Война Крайер
Шрифт:
– Это всё… реально? – шепчет Эйла.
– Похоже на то. Или... было реально. Теперь это память, это...
– Лео?
Эйла и Крайер одновременно оборачиваются на звук голоса. Мгновение спустя в подлеске слышится шорох, а затем из-за деревьев на поляну выходит девушка – босоногая и красивая, с такой же загорелой кожей, как у Эйлы. Её чёрные волосы распущены и ниспадают на плечи. Платье на ней странное, старомодное, как одежда на старых картинах.
– Лео? – тихо зовёт девушка. – Лео, ты здесь?
Наступает тишина, в течение которой слышен только щебет птиц над головами. Девушка замирает. Лес, кажется, поглощает все остальные звуки. Девушка даже не смотрит на Эйлу и Крайер, хотя их троих разделяет менее десяти шагов. Она... их не видит?
Слышится шум потасовки, приглушённые ругательства, а затем из-за дерева, спотыкаясь, выходит мужчина. Он так же молод и красив, как и девушка, широкоплечий, со смуглой кожей и рыжеватыми волосами. Подойдя к девушке, он обхватывает её руками и притягивает к себе. Она фыркает и пытается отстраниться, а затем тает и утыкается лицом ему в грудь. Эйле вдруг становится не по себе. Эти люди ей незнакомы, она не собиралась приходить сюда, и всё же она чувствует, что стала свидетельницей чего-то недозволенного, слишком интимного и личного.
– Что ты хотела мне сказать? – спрашивает мужчина. – Что это за тайна, что нам пришлось встретиться здесь?
Когда девушка молчит, он начинает беспокоиться:
– Что-то случилось?
– Нет, – отвечает девушка. – Точнее... да, кое-что случилось, но тут нет ничего плохого. Это совсем не плохо. Я… я нашла эскизы, Лео. Я нашла эскизы матери.
Она ухмылялась, он – нет..
– Си... – медленно произносит он. – Ты обещала. Ты обещала, что не будешь... заходить слишком далеко.
– Слишком далеко? – переспрашивает девушка, почти смеясь. – Боги, Лео, неужели ты не понимаешь? Нет такого понятия, как "слишком далеко". Это моё призвание. Если боги и дали мне что-то, так это оно. Я хочу продолжить то, на чём остановилась мать. Я должна.
– Си…
Она высвобождается из его объятий, все следы веселья исчезают:
– Ты не понимаешь, – говорит она. – Я для этого рождена, Лео.
– Рождена, чтобы бросать вызов законам природы?
– Нет, любовь моя. я рождена для другого – чтобы сотворить... её.
Лео открывает рот, чтобы возразить, но в этот момент Си испуганно оборачивается, как будто слышит внезапный шум. У Эйлы отвисает челюсть. Потому что она наконец может разглядеть черты лица Си и видит... свои глаза, уставившиеся на неё, похожие по форме и цвету. Приглядевшись, она замечает, что нос Си тоже похож на её собственный, у неё такое же круглое лицо, такие же широкие, полные губы – звезды и небо, у этой Си такая же россыпь веснушек на носу и щеках, бледная, но заметная.
Си. Сиена. Сиена Эйла, тёзка Эйлы. Её бабушка.
– Подожди, – говорит Эйла, но не успевает.
Крайер тянет за медальон в окровавленных руках, и лесная поляна исчезает, как будто её никогда не было.
* * *
Было уже поздно – звуки из таверны внизу стали громче, и Эйла содрогнулась при мысли обо всех этих путешественниках внизу, и о том, что кто-то войдёт в их комнату и увидит их.
Эйла почувствовала, что миллион вопросов вертится у неё на языке: кто это был? что это было? как, как, как, как, как, как, как… – но у неё кружилась голова, а небо и запах эля из таверны вызвали слишком свежие воспоминания о том, что они с Крайер делали всего несколько минут назад – воспоминание о тепле в теле, о её руках в волосах, о дыхании Крайер на её губах, и это было уже слишком.
– Эйла, – произнесла Крайер.
Она сжимала окровавленный медальон обеими руками, не сводя глаз с Эйлы. Она говорила низким и нежным голосом, словно разговаривала с испуганной лошадью. Заметила ли она панику на лице Эйлы?
– Не надо, – сказала Эйла. – Просто... не надо.
Затем она открыла дверь и выбежала.
* * *
Но далеко ей не удалось уйти.
– Ты видела леди? – спросила хозяйка гостиницы, когда Эйла, спотыкаясь, спускалась по лестнице.
– Да, она наверху, готовится к отъезду, – Эйла подыскивала осмысленные слова. Она убирает рассыпавшиеся перья. У неё мой медальон. Она поцеловала меня, а я поцеловала её в ответ.
Но хозяйка гостиницы просто стояла, ломая руки, и преграждала Эйле путь.
– К сожалению, вынуждена попросить вас пока остаться здесь. Боюсь, уходить небезопасно.
– Почему?
Крайер появилась позади неё – проследовала за Эйлой вниз по лестнице. Эйла непроизвольно напряглась, не в силах встретиться взглядом с Крайер, чтобы не выдать ей своих чувств.
Хозяйка запнулась:
– Я… не уверена, мэм, но на дорогах за деревней какие-то беспорядки. Я... не знаю, что там конкретно происходит, но...
– Это люди или автомы? – требовательно спросила Крайер.
– Простите?
– Кто бунтует? – повторила она. – Твой Вид? Или мой?
– Мой, миледи, – сказала хозяйка. – Кажется, на рыночной площади вспыхнула драка между одним из моих и одним из… гвардейцев правителя. Началась заваруха, и теперь толпа направляется сюда. Поблизости есть пост стражи. Они идут туда. Мы… они пытались сжечь его и раньше, – она казалась напуганной собственной оговоркой, но Крайер, казалось, ничего не заметила, за что Эйла была очень благодарна. – Покидать Элдерелл небезопасно, миледи. По крайней мере, пока не прибудет дополнительная стража.
– Сколько времени это займёт?
– Не знаю, – хозяйка указала на окно. – Увидите сами, миледи. Передвигаться по единственной дороге практически невозможно. Предлагаю вам обеим переночевать у нас, а потом отправиться в путь завтра.
Переночевать. Нет, Эйла не сможет провести здесь целую ночь наедине с Крайер. Даже в тесноте помещений для прислуги во дворце и то лучше. По крайней мере, там она сможет бороться со своими чувствами вдали от пристального взгляда Крайер.