Чтение онлайн

Впереди был Волшебный Лес. Даррен чувствовал приближение к нему.

Воздух менялся: становился гуще, насыщеннее. Лес манил и пугал одновременно — его границы были размыты, а аура таила в себе множество загадок и опасностей.

Вдруг впереди мелькнуло что-то тёмное. Тень. Не птица. Не облако. Она скользнула между деревьями, то появляясь, то исчезая, словно проверяя решимость путника.

— О, замечательно, — хмыкнул Даррен, приземляясь на поляну перед лесом. — Только препятствий мне тут не хватало.

Из тумана вынырнуло существо: огромное, с чешуйчатой шкурой, крыльями, как у летучей мыши, и горящими красными глазами. Оно зарычало, перекрывая путь.

— Ты не пройдёшь, — прогремело оно. — Лес не принимает чужаков.

Даррен усмехнулся.

— А я не чужак, — ответил он. — Я иду за той, кто в этом лесу. И раз она там, её призвала сама магия леса. Пропусти.

Существо оскалило клыки.

— Победишь, докажешь, что достоин.

— Ну что же, — Даррен расправил плечи, — по опыту, если хочешь куда-то попасть, иногда приходится подраться. Он знал это не просто бой, а испытание, проверка на прочность, которую он обязан пройти. Сделал глубокий вдох, собирая всю свою силу. В голове звучали слова бабушки: «Настоящая сила — не в магии, а в сердце. Если сердце твоё чисто, кто угодно, пропустит тебя».

Существо взмахнуло крыльями — и на Даррена обрушился порыв ветра, смешанный с магией. Даррена отбросило на несколько метров, несмотря на мощный щит, который он успел выставить.

— Недостаточно, демон — прошипел хранитель приближаясь. — Но неплохо.

Даррен приземлился на крыло, перекатился и вскочил на ноги.

— Посмотрим, — сказал он.

Хранитель бросился вперёд, целясь когтями в грудь. Даррен уклонился в последний момент, полоснув пламенем по боку противника. Существо зашипело, но не отступило.

— Слабо, — прорычало оно.

— Это только разминка, — огрызнулся Даррен.

Они кружили друг напротив друга, оценивая силы. Хранитель был безусловно быстр, но Даррен — быстрее. Он чувствовал внутри леса магию Лианы, и она давала ему преимущество. Её энергия, словно маяк, освещала путь, придавала сил, напоминала ради чего он здесь.

Хранитель сделал ложный выпад, а затем резко взмыл вверх, чтобы обрушиться сверху. Даррен не успел увернуться — когти царапнули плечо, оставив глубокие борозды. Кровь потекла по чешуе, но боль лишь разожгла ярость.

— Ах ты… — Даррен выпустил струю пламени, но противник легко ушёл в сторону.

— Слабее, чем я думал, — насмешливо произнёс хранитель. — Может, лес ошибся?

— Может, — Даррен прищурился. — Но давай проверим ещё раз.

Он сделал вид, что атакует в лоб, а сам метнулся вбок, используя импульс полёта. В тот миг, когда хранитель развернулся, Даррен ударил точно в слабое место — под крыло, где чешуя была тоньше.

Существо взревело от боли. И на мгновение потеряв равновесие, качнулось. Даррен не упустил свой шанс, подскочил ближе и с силой толкнул противника в грудь. Хранитель рухнул на землю, подняв облако пыли.

Несколько долгих секунд они смотрели друг на друга: один — тяжело дыша, второй — с прищуром победителя.

— Хорошо, — выдохнул хранитель, поднимаясь, — убедил. Ты достоин. Проходи.

Даррен кивнул, восстанавливая дыхание.

— Спасибо.

— Не за что. Помни, лес проверяет каждого. И не всех пропускает.

Кристалл в руке Даррена начал пульсировать сильнее, будто подгоняя. Он рванул в лес. Пробираясь сквозь чащу и не замечая острых веток, цеплявшихся за одежду. Его вела нить, становившаяся всё толще и ярче.

Этот Лес был по-настоящему живой. Деревья с серебристой корой провожали его взглядами — если присмотреться, в их изгибах угадывались лица, мудрые и молчаливые. Листья, в такт дыханию, поднимались и опускались. Тропа, едва заметная, то пропадала, то появлялась вновь. Вспыхивала, плутала между деревьями. Будто проверяя его решимость, она то пропадала, то появлялась вновь. Даррен шёл вперёд, чувствуя, как с каждым шагом связь с Лианой становится всё ощутимее. Кристалл теперь не просто пульсировал — он мягко светился, освещая путь сквозь густую чащу. В воздухе витал запах хвои и чего-то древнего, почти забытого. Даррен знал: он близко. Совсем скоро он найдёт её.

Я шла по лесу, стараясь не терять из виду мерцающую тропу. Эллари на запястье согревала кожу своим теплом, время от времени издавая тихое мурлыканье — будто подбадривала.

— Ты точно знаешь, куда мы идём? — спросила я шёпотом.

Саламандра чуть приподняла голову, кивнула — и в тот же миг впереди что-то блеснуло.

Я вышла на небольшую поляну, залитую мягким, но каким-то тусклым светом. В центре рос древний дуб — но он выглядел… неправильным. Его кора казалась выцветшей, почти серой, ветви поникли, листья висели безжизненными клочьями, будто весь цвет и жизнь были из них высосаны. Даже тени под деревом выглядели плоскими, лишёнными глубины.

А у подножия дуба я увидела источник. Вода в нём не струилась — она стояла неподвижно, покрытая сероватой плёнкой, похожей на пепел. Вокруг не росло ни травинки, ни цветка — только голая, потрескавшаяся земля.

— Что с ним случилось? — прошептала, чувствуя, как у меня сердце сжимается от жалости.

Эллари на запястье встревоженно зашевелилась, её чешуйки чуть засветились тёплым оранжевым светом.

— Он умирает, — тихо прошелестела саламандра, как порыв лёгкого ветерка в моей голове, но я смогла ясно её услышать. — Источник жизни заколдован. Без его силы дуб угасает, а с ним — и часть леса.

Опустившись на колени у края источника, дотронулась до воды. Она была холодной и мёртвой на ощупь.

— Мы можем помочь? — спросила, глядя на Эллари.

Саламандра кивнула, соскользнула с запястья и осторожно коснулась источника своим хвостом. Вода зашипела, но Эллари не отпрянула. Она начала медленно нагревать его, своим внутренним огнём.

Вдруг чётко поняла, что нужно делать. Сложила ладони лодочкой и начала аккуратно снимать серый налёт. Он отходил тяжело, словно присох к поверхности. Но я продолжала, заметив, что вода под налётом начинала чуть мерцать.

Пальцы дрожали, спина затекла, но останавливаться, было нельзя. С каждым снятым клочком пепла воздух становился чище, а в груди разливалась странная уверенность: я должна это сделать. Не только для дуба — для всего леса.

Когда последний клочок пепельной плёнки был убран, произошло чудо. Вода заискрилась изнутри, забила сильнее, выплеснулась через край и потекла тонкими ручейками по сухой земле.

Дуб вздрогнул. Я почувствовала это всем телом: слабый толчок, будто сердце, которое долго не билось, сделало первый удар. Серая кора начала менять оттенок: появились первые проблески коричневого, затем — намёк на зелёный в молодых почках. Ветви медленно распрямились, а листья зашелестели, наполняясь силой.