Чтение онлайн

– Уходим, – голосом, не терпящим возражений, отрезал Стивен.

Я находилась в прострации, смогла лишь кивнуть.

Ноги казались ватными, я с трудом поспевала за Рэтбоуном. Он обнял меня за плечи и повел к выходу. Вспомнила, как Стив также приехал за мной в бар и подрался. Вспомнила, употребляла тогда. Стала ли я сильнее?

Думать о его глазах. Нужно думать о его глазах. В голове будто карусель. Меня подташнивало. Я много выпила, испугавшись за свое самообладание. Следуя за Стивеном, периодически спотыкалась; содержимое бокала расплескалось по полу, и я оставила бокал на какой-то тумбочке. Стивен выглядел мрачно. Напряженный и хмурый, он повторял себе под нос: «я так и знал».

Первый этаж непривычно тихий, будто стрип-бар заброшен, а не на ремонте. Тусклые лампочки на полу лестницы – единственное освещение. Когда дошли до выхода, я остановилась около железной двери:

– Подожди, стой.

– Что? – отозвался Рэтбоун, стиснув мое запястье крепче. Ожидал, что я убегу назад, сорвусь, но я волновалась не за себя.

– Асоль, – тихо сказала я. – Она не сдержится. Она…

– О ней позаботится Джерад, – перебил Стивен, но его слова прозвучали неубедительно. – Теперь она с ним.

Я пропустила горькую усмешку, вспомнив лицо Андерсона минуту назад. Его накумаренное лицо. Музыка наверху, в лофте Эмилии и Джеймса, гремела, заставляя пол вибрировать. Я не сводила глаз со Стивена, опираясь о стену и пытаясь не обращать внимания на головную боль. Шаг – и я на улице, в безопасности. Шаг – и я наверху, могу получить дозу… То есть, помочь подруге.

Стивен поджал губы и кивнул, сдаваясь.

– Ладно, – сказал он. – Иди к машине. Я скоро вернусь.

На улице я не могла надышаться. Легкие с радостью принимали холодный ночной воздух, даруя облегчение изнуренному выпивкой, танцами и стрессом организму. Мысли прояснились, отступило головокружение. Сердце колотилось, вырываясь из грудной клетки, но паника отступила. Я подошла к черному «Nissan» Стивена и облокотилась на гладкую поверхность автомобиля. В одиночестве, на пустой парковке, я молилась – пусть всё обойдется…

Стивен пришел. Один.

– Где…

– Вырубилась. Джерад о ней позаботится, садись в машину. – Рэтбоун на ходу вытащил из кармана ключи и снял сигнализацию.

– Но, – я покачала головой и осталась стоять. Сомнения схватили за горло и мешали дышать. Никто здесь кроме меня не понимает, что сейчас чувствует Асоль и какой трагедией может обернуться ее нахождение на вечеринке. Асоль принимала дольше меня и находилась сейчас рядом с наркоманами. – Джерад не позаботится, – выдавила я сквозь слезы.

– Ари, в машину. Вечеринка окончена, – холодно сказал Стивен, теряя терпение. Утомленный, взвинченный, он думал хорошо провести время, отдохнуть, пообщаться. Как и я. – Они справятся.

Схватив меня за плечо, Рэтбоун открыл заднюю дверцу машины и втолкнул внутрь. Я упала на мягкое сиденье, на секунду потерявшись в пространстве. В глазах потемнело. К горлу подкатил ком – признак панической атаки.

– Нет, – у меня затряслись руки. – Без Асоль я не уеду, – вцепившись в дверцу, тем самым лишив Стивена возможности захлопнуть ее, я не сводила с Рэтбоуна глаз. – Пожалуйста. Твой друг не будет о ней заботиться. Он сам обдолбан.

– Ари.

– Стивен, вернись и приведи Асоль!

