Чтение онлайн

–  Это судьба, - показав на эстраду, лукаво улыбнулся Платон.
– Рояль свободен. Сейчас я буду играть для вас!

Платон встал, пересек зал и уселся за инструмент.

Не сводя глаз с Веры, начал играть ноктюрн Шопена, и над ресторанным залом поплыли нежные и щемящие звуки. Вера тоже не отрываясь смотрела на Платона. Было очевидно, что он ей нравится и что она растеряна.

Виолетта подошла к Вере и тоже прислушалась к музыке.

–  Отвали!
– сердито прошептала Вера.
– Это он для меня играет!

За одним из столиков расселся знакомый нам по рынку узбек в сопровождении красивой горожанки. На этот раз на нем был превосходный модный костюм, модные туфли и неизменная тюбетейка.

Показав на Платона, узбек похвастал:

–  Это мой дружок!

–  Тоску он наводит, дружок твой!

–  Что ты хочешь, чтоб он тебе сыграл?

–  Что-нибудь ритмическое, - ответила временная подруга.

Узбек зашагал к эстраде.

–  Я тебя узнал!

–  Я тебя тоже!
– кивнул Платон.

–  Сыграй нам что-нибудь ритмическое!
– узбек положил десятку на крышку рояля.

Платон тотчас покончил с Шопеном, подмигнул Вере и объявил:

–  Сейчас в честь нашего гостя из солнечного Узбекистана прозвучит ритмическая мелодия!

Платон лихо заиграл джазовый мотив, подпевая себе на никому не понятном языке, который, очевидно, он считал английским.

В зале принялись танцевать.

Около Платона угрожающе возник пианист Шурик:

–  Привет конкуренту!

–  Привет аборигену!
– вежливо поздоровался Платон, продолжая молотить по клавишам.

–  Гастроль даешь?

–  На хлеб зарабатываю!

–  Зато у нас хлеб отбираешь! А ну, мотай отсюда!

–  Ты музыкант и я музыкант, - проникновенно сказал Платон.
– Я в беду попал. Отстал от поезда, документы, деньги - все украли. Мне бы только на ужин заработать.

–  Ты Веркин хахаль, что ль?

–  Вроде того…

–  На сколько ужинаете?
– деловито поинтересовался Шурик.

–  Двести коньяку, две колбасы, киевские и две порции мороженого.

–  На этом остановись!
– приказал Шурик.
– Больше ничего не заказывай, понял?

Платон послушно кивнул. В это время к роялю подошла пожилая посетительница и застенчиво попросила:

–  У моего мужа юбилей. Вы не сможете сыграть ему "Умирающего лебедя"?

–  Сможешь?
– не без иронии поинтересовался Шурик.

–  Умирающего?
– переспросил Платон.

–  Лебедя!
– напомнил Шурик.

–  Я все могу!
– сейчас у Платона было именно такое состояние.

–  Он сделает!
– пообещал посетительнице Шурик, принял гонорар, профессионально сунул за крышку рояля и по-хозяйски кивнул Платону: - Лабай "Умирающего"!

… После того как Платон завершил сольный концерт, он принялся с аппетитом за ужин.

–  Сказали, что будете играть для меня, - насмешливо заметила Вера, - а оказывается, играли для заработка!

–  Это тот редкий случай, - Платон говорил с набитым ртом, - когда чувство и выгода совпали!

–  А чего вы так ныли, - тут Вера передразнила Платона, - я… мол, неважно играю…

–  Это для ресторана я выдающийся пианист, а для искусства… очень даже обыкновенный.
– И Платон подозвал Виолетту.

–  Спасибо! Вы нас очень вкусно покормили. Но счет отнесите, пожалуйста, вашему пианисту!

Виолетта послушно направилась к эстраде. Пианист Шурик внимательно изучил счет, посмотрел на Платона, махнул рукой - мол, все в порядке - и стал расплачиваться.

Платон благодарственно помахал в ответ.

–  Значит, теперь вы безвинно пойдете под суд!
– вдруг сказала Вера.

–  Значит так у меня на роду написано!… - заметил Платон.

–  Виолетта!
– подозвала Вера.
– А теперь тащи нам кофе, пирожное и шоколад!

–  На какие шиши?
– ахнул Платон.

–  На мои! Теперь я вас гуляю!

Официантка отошла.

–  Пострадаете за добро?
– голос Веры звучал язвительно.

–  За добро только страдают…

–  И наград, точно, не дают!
– поддержала Вера и добавила: - Кстати, правильно делают.

–  Добро надо творить задаром, если за добро хотят что-нибудь получить, это уже сделка!…

–  Вот вы и получите!
– невесело пообещала Вера.

–  Это наверняка, - кивнул Платон и перешел в наступление.
– А вы предпочли бы, чтобы в тюрьму посадили ее?.

–  Этого я никому не желаю… Но, по-моему, вы ненормальный.

–  Может быть, - согласился Платон.
– Но неизвестно, что считать нормой.

–  Норма - это когда справедливо!
– вздохнула Вера и неожиданно продолжила: - Вот вы оставьте свой телефончик. Вдруг окажусь в Москве - позвоню. Не разозлитесь?

Платон выдернул из стаканчика бумажную салфетку и стал записывать на ней номер своего телефона.

–  Буду очень счастлив, - проникновенно сказал Платон, - если когда-нибудь услышу в трубке ваш голос!…

После ужина Платон и Вера прощались в зале ожидания.

–  Спасибо за вечер. И до свидания!
– нежно говорила Вера.

–  Спасибо за компанию. И до свидания!
– так же нежно произносил Платон.
– Идемте, я провожу вас на автобус.

–  Сначала я устрою вас на ночлег. Сегодня вы будете спать, как иностранец, то есть со всеми удобствами.

–  Оттуда нас уже выпроваживали!
– Платон догадался, о каком месте идет речь.

–  В жизни, - мудро заключила Вера, - все зависит не от начальства, а от того, кто сегодня дежурит, - и скомандовала: - За мной!

Вера привела бездомного Платона в уже известную ему интуристовскую комнату, где сейчас их встретила кругленькая, кудрявенькая барышня, которая вся вкусно выпирала из джинсового костюма.

Вера привычно заканючила:

–  Юля, это пассажир, он вчера отстал от поезда. Я его сильно подкузьмила. Я его паспорт в Москву отправила случайно, ташкентским поездом, а ни в какую гостиницу без паспорта не пускают…

–  А какой мне с него навар?
– лениво отмахнулась Юля.

–  Он на рояле играет, - Вера постаралась продать подопечного подороже, - умопомрачительно!