Чтение онлайн

Наконец, Прошка нащупала под лапами нити паутины совсем как та, в которую когда-то угодил Ивар при перемещении. Нехорошие предчувствия поселились у него в душе. Неужели, он опять угодил в какое-то другое измерение? И черт его дернул полезть в этот проклятый коридор! Как теперь назад возвращаться? Хотя, у Прошки в лапах все еще зажата путеводная паутинная нить. Выходит, на нее теперь вся надежда.

Надёжа и опора тем временем осторожно прощупывала чужие тенета, которые при этом мелодично тренькали как заправские гусли. Ивар стал нервно осматриваться вокруг. Плотным шелковистым полотном сеть надежно перекрывала весь колодец, так что промахнуться и пролететь мимо было совершенно невозможно. Влево уходил темный тоннель тоже весь тщательно оплетенный серебристым шелком. Кто-то осторожно шевельнулся там внутри, и тихий перезвон волной пробежал по всей сети.

– Кто здесь?! – крикнул Ивар, хватаясь за меч.

Однако, Прасковья так поспешно утащила его за собой, что он не успел прихватить ничего из амуниции, и теперь оказался безоружным перед неизвестностью. Паучиха тем временем подергала одну из нитей под ногами, снова наполнив мрачное подземелье жизнерадостным треньканьем.

– Прекрати баловаться! – шикнул на нее Ивар.

– Ишь, раскомандовался, – фыркнула Прасковья и плавно заскользила к тоннелю под певучий аккомпанемент серебряных струн.

Тут Ивар едва не свалился с ее головогруди, когда из шелковистого коридора неожиданно показалось несколько полосатых, будто одетых в красно-белые гетры, паучьих лап и шесть черных глаз возбужденно засверкали из темноты. Вскоре из тоннеля показался и сам создатель музыкальной сети. К некоторому облегчению Ивара был он раза в два меньше Прасковьи, красен как капля крови, но на брюшке имелся такой же белый мальтийский крест как и у нее.

– Аааааа-ххххх, – как-то сдавленно выдохнула Прасковья.

– Что такое? – забеспокоился Ивар.

– Боже, какой мужчина! – едва слышно про себя произнесла та.

– Эй-эй, Прасковья, ты это брось! Разве время сейчас! – зашипел на нее Ивар.

– Так! – Прошка неожиданно перешла на сугубо деловой тон. – Иди-ка погуляй!

Самым нелюбезным образом она стряхнула с себя седока и принялась подергивать шелковые струны, наигрывая какой-то лирический напев.

– Да, но, позволь, куда же мне идти? – возмутился Ивар.

Завязнув в паутине, он принялся отчаянно барахтаться, внося известный дисбаланс в музыкальную композицию. Потеряв терпение, Прошка обернулась к нему, в гневе взъерошившись еще больше, ее глаза зловеще блеснули красным. Тут до Ивара дошло, что и, правда, лучше сходить размяться и чем быстрее тем лучше. Брачные игры пауков не отличаются нежностью, и лучше держаться от них подальше.

Он поспешно освободился от сети и ретировался в шелковый тоннель, откуда можно было наблюдать, как необычная пара танцует свои сложные минуеты, наполняя мрачный каменный колодец нежным перезвоном. Вдруг Прошкин франт в полосатых гетрах метнулся к своему логову, очевидно заметив пришельца. Ивар, не мешкая, бросился со всех ног вглубь и спрятался за огромным камнем.

К счастью, вовсе не он оказался причиной суеты хозяина. Ухажер просто решил угостить свою даму сердца и, отцепив от потолка кокон с добычей потолще, так же стремительно унесся обратно.

– Волнуется мужик как бы самого не съели, – с долей сочувствия подумал Ивар.

Переведя дыхание, Ивар осторожно выглянул из-за угла и вздрогнул. Прямо перед глазами вспыхнула алым светом еще одна фигурка сокола. Присмотревшись, он вдруг понял, что камень, за который он спрятался, на самом деле каменный саркофаг. Под паутиной было плохо видно, но барельеф на крышке напоминал крылатую фигуру. Страшное волнение охватило Ивара, возможно, здесь лежит разгадка всех окружавших его тайн. Дрожащей рукой он поднес медальон к печати. Силуэт птицы тут же засветился ослепительным голубым светом, тяжелая крышка саркофага медленно поехала в сторону, а из недр пахнуло ледяным холодом. Густой белый дым заклубился из открытой щели и ровным покрывалом стал стелиться под ноги. Вот он уже окутал Ивара всего плотной пеленой как кокон, и невыносимый холод сковал его тело. Не в силах пошевельнуться, он смотрел как синеют руки, кожа на них становится полупрозрачной как лед и через нее просвечивает, как пульсирует по жилам огненная кровь, напоминая крошечных светлячков в запутанном лабиринте.

