Чтение онлайн

– А Элина куда-то уехала?

– Не совсем...

Голос Алекса изменился. Вероника забыла о своем смущении и вновь повернулась к нему.

– Что-то случилось?

– Она сейчас в милицейском участке... Я как раз оттуда возвращался...

Вероника приоткрыла от изумления рот и с выражением полного недоумения уставилась на Алекса.

– Ее сегодня ночью в клубе задержали с поличным при распространении наркотиков.

– Наркотиков?! Элину?!
– Вероника с трудом верила в услышанное.

– Мне позвонили сегодня рано утром, и я поехал в участок. Сказали, что пока все подробности выясняются. Но, что она, вроде как, уже привлекалась по делам, связанным с наркотиками. А здесь она с кем-то связалась. Должно быть, подзаработать хотела.... Я ничего не знал...

– Но за это же срок дают?

– Да...

– И как же ты теперь?

Странное и немного блаженное состояние невесомости полностью исчезло. Мысли начали путаться. Алекс опустил голову и молчал. Соня завозилась на руках у Вероники и начала хныкать.

– Может, она есть хочет?
– предположила Вероника, желая вывести Алекса из мрачной задумчивости. Он встрепенулся, поднял голову и озабоченно произнес:

– Я же со всеми этими делами за детским питанием забыл сходить! Тут немного осталось. Сможешь покормить? А я сейчас в магазин быстро сбегаю и нам, заодно, к чаю что-нибудь куплю.

Вероника кивнула и, взяв Сонину бутылочку, стала кормить девочку, а Алекс побежал в магазин. Через пятнадцать минут раздался звонок. Вероника, оставив Соню в кроватке, подбежала и, в полной уверенности, что это Алекс, открыла дверь.

На пороге стояла соседка Алекса, баба Тома.

– Ой, ты Вероника, кажется?

Вероника изумленно уставилась на бабку, которая своим мощным торсом загородила практически весь проход.

– Леша у меня одеялко Сонечкино оставил. Вот, возьми-ка. А сам-то он дома?

Алекс что, оставляет Соню у этой вредной тетки? Она же его на дух не переносит, как же она с его ребенком согласилась водиться?

– Нет...
– наконец, обретя дар речи, кое-как выговорила Вероника.
– Он в магазин пошел, придет сейчас.

– Он мне говорил, что какой-то знакомой из подъезда дочку оставлял. Это, должно быть, ты была?
– Баба Тома смотрела на нее проницательным взглядом.

Вероника кивнула. Соседка как-то незаметно вплыла в пространство квартиры, отодвинув Веронику назад, и притворила дверь.

– Ох, и с бабой ему не повезло, скажу я тебе! Такая стервожина. А на вид-то красавица писаная. Вот ведь и не влезешь в душу-то, не разберешься сразу. Я-то порадовалась за него сперва. Думаю, мать умерла, земля ей пухом, да парень-то хоть не один останется. А тут такое! Никакого ладу в семье нет! Один скандал! И все из-за нее, из-за змеюки этой. А Лешка-то парень хороший. Ох, хороший. Я благодарна ему как! Он нашего Митьку, внука моего, ведь спас.

Вероника широко распахнула глаза, совершенно не понимая, о чем идет речь.

– Эти бандиты-то местные совсем уж его к рукам прибрали. Сгинул бы мальчишка. А ведь школьник еще. Пропадать где-то стал, ходит сам не свой, грубый, злой. Потом уж выяснилось. Мать в слезы. А Лешка, храни его, Господи, помог. Поговорил там с этими как-то. И все, отстали от мальчишки-то! Отстали! Да, и не одного Митьку он так вытащил, знаю. Хороший парень, хороший!.. А ты, значит, Лешке с дитем водиться помогаешь, - после некоторой паузы задумчиво проговорила баба Тома, вновь посмотрев на Веронику слегка прищуренными внимательными глазами.
– Ну, что ж, может, оно и хорошо...

И с этими словами грузная соседка не торопясь развернулась всем своим телом и медленно выплыла за пределы квартиры, оставив Веронику размышлять над только что сказанным ею. И Вероника с замиранием сердца попыталась осознать то, что услышала, и связать с тем, что сказал Наташке ее парень Владик. Получается, что Алекс общался с теми бандитами, стараясь помочь Мишке или еще кому-то... Но долго размышлять у Вероники не получилось. Вернулся Алекс из магазина.

А потом в дверь снова позвонили. И на этот раз не баба Тома...

– Это твоя мама, Ника.
– Алекс произнес это тихо и очень спокойно, как нечто само собой разумеющееся. А Вероника почувствовала, как у нее похолодели руки. Но при взгляде на Алекса, от сердца отлегло. Он был спокоен и уверен в себе, и непонятным образом это состояние передалось Веронике. Она вновь подумала о том, что пока Алекс рядом, он всегда защитит ее. По-другому просто не может быть.

Алекс открыл дверь. Мать Вероники сразу же увидела ее.

– Не зря я подумала, что ты здесь!
– воскликнула она и добавила тоном, не терпящим возражений:

– Пойдем домой!

– Здравствуйте, тетя Алла, - вступил в разговор Алекс, которого мать Вероники, видимо, решила проигнорировать, как совершенно лишнее звено.

– Вероника, пойдем отсюда!

Вероника стояла в растерянности и смотрела в пол, не рискуя поднять на мать глаза.

– Послушайте, она пришла сюда, потому что хотела. И не стоит на нее давить. Она непременно вернется, когда посчитает нужным.

Мать Вероники обратила на Алекса взгляд, полный негодования и ненависти.

– Она не задержится здесь ни на минуту. Ей нечего здесь делать. И ты сам должен это прекрасно понимать. Она не может и не должна с тобой общаться. - Мать Вероники, не смотря на свою обычную эмоциональность, вдруг стала предельно спокойной. Она хладнокровно и четко излагала то, о чем думала и что считала нужным сказать. Веронике стало жутко от этого спокойствия.
– Ей всего семнадцать и она пока еще учится, а у тебя есть семья и ребенок. И для тебя только одного этого достаточно, чтобы обходить Веронику стороной.

Вероника заметила, как тень боли пробежала по лицу Алекса. Его невозмутимость поколебалась. Но это был всего лишь короткий миг. А Мать Вероники продолжала:

– Я не хочу, чтобы ты причинил какой-то вред моей дочери.
– Каждое слово она произносила четко, отделяя его от других, и давая понять, что для нее это непустые слова, и другим она тоже не позволит чувствовать их пустыми.
– Я не хочу, чтобы ты сделал ее несчастной.

И вновь боль исказила лицо Алекса, будто она была физической и очень сильной.