Чтение онлайн

— Возможно, в нашем случае из-за наших тел нужно было просто определенное поглощение, чтобы стать владыкой.

— Так, может, и с телом Шестерни что-то не то. Возможно, он также каким-то образом получил достаточно силы порядка, чтобы пробудиться как владыка, но есть еще сила порядка, как-то связная с ним, и настолько, что он не может контролировать себя.

— Но я же мог.

— Потому что рядом с тобой не было достаточно людей порядка. Вспомни, мы были в бездне, она вся пропитана хаосом, на тот момент рядом были я, Шестерня и Вишня, и во всех нас так или иначе был хаос, и даже враги были порождениями хаоса. Возможно, появись там кто-то связанный с порядком — типа альва, или нескольких, то ты бы потерял контроль и напал.

Я на миг задумался.

— Значит, если принять твою теорию за правду, то в мире где-то есть сила порядка связанная с Шестерней.

— Осталось только найти это место.

— Нет, я знаю одно такое.

— Правда? — удивленно вскинув брови, спросила Ласка.

Я молча кивнул, после чего через ви-сеть связался с Шестерней.

— Сюда, — сказала Иллин, поглядывая на нашу группу.

Шестерня, оглянувшись, пошел первым, я следом, а Ласка с Вишней шагах в десяти от нас.

Солнце поднялось на середину неба и ярко и приветливо светит, лаская кожу теплыми лучами.

Внезапно впереди на, казалось бы, пустом поле появился огромный кратер, похожий на тот, какой образуется от падения метеорита. В центре его огромная глубокая расщелина, из которой вырывается голубой свет.

Шестерня замер у края, его взгляд направился в расщелину. Альв посмотрела на парня, потом перевела взгляд на меня. Я сделал жест, что все в порядке и нужно лишь чуть-чуть подождать.

Парень тем временем несколько раз вдохнул и выдохнул.

— Ты как?

— Я чувствую ее, эту силу. То есть еще когда мы в первый раз пришли сюда, я ощущал, но это было не то.

— Готов идти?

— Да.

Мы начали спуск по лестнице, вырезанной из камня. За пять минут не спеша мы спустились к ее подножью. Голубой свет из расщелины стал ярче, его лучи словно пытаются проткнуть меня. Точно такое же чувство, как и от света, исходящего от Шестерни, когда он в режиме владыки порядка. Я, конечно, понимаю, что мы с Лаской могли ошибиться в своих выводах, но что-то мне подсказывает, что все так, как и предположили.

Мы двинулись прямо к расщелине. Вообще, если все правильно поняли, то Шестерня и сам все мог провернуть в одиночку, но на всякий случай, для подстраховки, мы пошли всей толпой. Если что, Вишня заключит его в сферу абсолютного отрицания.

Мы не успели сделать и пару десятков шагов, как металлические двери, что расположены в стенке кратера и ведут в город альвов, открылись, и оттуда вышли десятки альвов. Они с подозрением глянули на нас, потом на Иллин, после чего тихо двинулись за нами. Некоторые из задних рядов вытягивают шеи, чтобы посмотреть, что там впереди.

— Чего это они вышли? — спросил я.

— Ну, мне пришлось просить разрешения у старейшин впустить вас в город — это стандартная процедура. Мне также пришлось объяснять, что Шестерня хочет сделать у расщелины. Вы мне как-то невнятно объяснили, пришлось придумывать на ходу. И, видимо, они не очень поняли и теперь хотят посмотреть, что будет.

— А что ты сказала?

— Ну, сказала, что вы хотите получить благословение порядка перед предстоящей битвой. Что в прошлый раз, придя сюда, вы прониклись источником силы, и вот теперь, как истинные воины порядка, хотите свершить такой вот для вас священный ритуал.

— А они, значит, идут посмотреть, что же будет? — уточнил Шестерня.

— Угу.

Наконец мы подошли к расщелине совсем близко. Я почувствовал себя так, словно нахожусь в горящей печи. Яркий голубоватый свет жжет неимоверно, кажется, будто с меня содрали кожу и облили спиртом. Конечно, все это иллюзия, но слишком уж реалистичная. Хотя, что есть реальность и как ее определить? Все, что мы видим, слышим, чувствуем запахи и осязаем, прикасаясь к предметам, — все это электрические сигналы, посылаемые мозгу органами чувств, и если их сымитировать, то это и будет «реальностью» для нас.

Шестерня встал у края расщелины, нервно обернулся на меня, я показал ему поднятый большой палец и улыбнулся. Парень кивнул, затем, вздохнув и закрыв глаза, вновь развернулся к расщелине.

— Так что вы конкретно хотите сделать? — прошептала мне на ухо Иллин, подойдя ближе.

— Сейчас всё сама увидишь, — произнес я, чуть отодвинувшись от вставшей рядом девушки и чувствуя не менее горячий, чем свет от расщелины, взгляд Ласки, упершийся мне в затылок.

Земля мелко задрожала. Альвы, что вышли посмотреть на то, как Шестерня просит благословения перед боем, заволновались. Даже с расстояния в три десятка шагов я услышал их перешептывания. Если бы шепталась пара человек, то я бы и не расслышал, но когда перешептывается почти сотня — это уже похоже на отдаленный гул какого-нибудь электрогенератора.

Тряска усилилась, а свет из расщелины стал ярче. Шестерня протянул руки, словно турист в прохладную ночь к костру. Внезапно свет словно стал живым, вытянулся, обвил яркими канатами руки парня, двинулся дальше, как змея, обвив все тело. Тряска усилилась, расщелина стала расширяться, вниз посыпались куски камня. Шестерня хотел было отойти от края, но длинные канаты света, что оплели его, не дали и сдвинуться.

Я оглянулся на замерших в ужасе альвов, затем на Ласку с Вишней, после чего развернулся и хотел было взлететь с помощью телекинеза, но меня тут же отнесло потоком назад, так что я приземлился и сделал шаг вперед.

Если так все пойдёт дальше, то расщелина увеличится еще больше, и Шестерня просто упадёт вниз.

Второй шаг мне удался с трудом, свет, словно почувствовав мое приближение, усилил интенсивность, боль во всем теле стала сильнее. Более того, визуально было ощущение, словно в меня дует ветер из света. Я прикрыл лицо рукой, как будто загораживаюсь от пылевой бури и, сжав зубы, сделал еще шаг. Это была моя идея, я привел сюда Шестерню, и я не должен допустить, чтобы с ним что-то случилось.

Расщелина расширяется быстрее.

Я, зарычав, сделал еще шаг и еще, свет стал сильнее и интенсивнее, жар настолько усилился, что показалось, будто напротив меня работает реактивный двигатель ракеты, и мощный поток пламени от него не просто сжигает, а буквально срывает всю плоть, оставляя лишь обгорелые кости, но даже они недолго продержатся и вот-вот сгорят.

Свет тем временем всё более плотным слоем окутывает Шестерню, а обрыв расширяется, уже носки парня зависли над пустотой.