Чтение онлайн

— Да-а-а! — воскликнула толпа.

— Мы больше не будем терпеть! Мы возьмем то, что причитается! Мы вправе жить достойно! Нет, Лионской угрозе! Восстанем из небытия, братья и сестры!

— Да-а-а, ур-р-ра! — взорвалась толпа и запела старую песню о гордой птице, которая повредила крыло и не могла взлететь, тогда её попытался убить охотящийся неподалеку лев, но она смогла выклевать хищнику глаза, и тот в ужасе убрался прочь.

Когда песня закончилась, Первый лидер отвел ладонь от сердца, так же сделали все собравшиеся на площади, и продолжил речь:

— Голосование возвело партию лидеров «Восход» во главу Общины. И теперь, пользуясь всей полнотой власти, я — Первый лидер, приказываю: начать мобилизацию населения для войны с ненавистной и угнетающей нас федерацией Лиона!

Рев толпы приобрел экстатический характер. Еве стало не по себе от этого. Толпа угомонилась, когда к специальным столам начали подходить добровольцы и расписываться в получении повестки, для таких прямо на месте выдавалась униформа, которая подходила им по размерам и была в отличном состоянии. Ева взглянула на парня за трибуной, она видела его в воспоминаниях Яна. Исай будто почувствовал взгляд Евы и встретил его своим, затем прислушался к чему-то, опустив глаза, и вновь заострил свое внимание на Еве. Ян заметил это и сказал уже вслух:

— Похоже, он знает, кто мы, давай выбираться отсюда.

Ян схватил Еву за руку и потянул за собой, сквозь толпу. Уже на бегу она успела заметить, как Исай подозвал к себе людей и, сказав им что-то, ткнул пальцем в Яна и Еву.

Вот гадство!

Толпа была непроходимой. И хоть в таком месиве несложно было затеряться, два человека, которые спешно выбирались из него, во время самого важного события последних лет, явно бросались в глаза. Поначалу Ян и Ева пытались идти спокойно, но люди стояли как кегли в боулинге, поэтому приходилось их слегка расталкивать. Когда Ян заметил преследователей, он дернул Еву в другую сторону и принялся уже силой сшибать недвижимые фигуры. Уйти им не удалось.

Внезапно толпа расступилась, образовав кольцо вокруг них двоих, в которое ворвались люди в серых униформах, прикрытых доспехом, похожих на одеяния водолазов из разведотряда, только массивнее на вид.

Твою ж мать. Ладно, сейчас получите!

Излюбленная ударная волна Евы разметала стоящих вокруг жителей Общины и солдат. Используя всеобщее замешательство, Ева и Ян попытались прорваться сквозь толпу, но люди не дали им прохода. Все как один набросились на них, кто-то бил, кто-то хватал за руки и ноги, не давая сдвинуться с места. Ева не могла сосредоточиться на защите — ей не хватало мастерства. Люди вели себя как одержимые. Ева крикнула:

— Да что с вами со всеми, хреновы фанатики?! — это последнее, что она успела выкрикнуть, до того, как лишилась сознания.

Очнулся Ян со скованными руками и ногами, лежа на полу. Приподняв голову и осмотревшись, он увидел решетку тюремной камеры.

— Смотри, твой друг очнулся, — произнес Исай, который стоял у входа в соседнюю камеру. Там лежала связанная Ева. Их с Яном разделяла решетка. Голос Исая звучал так, будто подросток, у которого едва начал ломаться голос, пытался придать ему взрослости.

— Простите меня, дорогие гости Общины, но я вынужден вас разлучить на какое-то время. Ева, ты нужна мне в полной боевой готовности, а если рядом с тобой будет Ян, то тебе не набрать нужной формы; извини, но придется немного поголодать.

Ян не мог ничего сказать, рот был залеплен скотчем. Он чувствовал, почему она не использует Воздействие: тюрьму окружал такой же барьер, как и в Роднике. Камеру Евы открыли, двое солдат приподняли её и поволокли к выходу. Вампирка мычала сквозь скотч, но сделать ничего не могла. Исай взглянул на Яна, противно улыбнулся и вышел вслед за остальными. Яну оставалось лишь извиваться на полу как червю и стонать от бессилия.

За маленьким окошком камеры стемнело. Яну хотелось пить. Он пытался шевелить руками, но ничего не выходило. Знакомое чувство потери встало комом у горла. Он не хочет терять Еву. Её бледное миниатюрное личико и каштановые волосы стали ему близкими в чужом мире. Ян решил во что бы то ни стало отыскать девушку, вызволить и быть с ней рядом. А миссия, да пропади она пропадом!

