Чтение онлайн

Эти пауки не имеют никакого понятия о благородстве. Получив время все обдумать, они прибыли в главный дом с наросшим апломбом, с новыми требованиями и условиями, которые Дарий в большинстве своем все отклонил, так как посчитал неуместными и моментами глупыми. Пришлось устрашать охочих до власти собак. Смута помогла им снять маски и обнажить истинные мотивы. Пришлось устрашать зарвавшихся людей.

И это напомнило большинству, что Дарий обещал не участвовать в смотре. Молодому колдуну пришлось повторить свое обещание, которое он и без них не собирался нарушать. Парнишке совсем не хотелось становиться под взгляды гамаюнов, когда дела требовали незаметности перемещения под трибунами.

Однако вместе с тем главы решили, что на смотре выступит всего по одному человеку от семьи. Дарий и Вацлав пытались оспорить общее решение. Ведь это покажет напряженность обстановки, намекнет о готовности к схватке, но главы семей оказались непреклонны. Видимо, испугались. В пользу этой догадки говорило и то, что никто не стал спорить с участием двоих сыновей от главного дома. Пришлось сдаться, и уступить.

Главы домов расчехлили и привезли все свои козырные тузы, артефакты, оружие прошлых поколений. Дарий не стал просить их демонстрировать, только уточнил, какой из них на что способен. Немного обрадовался, когда выяснил, что часть из них предназначена для защиты большой группы людей.

После обсуждения ряда вероятностей нападения, Дарий напоследок напомнил, что без его команды, пока ничего не будет угрожать жизни, никто не должен вырываться вперед. В противном случае, он пообещал истребить нарушивший план род. И напомнил, что у него определенно хватит на это сил.

По двору ходило слишком много людей. Супруги глав великих домов сидели на скамейках, грелись на солнышке после обильного завтрака. Вот теперь Дарий понял, зачем в главном доме такая большая столовая. Теперь там стояло шесть длинных столов. Только так можно было уместить всех важных гостей.

Уже на второй день таких застолий Дарий поймал себя на мысли, что жрут дорогие гости в три горла, и привезенные им за постой традиционные подарки ни капли не покрывают расходов на еду, масла для ламп и прочего. Кроме того, пока они здесь, ему приходилось садиться за общий стол, подчеркивая свою принадлежность миру людей и семье в частности.

Удерживая себя от идеи убежать в лес и посидеть где-нибудь в тишине, Дарий тяжело вздохнул и повесил голову. Так дурно он не чувствовал себя даже во время битвы на границе. Там хотя бы было понятно, кто враг, а кто друг. Здесь же, каждая из семей — это бочка с порохом и фитилем разных длин. А по закону подлости, если есть чему подорваться, оно обязательно подорвется.

— Если тебя что-то беспокоит, посоветуйся с отцом, он мудрый человек. И он будет рад дать тебе совет.

Дарий по-настоящему удивился, когда Симон смог подобраться к нему, не скрипнув ни одной доской.

— Все в порядке. Скорее, я устал ждать.

Симон кивнул.

— А что беспокоит вас? — Все же решил спросить Дарий, потому за последние дни никто не искал его общества без важной на то причины.

— То же, что и всех, — едва заметно улыбнулся альбинос. — А еще моя дочь, которая очень хочет сплести для тебя венок. Вы с ней как раз одного возраста.

Дарий так сильно удивился, что его замешательство немало насмешило главу далекого великого дома.

— За это можете не переживать, я…

— Я не переживаю, — качнув головой, Симон оперся на перила, заставив те скрипнуть. — Такой союз меня более чем устроит. Кроме того, мы с твоим отцом уже не раз обсуждали этот вопрос.

— И вас совсем не смущает мой новый статус?

Симон улыбнулся мягко, словно наставник несмышленого мальца, который в очередной раз залез в соседский двор за яблоками.

— Знаешь, почему мой лик и вид моих детей настолько выделяется на фоне остальных?

Дарий немного подумал и вежливо качнул головой. Так-то он вполне знал, чем обусловлен альбинизм. И пусть выглядит это непривычно, а порой и страшно, ничего сверхъестественного в этом нет. Однако вряд ли местные в курсе о механизмах мутаций.

— В летописях этого не сохранилось, но в нашей семье эта история передается из уст в уста: мой род издревле выбирал темные искусства. И никогда не считал это зазорным. Мы искали силы, но не для власти, нам просто нравилось чувствовать свое превосходство на этой земле. Главными мы никогда не становились, но лишь потому, что никогда не участвовали в смотрах. Один из моих предков устал от жизни на окраине. Он выставил своих сыновей на смотр. Конечно, они победили. Но вместо награды гамаюны покарали нас. Они убили всех, кроме моего предка, а его лишили всех сил. Вместе с тьмой из его тела ушел и цвет. Теперь мы носим исключительно белые волосы, кожу отчасти потому, что это наше напоминание о том, какая дорога единственно верная.

Дарий хотел вставить слово, но Симон поднял палец, и парнишка замолчал, продолжив слушать.

— Однако наши техники сражения и личные ритуалы все еще имеют темный подтекст, поэтому к колдунам в моих селениях относятся с благосклонностью. Мы знаем, как подчинить тьму, знаем, что она достойна уважения. Поэтому не давай мне ответ сейчас, подумай, какое благо тебе может принести союз с моей дочерью.

Симон кашлянул и добавил:

— Она девушка воспитанная, хорошо образованная. Вам будет о чем поговорить.

Альбинос замолчал, Дарий понял, что он больше не собирается говорить, поэтому сам взял слово:

— Мне, несомненно, лестна привязанность вашей дочери и ваше одобрение. Уверен, она замечательная девушка, но у меня уже есть дама сердца. И я не отступлюсь от своих намерений.

— И она отвечает тебе взаимностью? — Не рассердился, но уточнил Симон.

— Да, отвечает, — улыбнулся Дарий, надеясь, что его отказ не оскорбит главу великого дома.

— В таком случае, мальчик, желаю вам обоим счастья и терпения.

— Пожалуйста, извинитесь за меня перед дочерью, — почесав кончик носа, смутился Дарий. Если честно, такого он не ожидал. А еще это напомнило ему о том, что, несмотря на войну, угрозу полного уничтожения, жизнь в самых разных ее проявлениях не замирает, а идет своим чередом.

— Она переживет, — чуть более печально улыбнулся Симон. — А ты запомни, колдуны существовали всегда, с самого сотворения времен. И твое отступничество еще ничего толком не значит. Тебе не обязательно отказываться от семьи и от своих притязаний.

— Не понял, — нахмурился Дарий, — вы хотите, чтобы я участвовал в смотре?

— Ни в коем случае, — посмеялся альбинос. — Во-первых, у тебя более важная задача, во-вторых, тогда у моего сына не будет и шанса.

Дарий посмеялся.

— Но мне хочется посоветовать тебе беречь отца, ему ведь тоже сложно.

Улыбка сошла с лица молодого колдуна. И он серьезно кивнул.

— Я сказал, нет! — Донеслось из дома, заставив Дария и Симона обратить внимание на широкую раскрытую дверь, из которой выскочил упитанный, коренастый мужчина в неподпоясанном кафтане приятного синего цвета. Свидетельства принадлежности к родам кристаллов.