Чтение онлайн

– Ты клялась мне, Ари! – Схватив со столика пульт от телевизора, я со всей силы кинул его в стеклянную поверхность столика.

Ари вскрикнула, закрывая лицо руками.

Ари

Стивен громил комнату, а я сидела, запустив руки в волосы, и боялась дышать. Он любил меня. И я любила его.

– Эгоистка!

– Убирайся, – попросила я, свернувшись клубочком на диване. – Уходи.

Подташнивало не только от окончания прихода, но и от липкого ощущения дежавю. Ярость в безумном взгляде Рэтбоуна напоминала черные глаза Карлоса, и я боялась, что он, мой Стивен, не совладает с собой на этот раз. Возможно, я заслужила. Наверное, я правда ужасна. Так и не смогла вписаться в его мир. Мне хотелось быть с ним, с обычным человеком, но он всегда был больше, чем Стив, он – Стивен Рэтбоун. Моя любовь однажды наскучила ему, испугала его (что и стало причиной первого расставания), раз он легко пошел на измену, выбрав этот способ выкинуть меня из своей жизни. Быстро же ему надоело вновь. Повторим сценарий, незачем выдумывать что-то новое. Лучший вариант, как расстаться с надоедливой девушкой… простите, фанаткой. В отличие от Софи Штерн, я из другой реальности.

– Уходи. Всё изначально не имело никакого смысла.

– Хочешь, чтобы я ушел? – уточнил Стивен, его широкая грудь воздымалась под тяжестью сбитого дыхания. Он слышал только себя, не пытался понять причину, по которой я вернулась к игле. – Чтобы я ушел?! – повторил он громче, ледяными пальцами дернув меня за плечо.

– Да. Да, я хочу, чтобы ты ушел!

– После всего? Я… – он давился эгоистичным возмущением. – Я спас тебя! Я вытащил тебя со дна! Я вернул тебя! – то ли от бессилия перед ситуацией, то ли от задетого самолюбия Рэтбоун активно жестикулировал и мерил шагами комнату.

– Ты предал меня, – слова давались тяжело, но я старалась говорить ровно. Воспоминания о минутах, когда увидела злосчастные фото, комом горле. – Ты меня предал.

– Много сил было положено на твое отвыкание. Мне снесло крышу!

– Уходи, Стивен. Пожалуйста, уходи.

Он молча буравил меня взглядом, не веря своим ушам. Девчонка, которую он спас, ради которой ломал свою эгоистичную звездную натуру, эта девчонка сейчас не хочет прощать ему «ошибку».

Я устала. Целая ночь у меня была на то, чтобы выплакать боль, умереть и воскреснуть.

– Ты думаешь, дело в наркоте? В том, что я не поверил… Или в измене? Так вот, дело не в этом. Не только, Аристель! Недоверие, ложь… Ты так и не рассказала мне, почему сбежала из дома, ты так и не доверилась мне по-настоящему!

Миг – и ваза летит в стену. Разбилась. Я вздрогнула от неожиданности. Рэтбоун покрушил немного в гостиной, надеясь вывести меня, но я чувствовала только пустоту. Плечи обдало холодом – Стивен открыл входную дверь, покидая меня. Дверь захлопнулась, но мне по-прежнему было холодно.

***

В спальне виднелись следы: пятна порошка, использованная игла, тарелка. Я отвернулась и упала на постель, закрыв лицо руками. Наркотик не помог, как помогал всегда. Я разрушила пальцами укладку, лак неприятно тянул локоны. Расстегнула юбку, избавляясь от дорогой одежды. Мне теперь не для кого быть красивой. Он убил нашу любовь, мы всё разрушили. Я всё потеряла.

«Утром проснулась с хрупкой надеждой. Будто птичка в клетке, трепетала мысль: обойдется. Я, слегка взвинченная, ждала Стива. Верила – он выспится, одумается и поверит мне.

