Волки. Роман мая с декабрем
Шрифт:
– Хорошо.
– Снова вытерев слёзы, Игорь поцеловал её в висок.
– Поспишь?
Аня обняла мужа крепче.
– Ты... а ты останешься?.. Со мной...
Тот вздохнул.
– Ты ложись, а я скоро приду. Идёт?
Но девушка тут же замотала головой.
– Н-нет. П-пожалуйста... не у-уходи... н-не б-бросай...
– Тихо, тихо. Я скоро вернусь, обещ...
– Нет!
– Она снова вцепилась в мужа. Только не это! Не одной! Не сейчас!
– Куда ты?!
Игорь помрачнел.
– К Славке. Потом скорее всего в больницу.
– З-зачем?
– Мать.
Аня вздрогнула.
– Н-надежда Дмитриевна? Что с ней?..
– Ранили. Ань, послушай.
– Белозерский осторожно убрал руки жены с плеч.
– Я отведу тебя к Буровым, ладно? А то здесь долбанное окно выбили. Там ляжешь спать. Проснёшься...
– Я с тобой, - снова перебила девушка твёрдо.
– Ань...
– Нет. С тобой. И не спорь.
До боли острая жалость отступила, Аня взяла себя в руки. Она не оставит Игоря. Ни за что. Будет рядом. Он больше не один.
Несколько мгновений Игорь молча смотрел на жену. Усмехнулся.
– Как будто Кали двадцать лет сбросила.
– Но потом снова помрачнел.
– Ладно. Одевайся. Только в темпе, договорились?
Вскочив, девушка поцеловала мужа в щёку и бросилась к шкафу.
Светало. У Буровых спали все, кроме Ярослава. Он подтвердил - Надежду Дмитриевну уже увезли в больницу, в Лазоревское.
– Батя с ней?
– спросил Игорь мрачно.
Буров кивнул.
– Не отходил от неё.
– Сам хоть инфаркт не словил?
– Нет. Держи, просил тебе отдать.
С этими словами Ярослав протянул Игорю телефон. Дисплей был весь в трещинах, будто после падения на камни.
– Спасибо. Слав, я...
Будто бы узнав хозяина, телефон тут же зазвонил. Увидеть номер целиком было невозможно, но три буквы имени как раз влезали между трещин.
"Юля"
Не с первого раза, но зелёная кнопка на экране всё-таки среагировала на прикосновение. Игорь приложил телефон к уху.
– Белозерский... Юль, спокойно. Помедленней. Кого забрали? Машка опять что-то... Серёгу? Какого хрена? Кто? Твою мать! Все живы? Ладно, разберёмся. Успокойся сама и успокой Машку. Нет, всё. Ничего не делать, сказал же. Отбой.
– Что на этот раз?
– спросил Буров, когда Игорь закончил говорить.
– Привет от Одинцова, - бросил тот, мрачнея ещё больше.
– Очередной. Что с Катюхой?
– Да ничего.
– В смысле? Сильно испугалась?
– Вообще не испугалась. Теперь из штанов выскакивает, с тобой в Питер ехать хочет. Я спросил зачем - говорит, чтобы помочь с "этими козлами разобраться".
– Папина дочка.
– Игорь было усмехнулся, но потом тяжело вздохнул.
– Слав, знаю, звучит по-идиотски...
Но Буров перебил.
– А ты и есть идиот, Волк, - отрезал он, глядя другу в глаза.
– Шальной идиот, нарывающийся на пулю. И свои извинения можешь засунуть в ту самую задницу, в которую собираешься лезть. Уже залез. Радуйся, что Дашки нет, она б тебя без соли, без перца. Вся эта война твоя - дурь. Идиотизм.
– Немного помолчал. Потом вдруг усмехнулся и протянул руку.
– Удачи.
Попрощавшись с другом, Игорь поехал в Лазоревское. Остановившись возле больницы, он было попросил Аню побыть в машине, но та снова наотрез отказалась.
– Я с тобой. Пожалуйста.
Белозерский только рукой махнул - сейчас ему было не до споров.
...Надежда Дмитриевна по-прежнему была без сознания, врачи говорили, что состояние тяжёлое, но стабильное, и угрозы для жизни нет. Но всё-таки Игорь попросил приехать знакомого хирурга и договорился с местными медсёстрами, чтобы те присматривали за его матерью особо тщательно. И лишь после этого зашёл к ней в палату, всё же оставив Аню в коридоре.
Виктор Васильевич неподвижно сидел рядом с женой и был почти таким же бледным. Приход сына он будто бы не заметил. Несколько секунд Игорь стоял в дверях, но потом всё-таки подошёл.
Они молчали.
Минуту, другую, третью.
– Где ты был?
– наконец спросил Виктор Васильевич, по-прежнему не глядя на сына.
– Ане вкололи какую-то дрянь. Пришлось спасать.
Тот стоял рядом, тоже не глядя на отца.
– Эта девка для тебя важнее родной матери?
Руки Игоря сами собой сжались в кулаки.
– Ну пошёл бы я с тобой.
– Однако он всё-таки попытался говорить спокойно.
– И? Я не врач. Какой с меня толк был бы? Её так и так сюда привезли бы.
– Эти ублюдки пришли за тобой?
Игорь промолчал - слова застряли в горле.
– Я задал вопрос. Ты их привёл?
Оправдываться? Глупо. Ведь это правда.
– Да.
Снова тяжёлое молчание. Эшафот. Плаха. Игорь чувствовал - приговор не заставит себя ждать.
Он был прав.
– Ты мне больше не сын.
– Топор опустился. Игорь закрыл глаза.
– Ни мне, ни моей жене от тебя ничего не нужно. Ты нас опозорил. Пошёл вон.
И он... пошёл.
– Ну как...
– начала было Аня, когда муж вышел из палаты. Но, увидев его лицо, тут же осеклась.
– Господи... что с тобой? Виктор Васильевич?..
– Всё в порядке, - ответил Игорь. Его голос был мёртв. Пуст.
– Он с мамой. Пошли.
– Но...
– Идём.
Прежде, чем девушка успела сказать ещё хоть слово, Белозерский взял её за руку и вывел на улицу.
Через два дня они были в Питере.
ГЛАВА 18
– Что тебе надо, ублюдок?
– И вам доброго вечера, Игорь. Поживаю хорошо. Вика тоже в порядке. Спасибо, что поинтересовались.
– Светские любезности можешь засунуть...
– Вы за этим мне позвонили?
– За каким хреном тебе Исаев?
– Прошу прощения?..
– Исаев. Сергей Исаев. Которого загребли твои головорезы. Недавно.
– А, ваш шофёр. Он сошёл с ума, обратился и чуть не убил вашу племянницу и... хм... кем у вас Юля? Горничная? Любовница?