Чтение онлайн

Болото в пару десятков метров длинной могло показаться не особенно сложным препятствием. Но сами по себе кочки были небольшие, скользкие, их было много, и мечом до них не дотянуться. Да и что-то подсказывало: только с достаточной силой удара, призванные утопить возвышенности, погружались в трясину.

Кнут ударил по каждой кочке, чтобы ни один умник не решил, что непроверенная вершина может оказаться безопасной. И удачно перебрался на другую сторону болота. Братья успешно прошли по безопасному пути за ним. Остальные тоже торопились в меру своей прыти.

Но один из участников малость соскользнул, его нога погрузилась в воду. И по полю тут же пронесся его мучительный крик. Парень ушел бы весь, но идущий после него быстро сориентировался, перепрыгнул и схватил несчастного за шиворот. Они чуть вместе не рухнули в зеленый кипяток, лишь чудом сохранив равновесие.

И все же с обваренной ногой особенно не попрыгаешь. Прохождение испытания группой замедлилось.

— Почему прошедшие стоят? — Лилейно поинтересовалась одна из птиц, та, что, судя по всему, была самкой. — Ваша задача — пройти полосу препятствий первыми.

— Ваша задача выбрать достойного, — обернулся к ним Свят. — Наша — пройти испытание с достоинством. Поддержка товарищей в опасной ситуации и есть проявление людского духа. Один в поле не воин.

С этими словами, Свят вернулся на топь, добрался до зависших в опасной ситуации соплеменников и протянул руки, предлагая спасителю буквально передать раненого ему.

Дарий затаил дыхание, судорожно придумывая, как в случае опасности поддержать брата. Но тот просто взвалил постанывающего участника на плечи и аккуратно зашагал с ним обратно на берег.

Причина затора была устранена и люди пошли дальше. Чуть медленнее, чтобы точно не свалиться, но все же решительно и без сомнений. Не прошло и десяти минут, как все оказались на твердой земле, теперь поглядывая в сторону опасной скалы.

Единственный пострадавший сел на землю. Из его глаз текли позорные слезы. Пересиливая себя, он стянул с ноги сапог, выливая из него остатки зеленой мути. То, во что превратилась его нога, оказалось испытанием для всех ее увидевших. Обварившееся мясо висело на кости, словно в кипятке его держали не менее шесть, а то и девяти часов.

Двое не выдержали зрелища, их стошнило. Остальные отвернулись. Лекари спешили на помощь, главы великих домов затаили дыхание, но гамаюны больше не пытались призвать молнию, чтобы покарать ошибившегося. Они вывели его из строя и тем остались довольны. Хотя, очевидно, рассчитывали первые создания богов, на большие потери.

Участники переглянулись и отправились к скале. И чем ближе они подходили, тем тяжелее становилось идти. На плечи начинало давить что-то невидимое, а каждый вздох давался все большим трудом.

— Здесь я никому не помощник, просто постарайтесь не торопиться и действовать аккуратнее.

Никто не ответил колдуну. Молодые люди пытались справиться, привыкнуть к новым необычным ощущениям. Парнишка и сам с трудом переставлял ноги, но все же одним из первых подобрался к скале. Прохладная, она не грозила ожогами или другими опасностями, но рядом с ней давление становилось особенно невыносимым. Дарий зажмурился и, силясь глубоко вдохнуть, мысленно умолял пытку прекратиться.

Дарий думал, что шипы и высота станут главными опасностями тура, но они даже близко не стояли с тем, что предстоит преодолеть. Колдун почти не сомневался, с подъемом тягота будет только расти, а значит, вариант потери сознания и падения множества участников только увеличивается.

Рядом с Дарием кто-то рыкнул. Колдун открыл глаза и увидел Свята, что, пыхтя, уцепился за первый выступ и подтянулся. Остальным не оставалось ничего другого, кроме как последовать его примеру. И все же люди не толпились. Понимали, если полезут кучей, кучей они и упадут, как только кто-то из них свалится.

Дарий начал восхождение в срединной группе. Как он и подозревал, с высотой дискомфорт увеличивался. Парнишка заставлял себя глубоко дышать и не торопился. Некоторые из выступов грозили обвалиться, поэтому колдун напоминал себе не опираться на них бездумно.

Однако не все действовали по тому же принципу. Когда сорвался первый из участников, Дарий понял истинную причину такого давления. Оно губило рухнувших даже с небольшой высоты.

Еще на середине скалы, по которой они взбирались со скоростью улиток, трухнуло трое. К вершине недосчитались пятерых. Дарий больше не пытался прислушаться к трибунам. К гневным выкрикам глав великих домов. Он боялся. И даже не за собственную жизнь, а за неверно принятое решение. Может, начни они сражение, а не стань подыгрывать изуверам, эти мальчишки, которые даже не собирались принимать участие в смотре, остались бы живы. Да кто он такой, чтобы вершить чужие судьбы? Чтобы решать за главу уезда и остальных?

«Хозяин, сосредоточьтесь. Потом будете себя жалеть!» — Резко высказался Див, слова которого стали такой нужной сейчас пощечиной. Решив сперва выжить здесь, а потом разбираться с остальным, Дарий перебрался через хребет и начал спуск, который оказался едва не тяжелее подъема. Ведь теперь приходилось постоянно смотреть вниз, а с таким давлением от ощущения высоты куда больше кружилась голова.

Дарий даже сперва не поверил, что, правда, ступил на землю. Ноги все еще дрожали от напряжения. Он переступил два трупа и поспешил отойти от скалы, туда, где ее влияние переставало давить на голову и плечи.

Никого не стесняясь, парнишка сел на землю и дал себе пару минут отдышаться. Остальные следовали его примеру. Среди них были Свят и Злат с ободранными ладонями.

Они лишись семерых. Большая потеря. Дарию было страшно оборачиваться к трибунам. Он не хотел видеть ухмылок гамаюнов и потерянные лица родителей погибших. Наверное, еще никогда смотр белой бури не начинался с такого количества смертей.

Зрители тоже больше не кричали, не подбадривали. Сидели в немом шоке от происходящего.

— Они знают, — прошептал Свят, переводя дыхание.

Дарий не стал язвить, просто кивнул. И не понял только одного, почему гамаюны сразу не выдвинули ему и людям обвинений в использовании темных наук? Истинный замысел тварей более чем понятен, скрыты лишь нюансы.

Как бы там ни было, а пришла пора колючих лоз. Дарий пнул носком сапога комок грязи, и его чуть не вывернуло от отвращения: тот был полон длинных червей. Погружаться в это показалось ему более противным и сомнительным занятием, чем вторая попытка перебраться через проклятую гору.