Ян проснулся, когда за окном было светло, его тошнило и знобило. Он пошарил глазами вокруг, вспомнил, что уснул в камере, и опрокинул голову на пол. Затем его взгляд коснулся входной решетчатой двери камеры, Ян вздрогнул: по ту сторону был тот самый старик в бесформенной одежде, что пялился на них с Евой во время шествия по Арсту. Старец молча смотрел и улыбался, Яну стало жутко от этого. Ненормальный старик всё не унимался и играл с ним в гляделки. Яну это осточертело, и он просто отвернулся, ведь все равно не мог вымолвить ни слова. Послышался скрип решетки, удивленный Ян резко повернул голову, защемив при этом шею. На его запястьях ослабли наручники. Старика поблизости не было; Ян не стал терять время на удивление и поиски таинственного старца — сбросил браслеты, потер руки, освободил ноги, рывком отклеил скотч и поднялся. Тут же свело ногу, и, замычав от боли, Ян упал обратно на пол. Ян сильно ущипнул икру, и боль понемногу стихла. Снова встав на ноги, Ян потер рукой затылок. Волос не было — пока он был без сознания, его обрили. Одежду тоже сняли, накинув тюремные лохмотья.

Хорошо хоть трусы оставили, — подумал Ян, заглядывая под штаны. Где же этот старик? — подумал Ян, выходя из тюремного блока. Все камеры были пусты, охраны не было.

Ян беспрепятственно, но оглядываясь по сторонам, вышел на улицу. Ему в нос ударила жуткая вонь. Ян прикрыл нос рукавом и зашлёпал по грязи. Запах нечистот и гнили исходил из рва, который была прорыт вдоль здания тюрьмы. На ту сторону выгребной траншеи вел деревянный мостик. Влажность этой части Общины была настолько высока, что под ногами хлюпало жидкое месиво. Узкая дорожка примыкала к мостику и расходилась по разные стороны. В середине висел указатель с тремя направлениями: «Тюрьма», «Минеральная шахта», «Лагерь». Ян понял, что находится в колонии Дальнего. Он направился в лагерь.

По пути ему встречались заключенные, они были облачены в такие же тюремные робы как и он. Охраны нигде не было. Мощеная дорожка вела Яна вдоль узкой реки. На берегу сидели несколько рыбаков с сухими ветками в руках, которые проводили его пустыми взглядами. Ян ускорил шаг. Преодолев крутой поворот дороги, Ян наткнулся ещё один мостик, перед которым стояли двое. У этих заключенных на робах были кожаные пояса, а их головы покрывали шерстяные шапки. Все трое выглядели изможденными. Ян заметил короткие дубины, притороченные к поясу каждого, и у него похолодело внутри.

— Погоди, браток. Ты в лагерь идёшь? — спросил незнакомец со шрамом через глаз, вполне дружелюбным голосом.

— Ну да, — ответил Ян, убирая руки в карманы.

— Эй, чего у тебя там? — спросил второй. Его шапка была сильно запачкана.

— Где? — спросил Ян, растеряв мысли от волнения.

— А вот, прямо здесь, — Грязная шапка подошёл к Яну, указывая на его карман. Когда Ян опустил голову, чтобы посмотреть, незнакомец размашисто ударил его в висок кулаком.

Ян мгновенно перешел в состояние Восприятия и не мог выйти из него. Он видел, как его избивали, но не мог защищаться, лежа в грязи без сознания. Внезапно, на поле боя появилась фигура состоящая целиком из белого света. Привычные красно-синие свечения грабителей внезапно угасли. Все трое были мертвы.

Сознание вернулось к Яну. Он дотронулся до гудящего виска и медленно встал. Вокруг него лежали трое незнакомцев. На их лицах застыл ужас, но тела были нетронутыми. Словно они просто упали замертво. По ту сторону реки, Ян увидел знакомую фигуру старца. Он должен догнать его.

Ян добрался до лагеря. Его одежда была вымазана грязью и воняла. Обувь на ногах отяжелела. Деревянный забор заслонял собой поселение из двухэтажных деревянных бараков. Унылые взгляды встречали его, а злые и алчные провожали. Справа стояла лавка, хозяин натирая рыбу на витрине тряпкой. Слева продавали оружие, одежду и инструменты: дубины, ножи, топоры. Некоторые люди выделялись из массы, н них были кожаные куртки и даже пистолеты и ружья.