длинную вязаную кофту (дома было прохладно) и несмело направилась к ванной. Дверь была не заперта. Она тихонько постучала.
– Алекс, с тобой все в порядке?
Через несколько мгновений парень появился в дверном проеме. С его волос капала вода.
– Я сейчас полотенце тебе дам!
– и Вероника кинулась в комнату за полотенцем.
Вытираясь, Алекс виновато произнес:
– Извини, я тебя разбудил. Просто меня мутить после выпивки стало... Не надо было мне соглашаться и к тебе идти, а-то еще с матерью проблемы будут... Я, пожалуй, пойду.
– Алекс, рано еще. Куда ты пойдешь? Иди лучше поспи еще.
– Я не усну. У меня голова трещит.
– Давай я тогда чай поставлю.
И Вероника отправилась на кухню, а Алекс послушно поплелся за ней. Он тяжело опустился на стул рядом с кухонным солом.
– Если можно, дай воды и таблетку аспирина.
Вероника отыскала в аптечке аспирин и поставила перед Алексом стакан воды.
– Я сейчас чай поставлю.
– Не надо... Ника...
Алекс вдруг взял ее за руку и, притянув к себе, уткнулся головой ей в солнечное сплетение, при этом обеими руками держа ее за локти. У Вероники перехватило дыхание.
– Алекс, что ты делаешь?
– едва выдохнула она.
– Ника, прости меня... Я дурак. И все время веду себя по-дурацки...
– Алекс, о чем ты?..
– Я хочу, чтобы было, как лучше, но у меня ничего не получается... Ничего.. Я все делаю не так.... Вот и сегодня я не должен быть здесь, ты не должна видеть меня таким, а я...
– Алёша...
– Это имя само вырвалось из груди Вероники. Она подняла руки и обхватила голову Алекса, крепче прижав его к себе.
– Не говори так. Тебе было плохо, и я захотела хоть как-то помочь...