Чтение онлайн

Нужен был кто-то другой. Кто-то достаточно тупой, чтобы согласиться, и достаточно отчаянный, чтобы не слить задание при первой же опасности.

Я усмехнулся своим мыслям. У меня как раз такой кандидат имелся — на крючке, с потрохами.

Достаю коммуникатор. Листаю контакты. Логан. Блондинчик с голубыми глазами и эгом размером с небоскрёб. Астра, конечно, уже превратила его в ручную зверушку, но мужик внутри ещё теплился. А тепло это, как известно, можно раздуть.

Жму вызов.

Гудок. Второй. Третий. Уже собираюсь сбросить, когда на том конце раздаётся сбитое, раздражённое дыхание.

— Эй, блондинчик, приветик, — мой голос сочится фальшивой доброжелательностью.

Пауза. Слышно, как он там пыхтит, пытается сообразить, с какой стати я звоню. Мы с ним не друзья — мягко говоря.

— Что тебе нужно? — наконец выдавливает он. В голосе злость, но под ней — любопытство. Сука, он уже заинтересован, даже если сам этого не понял. — Я уже и так подставился дальше некуда. Если Астра узнает, что я передаю о ней… Она от меня мокрого места не оставит.

— Брось, дружище, — я тяну слова лениво, как кошка тянет когти по дивану. — Ты же не шпионишь за ней. Лишь присматриваешь. Говоришь только, в порядке она или нет. Благое дело, чистое. Твоей цыпочке никто не желает зла. Да и я звоню по другому делу. Совершенно.

Слышу, как он выдыхает. Напряжение чуть спадает, но не уходит.

— Какому ещё делу? — в его голосе теперь не только злость, но и насторожённость. — Мы так не договаривались!

— Хочешь заработать? — Я делаю паузу, давая слову повиснуть в воздухе, налиться тяжестью. — По-настоящему.

Молчание. Длинное. Густое. Я прямо вижу, как он там, в своей роскошной квартире, смотрит на коммуникатор, борется с гордостью, с остатками самоуважения. Сукин сын явно заинтересовался.

— Заработаешь так, что тебе хватит выпендриваться перед красоткой до конца жизни, — добиваю я его контрольным. — И даже больше.

— Что нужно делать? — выдыхает он. Сдался. Как миленький.

Я ухмыляюсь в темноту номера. Люблю, когда люди так предсказуемы.

— Ну вот, другой разговор. Слушай сюда.

Я объясняю схему. Коротко, чётко, без лишних деталей. Логану не нужно знать, кто такая Джорджина и почему за ней охотится сам Владыка. Ему лишь необходимо сделать три вещи: прийти, принести жучок, отвлечь.

— Я скину геолокацию. Это пакгауз в порту, номер двенадцать. Ты пойдёшь туда ровно в десять вечера. Будешь выглядеть как случайный зевака, заблудившийся, пьяный — мне плевать. Главное — незаметно прикрепишь эту хрень под стол или под скамейку, где будет сидеть главная. Жучок миниатюрный, его хрен заметят. А когда всё начнётся, когда она будет говорить, ты просто будешь рядом. И если что-то пойдёт не так — отвлечёшь её. Женщина, что будет выступать. Ты узнаешь её. Она там самая главная. Понял?

— И это всё? — В его голосе недоверие. Слишком просто для таких денег, думает он.

— Да, малыш Логан. Это всё. — Я растягиваю губы в усмешке, которую он не видит, но чувствует. — Просто принеси жучок. И отвлеки, если понадобится. Всё остальное за мной.

— А если меня спалят? — вдруг спрашивает он, и в его тоне прорывается настоящий, животный страх. Перед Астрой? Перед неизвестностью?

— Не спалят, — говорю я твёрдо. — Ты красивый, уверенный. Кто заподозрит такого парня в шпионаже? Прикинешься просто пьяным гостем. У тебя рожа для этого подходящая — голливудская. Им и в голову не придёт.

Он молчит. Переваривает.

— Всю информацию скину на телефон. — Я уже теряю терпение, но держу тон ровным. — Будь добр, не проеби это задание. И тогда получишь столько, что сможешь купить Астре личный остров. Если, конечно, она вообще захочет остров.

— Я понял, — говорит он тихо, и в его голосе появляется та самая мужская решимость, которую так любят давить такие женщины, как Астра. Но сейчас она мне на руку.

— Умница. Жди сообщения.

Отключаюсь.

Смотрю на погасший экран коммуникатора. Логан, конечно, идиот, но идиот исполнительный. Если он не струсит в последний момент, завтра у меня будет запись всего, что скажет старая сука. А запись — это улики. А улики — это конец.

Подхожу к окну. Ночной Кон-Джерси сияет, как бриллиант в грязи. Где-то там, в этом море огней, затаилась Джорджина. Чувствует себя в безопасности. Плетёт свои гнилые сети.

Сука. У меня такое охуительное предчувствие. Это особенное чувство — когда хищник чует, что жертва уже в ловушке, просто ещё не знает об этом. Воздух становится слаще, мысли острее, сердце бьётся ровно, как метроном.

Я думаю, всё пройдёт как надо.

Пока Логан будет играть в шпиона, я займусь другим. Достаю коммуникатор, открываю список, который скачал с телефона Линды. «Сад Гефсиманский». Сто двадцать три участника. Имена, адреса, явки.

Набираю сообщение Нортану. Коротко, сухо:

«Джорджина объявится завтра в 22:00. Пакгауз 12, порт Кон-Джерси. Список всех причастных прилагаю. Начинай зачистку по своим каналам. К утру от её армии не останется и мокрого места».

Отправляю.

Потом пересылаю список своим людям в Кон-Джерси и Вельдисе:

«Взять под наблюдение. По моему сигналу — замять. Аккуратно, без шума. Эти крысы не должны успеть предупредить королеву».

Телефон мигает подтверждением. Система запущена.

Я откидываюсь в кресле, закидываю ноги на подоконник. До завтрашнего вечера осталось меньше суток. Самое сложное — ждать. Но я умею. Охота научила меня терпению.

Джорджина, старая ты тварь. Завтра твоя свобода закончится. И начаться может только одно — твой личный, персональный ад. Который я устрою для тебя с превеликим удовольствием.

За Лину. За каждую её слезинку. За каждый кошмар, который ты ей подарила.

Я закрою эту дверь. Лично.

А пока — ждать. И думать о том, как завтра вечером, когда Логан принесёт жучок и запишет голос Джорджины, я буду сидеть в этом номере, слушать каждое её слово и улыбаться. Потому что каждое её слово станет кирпичиком в стене, которой я навсегда отгорожу мою принцессу от её проклятого прошлого.

Сука. Как же я люблю свою работу.

Нортан

Я смотрю на экран коммуникатора и не верю своим глазам.

Список. Сто двадцать три имени. «Сад Гефсиманский». Коул прислал его час назад, и я уже передал его людям. К утру от этой организации не останется даже воспоминаний. Их возьмут тихо, без шума, чтобы Джорджина не успела узнать и сбежать.

Но одно имя заставляет мою кровь застыть.