Час, два. Ногти обгрызены под корень. В ванной аптечка, хотела взять пару таблеток «Аспирина», но взгляд наткнулся на шприцы в прозрачной упаковке. Стив вводит себе обезболивающее, когда ноет запястье от долгой игры на гитаре. Такого не случалось уже месяца два, шприцы лежат без дела. Шумно сглотнула отчего-то кислую слюну. Вот спусковой крючок – шприцы с тонкими, блестящими иглами. В любом случае, минус на минус дает плюс, и через минуту я рвала упаковку шприца с яростью голодного зверя. Пальцы не слушались, в горле пересохло. Пакетик лежал там, где Стивен его оставил – на тумбочке. От ванны до спальни идти несколько секунд. Я почему-то задержала дыхание, пока бежала до пакетика с «Неоновым облаком». Несколько легких манипуляций – и тепло растеклось по телу.

Только спустя минуту блаженства я поняла, что натворила. Я нарушила обещание. Чувствовала себя клептоманкой – не сдержалась и совершила кражу. Чувствовала себя ребенком, беспомощным и глупым, ослушалась родителей. Но чувство вины быстро исчезло. Энергия бьет ключом. Разбитость волшебным образом пропала.

Вскочив, подошла к шкафу: нарядилась в красивую одежду, сделала укладку, высыпав на столик косметику, накрасилась. Я такая красивая! Девушка, достойная быть рядом со Стивеном Рэтбоуном. Она сделает его счастливым! Вот бы он вернулся сейчас, я буду восхитительной любовницей. А пока напеку ему кексов, накрою стол. Крутилась у плиты, пританцовывая – слышала музыку в тишине, она в моей голове, пульсирует в венах. Для кексов не хватает изюма, и я спустилась в супермаркет.

Улыбалась прохожим, слала воздушные поцелуи. Подошла к кассе. Взгляд скользил по ярким упаковкам конфет, рядом – свежая пресса. Замерла. Увидела знакомую, нет, любимую фамилию, и наркотик съехал, будто поезд с рельс, с моих вен. Схватив журнал, я забыла про изюм.

В квартире пахло мукой и сахаром, но я уже не хотела готовить. И не хотела, чтобы Стивен возвращался. Не больно – я во власти наркотика. Но мне и не весело. Топливо кончилось. Дрожащими пальцами налила какао в кружку и прошла в гостиную. Разглядывала фото. Снова и снова. Опять и опять. Ковыряла болячку. Закрывала и открывала щипавшие от слез глаза.

«Милая? Ты дома?»

Птичка не выбралась из клетки. Не обошлось».

Проснувшись через несколько часов – на улице стемнело, – я потерла опухшие глаза. Мысль – «а вдруг всё было лишь плохим сном?» – разбилась о настоящее. Вена на сгибе локтя с непривычки опухла. Руки потянулись к ящику. Я умная девочка, я разделила порцию. Знала, он не простит «маленькой оплошности». Наверное, даже специально воспользовалась иглой – чтобы Стивен увидел. Чтобы не только я чувствовала себя преданной.

Завязав волосы в небрежный хвост, я высыпала содержимое пакетика на деревянную поверхность тумбочки и собиралась отключиться от реальности, но раздался звонок в дверь. От неожиданности я чудом не смахнула «Неоновое облако» на пол. А звонить продолжали. Настойчиво, решительно. Быстро Стивен отошел. Мне казалось, на этот раз он не собирается возвращаться… В груди дрогнуло сердце, отдаваясь теплом в кончиках пальцев.

Я решительно направилась к двери, на ходу надевая майку и спортивные брюки.

– Стивен, ты всё сказал! Уходи! – распахнув дверь, заявила я.

– Не угадала, малышка Ари.

На пороге, улыбаясь, стоял Джерад Андерсон.

Надменный враг любви, гордец суровый, в ком,

Казалось, пробудить немыслимо участье,

Глухой к мольбам, к слезам, живой пример бесстрастья,

Жестокосердный тигр, – осилен, приручен.