Чтобы хоть как-то сохранить тепло, он скрючился на полу в позе эмбриона. Вокруг него колыхалось плотное серебристое марево, сквозь которое пробивались лучи голубого свечения. Вдруг словно звезда ослепительно вспыхнула в тумане, так что глаза на некоторое время потеряли возможность видеть. Ярчайший свет прорезал тьму и начал медленно ослабевать, пока не погас совсем, но вместе с ним стал отступать и ледяной холод. Через некоторое время кровь уже нормально циркулировала по венам, кожа на руках приобрела свой обычный вид, Ивар вздохнул с облегчением и поднялся. Снаружи кто-то разговаривал скрипучим старческим голосом, но туманный кокон сделался плотным, как утроба матери и не выпускал за свои пределы. Тем временем внутри с каждой минутой становилось все жарче и жарче, и через некоторое время Ивар почувствовал, как изменяется его природа. Огненный поток в венах разгорался все сильнее, перерождая тело в сгусток живого подвижного огня. Еще секунда и он весь вспыхнул как факел, не чувствуя боли и наслаждаясь каждой секундой своего нового состояния. Необыкновенная легкость и гибкость были настолько приятны, что он счастливо рассмеялся от радости. Теперь он мог без усилий принимать любое обличье птиц, зверей, людей и даже предметов. Как же он раньше не замечал за собой таких способностей!

Его огненное тело превратилось в вихрь, и он завертелся волчком, бешено хохоча и сжигая ограничивающую его оболочку. Для него больше не было преград, он всесилен и ему ни к чему какой-то дракон, когда он сам из огня. Вдруг его плен закончился вместе с подземельем, где он оказался с Прошкой. Смерчем он вырвался наружу и заплясал в диком танце на алом от крови снегу.

К неописуемой радости Ивара он остался в том же мире, лишь слегка переместившись в пространстве. Гора Ардабахешт теперь величественно возвышалась прямо перед ним, из ее кратера, зловеще потрескивая, медленно вытекала багровая лава, грозя затопить прекрасный храм ниже по склону, вырубленный прямо в скале. Но что это? Похоже, что все войска царства выстроились у ее подножия для боевых действий. Стройные ряды воинов в блестящих золотом шлемах замерли в ожидании приказа.

Вдруг будто солнце стало всходить прямо из жерла вулкана. Ивар было подумал, что сейчас произойдет взрыв, но вместо этого ослепительная звезда вылетела оттуда и устремилась вниз к подножию. Подлетев поближе, сверкающий шар преобразился в огненную птицу Феникс. Войска радостно отсалютовали ей, а птица ударилась о земь и обернулась высоким черноволосым мужчиной в золотых доспехах. Не помня себя от радости, незнакомец заключил новорожденный огонь в объятия.

– Сынок! – только и смог выдохнуть он, и на его глазах навернулись слезы. – Идем же! Идем скорее, я покажу тебе твой мир!

Двумя яркими звездами они взлетели к колоннаде великого храма, где оба приняли человеческий облик. Бог Огня положил руку на плечо золотоволосого голубоглазого мальчика, вынул свой окровавленный меч из ножен и отсалютовал войскам.

– Варахрам! Варахрам! Варахрам! – барабанной дробью имя его разносилось по долине, многоголосым эхом отражаясь от скал.

Самые прославленные вожди людских родов торжественно поднялись по дороге к ступеням храма, неся на плечах носилки, накрытые золотой парчой. С поклоном цари опустили драгоценные дары у ног своего бога и сняли покрывало. Чего там только не было! И целая гора золотых монет, и бриллианты всех цветов и размеров, и изукрашенные самоцветами кубки, и драгоценные благовония в золотых флаконах. Но не это сразу бросалось в глаза! Сверху всего лежал сломанный напополам меч с лебедем на эфесе и бесценным звездным сапфиром, украшавшим навершие.

– Здесь ты будешь царь среди царей, малыш, – произнес над его ухом Варахрам и объявил во всеуслышание. – Сегодня мы празднуем рождение моего Сына, которого вы будете почитать так же как и меня! Отныне Янар имя ему, и да восславится оно во веки веков!

– Ура! Ура! Ура! – дружно отозвалось войско. – Да здравствует, юный Бог Света!

Варахрам снял со своей груди медальон с огненным соколом — знак царственной власти, и надел на шею своему сыну. Вожди человеческих родов преклонили перед ними колени.