Чтение онлайн

– Ничего у меня не болит. Посоветоваться пришел, но сейчас как-то сомневаюсь.

– Раз сомневаешься – иди домой, – я развернулся и хотел зайти в дом, но он остановил меня.

– Погодь, чего ты взбеленился? Слышал я, что молод годами, но не думал, что настолько. Слушай, меня к тебе нужда привела.

– Какая еще нужда?

– Жениться хочу.

Я недоуменно уставился на него. С такими проблемами ко мне еще не обращались.

– Я-то чем могу помочь? К свахе иди.

– Не понял ты. Я уже выбрал, только она на меня даже не смотрит, – понизив голос, проговорил он. – Проходит мимо, будто и нет меня. Я уже и так перед ней, и этак, а она, зараза, носик свой вздернет и мимо идет.

– Сочувствую, но по-прежнему не понимаю, чем я могу помочь?

– Сделай так, чтобы Алинка влюбилась в меня без памяти, – прошептал он, склонившись к самому уху.

– Я людей лечу и приворотами не занимаюсь, – сухо сказал я и взялся за ручку двери, но здоровяк преградил мне дорогу.

– Ты сразу не отказывайся. Я ведь заплачу. Хорошо заплачу.

– Не умею я привораживать. Людей лечу, что непонятного? – вспылил я, хоть понимал, что, если детина рассердится, одной левой меня прищучит.

Мужчина угрюмо зыркнул на меня из-под насупленных бровей и прошел мимо, намеренно задев меня плечом так, что я отлетел к двери. Со всей силы хлопнув калиткой, он исчез в ночной тьме. М-да, теперь понятно, почему Алинка его не замечает: с таким опасно водиться.

Вернувшись в дом, я взглянул на часы: начало первого, а Семена до сих пор нет. Надо с ним поговорить и пригрозить, что если будет так долго гулять, то вернется к отцу. Пока он живет с нами, я несу за него ответственность, поэтому не потерплю ночных гуляний.

Ерофей вскоре захрапел, я же накинул на плечи старый тулуп и вышел на улицу, ожидая возвращения Семена. Как только спустился с крыльца, услышал голоса.

– Да все нормально будет. Никто тебя не поймает. Че ты мнешься, как девочка?

– Там собаки, – я узнал голос Семена.

– Да что тебе эти собаки сделают? Палкой долбанешь одну по носу – все разбегутся.

– Ну не знаю, – в голосе Семена слышалось сомнение.

В это время я разглядел два темных силуэта, приближающихся к воротам. В одном я узнал Семена. Они тоже увидели меня, ведь за спиной в окне дома горел свет.

– Завтра поговорим, – еле слышно сказал второй, развернулся и быстро пошел в противоположную сторону.

Семен зашел в калитку и подошел к мне.

– Где ты был? – сухо спросил я.

– Гулял, – дернул он плечом и хотел пройти мимо, но я его остановил.

– С кем гулял?

– Как разница? С друзьями, – буркнул он.

– А чего такой смурной? – не отступал я.

– Устал, – он снова предпринял попытку обойти меня, но я схватил его за плечо.

– Значит так: если хочешь жить с нами, то все будет по-моему. Больше никаких ночных гуляний. В десять вечера ты должен быть дома. А еще…

– Ты мне не отец, чтобы указывать, – огрызнулся он.

– Вот к нему ты и вернешься, если не будешь соблюдать мои правила. Ясно? – Семен шумно выдохнул, поджал губы и кивнул. – Хорошо, а теперь иди умывайся и ложись спать. Завтра еще поговорим.

Юноша зашел в дом, я же на какое-то время задержался. Мне не понравилось то, что я услышал. Возникло подозрение, что его подбивают на что-то противозаконное. Надо будет завтра с ним откровенно поговорить.

На следующее утро, когда Семен только занялся приготовлением завтрака, в дверь постучали.

– Входите! – крикнул я, и на пороге появился тот самый пожилой мужчина, у которого слегли кони.

– Вы уж простите, что так рано, но ведь сами сказали, чтоб с утра пришел. Вот я и…

– Ничего, сейчас пойдем, – махнул я рукой, закинул в рот подсохшую коврижку, накинул на плечи тулуп и натянул свои новые кожаные сапоги. – Далеко идти-то?

– Нет, недалече. На Набережную улицу, – махнул он рукой в сторону Ангары.

Мы вышли из дома и пошли тем путем, каким обычно я еду в свое укромное местечко на берегу реки. Минут через десять мы подошли к высоким воротам, за которыми виднелся двухэтажный деревянный дом. Старик жил лучше многих на этой улице, где преимущественно стояли старые избенки и покосившиеся хибары.

Едва прошли за ворота, как навстречу опрометью выбежал огромный лохматый пес. Увидев хозяина, он остановился, буравя меня взглядом и грозно рыча.

– Тихо, Полкан! Тихо! – прикрикнул на пса старик. – Иди на место!

Полкан поворчал для приличия, но ослушаться не посмел и неспешно удалился.

Хозяин дома провел меня к конюшне, где в стойлах находились еще две молодые лошаденки и в отдельном загоне игриво лягался годовалый жеребенок. Конюшня была чистая и светлая. В каждом стойле располагалась поилка с чистой водой, в кормушку насыпан овес, рядом брошена охапка сена. Хозяин явно хорошо заботится о своих лошадях.

– Вот здесь они лежат, – тяжело вздохнув, старик подвел меня к стойлам, где друг напротив друга на полу лежали два коня. С первого взгляда мне стало понятно, что это довольно дорогие тяжеловозы: мощные, мускулистые тела, крепкие ноги, широкая спина. Шерсть так и лоснится, а грива и хвост чистые и расчесанные.

– Напомните, когда они заболели? – спросил я.

– На прошлой неделе. Начали от еды отказываться, вялые, пыхтят и головами мотают. А вчера совсем слегли, не встают, – всплеснул он руками и с тревогой посмотрел на коней. – Я их рисовой водой отпаивал. Семена льна заваривал и тоже поил. Ромашку лекарственную в сено крошил. Ничего не помогло. Уж не знаю, что это может быть.

– Зато я знаю, – сказал я, «переключив» зрение.

В животах обоих лошадей я увидел болезнь в виде зеленого пульсирующего пятна. Исходя из знаний Степана, так выглядело отравление.

– Что же? – старик немигающе уставился на меня, ожидая ответа.

– Отравились.

– Ох, – он прижал руку ко рту. – Исполнил-таки угрозу. Вот подлец. И как же у него руки поднялись?

– Вы про кого?

– А, – отмахнулся он. – Что уж говорить, этот на все пойдет. Сосед мой. Поля у нас рядом. Он несколько раз предлагал продать землю, но я отказался. Сам хочу на ней возиться. А потом этот ирод ляпнул, мол, все равно ничего посадить не сможешь. Прав оказался.

Он прошел к коню, который тяжело дышал, и присел рядом с ним. Я увидел, как из глаз старика выкатились две крупные слезы и спустились по изборожденному морщинами лицу.

– Рано прощаетесь, – решительно сказал я и опустился рядом с ним.

Руна «Исцеления» поможет справиться с отравлением. Меня волнует другое. Как отравились кони, если старик их сам кормит?

Когда оба коня почувствовали себя получше, а ко мне вернулись шары энергии, я решил серьезно поговорить с обрадованным стариком.