Чтение онлайн

– Да...
– безжизненно уронил Ожье.

– Где он, отвечайте?!
– услышав сухой безэмоциальный ответ, Хедва снова рванулась вперед, гневно сверкая глазами на хозяина дома.
– Иначе, клянусь могилой его родителей, может от суда вам с приятелем и удастся откупиться, но я ославлю всю вашу семейку от Тулузы до Венеции!

– Тетя... Хедва!

Мужчинам удалось несколькими торопливыми фразами на своем языке если не успокоить разгневанную женщину, то хотя бы убедить быть немного сдержаннее, как бы сложно это не было. Ожье смотрел на них, и казалось, что с каждым мгновением грудь все сильнее сдавливает железный обруч, дышать становилось труднее и труднее, а гул крови в висках переходил в оглушительный.

– В этом нет нужды, я отвечу на ваши вопросы, - с усилием проговорил он, - только... Почему вы вообще пришли именно ко мне и кем вам все-таки приходится Равиль?

Хедва тихо вскрикнула, зажимая ладонью рот. Ее спутники тоже выглядели ошеломленными, видимо все же не ожидая услышать настоящее имя от постороннего.

– Почему к вам, - Медад хищно сузил глаза, - думаю понятно, учитывая ваши трения с мэтром Ташем по поводу наследства. А откуда вы взяли, что имя этого юноши действительно Равиль?

– Отсюда, - бесцветно произнес Ожье, не отрывая взгляда от стола.

Потянувшись, он раскрыл стоявшую в уголке небольшую изящную шкатулку, достав оттуда аккуратно сложенный плотный лист, который и пребросил старшему Луцато.

– Я купил его на рыке Фесса где-то за пару месяцев до того. Фамилию он мне не называл никогда, но другого имени у него не было...

Когда тишина стала невыносимо долгой, Ожье все же решился посмотреть в глаза семье того, кого убивал неизмеримо дольше и мучительнее, - и содрогнулся: Медад Луцато придирчиво изучал вольную Равиля, разве что не обнюхивая, молодой человек катал желваками, хмуро глядя перед собой, а в прямо устремленных на него глазах женщины бились торжество и боль.

– Не называл, потому что не мог ее знать...
– ее слезы были горячи, как прозрачное пламя, выжигая и без того корчившуюся в агонии душу мужчины.
– Простите меня за грубость, но горе часто туманит рассудок... Если вы хотите, чтобы я умоляла - пусть так... Равиль - мой племянник, сын родного брата. Раз вы вернули ему свободу, то значит не плохой человек, но никакая помощь мне не нужна... Только скажите, где он! Верните теперь ему и семью...

Ожье задохнулся, сжав челюсти так, что захрустели зубы, но паузой воспользовался мрачный Давид, сам того не зная своими словами, заколачивая еще один гвоздь в крышку гроба с сердцем и прежней довольной жизнью "мэтра Грие".

– Они уехали так быстро, что мы попросту не успели ничего сделать. Да еще Бенцони...
– молодой человек спохватился и вовремя оборвал себя, чтобы не выдать семейных тайн больше, чем уже приходится, и торопливо вернулся к главному.
– Таш привез его в Тулузу, но в его доме Равиль пробыл всего один день, и с вечера в ратуше рядом с Ташем его не видели. Дядя Медад наводил справки среди его людей всю эту декаду... Безрезультатно. Если вы расскажете о месте нахождения юноши, наша признательность...
– он явно сделал над собой усилие, - будет очень велика!

Если бы мужчины пришли к нему одни, Ожье признался бы не раздумывая, рассказав все, что связывало их с Равилем и даже больше - вина давила пудовой гранитной плитой... Но он не смог. Просто не смог сказать в ищущие жадные глаза женщины самой сути, от чего все остальное уже теряло смысл. Мэтр Грие лишь глухо сообщил, что о Равиле они узнают в доме мэтра Кэра, спросив его воспитанника Айсена или Тристана ле Кера, добавив, что этим людям можно сразу доверить, кем именно им приходится мальчик.

Да, трусость - самый страшный порок, даже если порой она называется осторожностью и предусмотрительностью!

***

Чтобы приехать сюда, Хедве тогда еще Бенцони пришлось выдержать настоящую войну. К счастью, чем больше открывалось подробностей, тем дальше тянулись ниточки!.. И все же добившись того, что сражение закончилось полной победой и заслуженной карой, за сумасшедшую по скорости дорогу она даже успела пережить предательство мужа и принять мысль, что прожила жизнь рядом с убийцей своих родных. Так что теперь Хедва уже снова Луцато была готова к новым битвам, лишь утвердившись в намерениях любой ценой вернуть своего племянника домой!

Должно быть, суровый Бог Израилев видел это, и наконец смилостивился над нею, ибо после всего - отыскать названного Грие Айсена оказалось подозрительно легко. Без устали сновавшая и чем-то крайне озабоченная супруга мэтра Кера, едва услышав, что их направил мэтр Грие и женщина разыскивает ее воспитанника, только попросила:

– Они у друзей за городом остановились. Вы подождите немного, я им тут нужное собираю... Мани отнесет и вас проводит, - тяжело вздохнула сама с собой и перекрестилась, - правда, не до того им сейчас...

Идти было далеко, но Хедва наотрез отказалась от предложения племянника спокойно подождать известий, пока он сходит один и вернется: Медад еще раньше отправился в ратушу, намереваясь сильно усложнить жизнь господину Ташу. Однако ей знание последнего - особенно придавало сил, ибо заповедь "око за око" некоторое время назад стала как никогда близка сердцу! При виде маленького и довольно неряшливого с виду домика в предместьях, она испытала чувства, наверное сродни тем, как если бы шагала по Земле обетованной, а перед ней высился Храм Соломона с Ковчегом Завета... И словно в ответ на самые горячие молитвы, после долгой заминки, дверь открыл именно тот, кого они искали.

Миловидный молодой человек с синими солнечными глазами просто не мог быть кем-то иным! К тому же, в отношении слуги он ограничился всего лишь молчаливым кивком, и доброжелательно, хоть и несколько вымучено улыбнулся абсолютно нежданным гостям.

– Что вам угодно?

– Мы разыскиваем юношу по имени Поль Ринардо, - представившись, кратко сообщил Давид, опередив взволнованную тетю.

– Зачем?
– улыбка разом исчезла, и юноша настороженно отступил.
– Кто вы и кто вам рассказал про меня?

Хедва грустно улыбнулась его явной готовности защищать юношу от кого бы то ни было, и сказала просто:

– Равиль мой племянник...

Айсен в ответ на новость изумленно охнул, и внезапно резко побледнел, а теплые искорки в глазах заслонила острая боль и тревожная озабоченность.

– Как вы нас нашли?
– тихо повторил один из своих вопросов молодой человек, и сквозь пелену воодушевления опять подняла голову ядовитая змейка страха, медленно обвивая сердце женщины.

– Через мэтра Грие, - даже Давид ощутил беспокойство.