Огромных усилий стоило подняться на ноги. Тонкие шпильки лишали равновесия, хотя на каблуках мне обычно легко устоять. Прижимаясь спиной к дверце, чтобы вновь не оказаться внутри салона машины, я скрестила руки на груди, пытаясь согреться, и смотрела на Рэтбоуна, умоляя. Я не могла вернуться наверх, а значит Стив – моя последняя надежда. Если я не уведу сейчас Асоль, она сорвется, и я буду ненавидеть себя всю жизнь.

– Прошу. Иди! Я не оставлю ее с ним!

– Хорошо, – тяжело вздохнув, кивнул Стивен. – Я приведу ее. Только сядь в машину, включи печку и не нервничай, ты дрожишь.

Стивен поцеловал меня в щеку и пошел обратно к зданию. Хлюпая носом, я открыла дверцу, рухнула на переднее пассажирское сиденье и включила систему обогрева салона. Я подавила истерику и, стиснув зубы, взяла ремень безопасности. Пока ослабевшим от алкоголя разумом думала, как застегнуть, Стивен вернулся, неся на руках Асоль. Ее веки закрыты, лицо белое, тушь размазалась по щекам. Стив хмурился и молчал, даже не взглянул на меня, пока укладывал Асоль на заднее сиденье. Он сел за руль, пристегнулся, и посмотрел на мои наверняка красные от слез глаза: я так и не смогла совладать с ремнем безопасности.

– О, господи, Ари! – устало рявкнул Стивен и в одно мгновение защелкнул ремень.

***

Всю дорогу я боялась открыть рот и изучала темную улицу через стекло. В магнитоле диск одной из любимых групп Стивена – «Hurts». Их творчество идеально подходило для поездок по ночному городу, которые я так любила, но сейчас не могла наслаждаться видом из окна и думать о чем-то, кроме испорченной вечеринки.

– Я положу Асоль на диван в гостиной, – Стивен зашел в квартиру.

В ответ я кивнула, плетясь следом. Ноги болели, колени тряслись. Я скинула туфли, повесила пиджак на вешалку. Чуть не споткнулась о тапочки, но так и не включила в коридоре лампу. Даже в темноте мои глаза, опухшие, тяжелые, болели.

Решили переночевать у меня – эта квартира ближе к бару.

Первый делом я отправилась на кухню и налила ледяной воды. Поднеся стакан к губам, жадно выпила воду до последней капли. Поставила стакан на стол, с ужасом наблюдая за дрожью своих пальцев. Я не могла отделаться от противного озноба. Хотя в машине было тепло, я до сих пор чувствовала холод ночной улицы на пустой парковке, ощущала страх и беспомощность.

В спальне я стянула с себя одежду и легла на кровать. Хотелось свернуться калачиком и никогда не выходить из комнаты. Стивен включил тусклый ночник на стене, озаряя комнату неярким светом.

– Я не знала, – с трудом поднявшись, я закрыла лицо руками. Головная боль вернулась, пульсируя в висках. – Не знала, что там буду наркотики. Я, правда, не…

– Всё нормально, – Стив усадил меня на край постели, сел рядом и обнял. Окутанная его теплом, я слабо улыбнулась, извиняясь. – Я не виню тебя, Ари, – целуя мои волосы, он шепотом повторил: – Не виню.

– Тогда в чем дело?

Стивен уложил меня в постель, накрыл одеялом, разделся и тоже лег, вновь заключив в свои объятья. Его молчание пугало. Я открыла рот, чтобы повторить вопрос, но Стивен неуверенно сказал:

– Джерад.

– Что Джерад?

– Он не изменился.

Ужель, в тенетах лжи запутавшись жестоко,

Не отличаешь ты невинность от порока?

(с) «Федра» Жан Расин

Ари

Посетители, наслаждаясь завтраком, с долей сочувствия наблюдали за молодым парнишкой – его неуверенное бренчание на гитаре раздавалось по всей кофейне. Он пытался выдать красивое соло, но пальцы скользили мимо струн. Я изо всех сил пыталась не рассмеяться.