Чтение онлайн

У меня оставалось чуть больше ста дней. Но это были мои сто дней.

Резкий рывок, и мешок слетел с головы, позволяя оглядеться. От резкого света я едва не ослепла, но вскоре поняла, что источником было не солнце. Просто количество факелов и свечей в этом месте превышало все мыслимые пределы, а украшения, начищенные до блеска, отражали свет, создавая слепящее сияние.

Мы находились в храме, где получали благословение. Я узнавала камень и колонны, но не узнавала самого зала. Здесь не было окон, только одна дверь, чернеющая проходом за спинами множества людей. Почему-то мне показалось, что мы в подземелье.

— Анна!

Меня усадили на огромный стул, повёрнутый лицом к центру зала. Там, на полу, было изображено горящее солнце, в середине которого возвышался широкий круглый пьедестал. Вокруг него стояли четыре массивных кресла, почти трона, на одном из которых и сидела я. А на остальных…

Анна, Катарина и Эллен.

Анна заметила меня, приоткрыла рот, словно собираясь что-то сказать, а потом… отвернулась и промолчала.

Катарина и Эллен не сводили взгляда с тёмной двери, из которой постепенно выходил высокий мужчина.

Рой.

Он вошёл в подземное помещение совершенно обнажённый и одновременно… возбуждённый. Его тело покрывала чёрная краска, складывающаяся в линии и знаки, несомненно важные для ритуала. На его лице не отражалось ни единой эмоции.

Голоса и шепотки мгновенно смолкли. Все взгляды устремились к мужчине, ради которого всё это затевалось.

Но я молчать не собиралась.

— Ублюдок! Немедленно отпусти меня, я не собираюсь в этом участвовать!

Я не знала, чего боялась больше — успеха ритуала или его провала. Больше всего меня пугало собственное бессилие, я была связана по рукам и ногам и даже не знала, в чём суть ритуала.

Поэтому я продолжала ругаться, пока Рой не кивнул кому-то. В следующий момент мне в рот вставили кляп, кто-то подошёл сзади, вложил его и затянул повязкой, так туго, что я могла только мычать.

От ужаса, от осознания, что теперь мне не дадут даже говорить, мне впервые за всё время захотелось заплакать. Я резко затрясла головой. Бешеные тени от факелов плясали на разрисованном, напряжённом теле Роя. Мерно раскачивающаяся толпа вызывала ощущение безумного культа, жертвоприношения. И единственной жертвой, похоже, была я.

— Рой Фаррел, кровь Этарра, сегодня ты примешь себя истинного. Сегодня ты соединяешься с драконом, обретая вечную жизнь ценой жизни этих дев! — произнес появившийся у меня из-за спины храмовник в кроваво красном наряде.

Жизни этих дев?!

Несмотря на смысл произнесённых слов, Анна и Эллен не шелохнулись. Обе слегка подались вперёд, пристально следя за каждым движением Роя. Катарина же нервно облизывала губы, словно давно готовилась к этому моменту. Она сжимала и разжимала кулачки на своём платье, поправляла волосы, едва сдерживая волнение…

Тем временем жрец подошёл к Рою и водрузил что-то перед ним. Подавшись вперёд, я увидела знакомый предмет — Око Дракона, то самое, что находилось в храме. Рой начал медленно, нараспев произносить слова, которых я не понимала. Но ему вторили остальные, раскачиваясь, словно в трансе, и увлекая в него других.

Щелчок.

Сфера раскрылась, распавшись на восемь идеально ровных долек, которые коснулись круглого пьедестала. Я сглотнула. Из середины красных долек шара лился яркий голубой свет — знакомый, такой же, как в машинах на дне озера Вязи. А тонкие провода и соединения внутри не оставляли сомнений, что…

— Око Дракона демонстрирует признаки технологической развитости, существенно превосходящей технический уровень Доминис Мора, — спокойно сообщила Целесте то, что я и без того поняла.

Лучше бы подсказала, что делать. Разбить сферу? Но как, если я связана по рукам и ногам?

Тем временем ритуал продолжался. Рой наконец закончил произносить свою часть, и жрец сделал надрез на его руке. Кровь потекла в центр Ока Дракона, голубое свечение стало насыщеннее, а сам Рой, поднявшись, посмотрел прямо на меня.

Феррел по-прежнему был возбуждён, и это только усиливало ощущение сюрреализма. Я отчаянно надеялась, что всё это лишь дурной сон. Но боль от верёвок, кляп, сдавливающий рот, и пульсирующая тяжесть в груди говорили об обратном.

— Возьми же кровь своей младшей невесты, а вместе с ней — её будущее, её выбор, её продолжение! — жрец, похоже, удивился, увидев, что Рой направился именно ко мне, но быстро взял себя в руки.

Я отчаянно заёрзала в верёвках, громко замычав, всем своим видом показывая, что против.

Лицо Роя казалось потемневшим, почти жестоким. Он не отводил от меня взгляда, приближаясь шаг за шагом.

Сидя, я находилась чуть выше уровня его паха, но смотрела не туда. Я смотрела только на его лицо, и он наверняка мог прочитать в моих глазах всю степень ненависти. Это было его решение. Он приказал привести меня сюда силой. Моё мнение не интересовало его ни в малейшей степени.

— Твои движения ослабили верёвки на запястьях. При сохранении текущей амплитуды и частоты движений прогнозируется частичное освобождение одной руки через четыре минуты, — утешила меня Целесте.

Рой наклонился, провёл рукой по моим волосам, стёр случайную слезу с уголка глаза.

— Тшш, — произнёс он очень низким, охрипшим голосом. — Всё будет хорошо, Фран. Так должно было случиться. Совсем недавно ты бы и сама обрадовалась этому…

Одним резким движением он развязал повязку, закрывавшую мне рот. Я тут же выплюнула кляп и, задыхаясь, буквально взмолилась, одновременно бешено дёргаясь и пытаясь ослабить верёвки.

— Я не хочу! Пожалуйста, услышь меня! Я не хочу! Не делай этого!

***

Огромное спасибо за награды, Вера Седельникова, LinaLebi, Людмила Минаева, Маргарита Павлова, анонимный пользователь

Глава 12.2. Ритуал

Тяжёлое дыхание совершенно обнажённого и возбуждённого Роя, мои жалобные мольбы, невнятные голоса толпы, красно-голубое свечение, треск огня в десятках факелов…

— Пожалуйста…

— Хватит, — жёстко произнёс он.

Похоже, Рою не нравилось чувствовать себя тем, кто заставляет. Ему не нравилось, что я настолько беспомощна, и что я чувствую себя жертвой. Наверняка он верил, что между нами ещё оставалось что-то тёплое, некие близкие отношения после стольких лет вместе. Достаточные, чтобы не убиваться так.