Чтение онлайн

– И что же хранится за кольцом заклинаний?

– Оружие, обладать которым может лишь сильнейший.

– Что-то вроде меча?

– Что-то вроде чаши.

– Чаши,- задумчиво повторила я.- Допустим, я её достану. Но что в этом для меня?

Казалось, его смех шёл из груди – застывшие в улыбке губы оставались неподвижны.

– Для тебя в этом – жизнь, Аими-сан. Не люблю угроз – особенно в отношении тех, с кем предпочёл бы провести время иначе – но не забывай, на тебя не действует только магия. В остальном ты – всё то же хрупкое человеческое существо. Очень соблазнительное, но от этого не менее смертное.

Внутренне съёжившись, я постаралась сохранить невозмутимость.

– Просто жизни мне недостаточно. Хочу вернуться в мою реальность!

– Я могу обещать многое, в том числе и это. Но ворот, через которые ты пришла, больше нет.

– Благодаря кому!- буркнула я.- Этих – нет, но наверняка есть другие!

Улыбающееся лицо чуть наклонилось ко мне, голос стал доверительным.

– Ты не оставишь эту реальность, Аими-сан. Да, это моя вина, и я готов её искупить, даровав тебе в нашем мире всё, что пожелаешь.

– Если я, в свою очередь, "дарую" всё, что пожелаешь ты?

– Вижу, мы достигли согласия.

– А мои шрамы?- не сдавалась я.

– Моя нетерпимость к подобным несовершенствам несколько преувеличена. Но в твоём случае действительно не буду портить себе удовольствие. В конце концов, я ведь не животное, могу и потерпеть.

– Опасаешься "лилии"?

– Влияние "лилии" на меня тоже преувеличено.

– Надеюсь, она это сейчас слышит,- я нарочито осмотрелась.

Ракурай тихо рассмеялся.

– Сейчас нас не слышит никто, Аими-сан. Но для Шайори это и не тайна. Или почему, думаешь, её так встревожило твоё появление?

Злость от собственного бессилия заглушила отвращение, когда его ладонь всё же коснулась моего лица, легко погладив щёку. Стиснув зубы, я смотрела, как он поднимается и неторопливо направляется к выходу. Уже зашуршала сдвигаемая дверь, и я не выдержала:

– Чего ты ждёшь? Почему не отправишь меня добывать эту чашу прямо сейчас?

Он обернулся. Кажется, я бы в самом деле отправилась к последнему кругу ада, лишь бы больше никогда не видеть этой ухмылки...

– Я жду, пока слух, что ты у меня, дойдёт до Иошинори. Оружие – лишь полдела, ещё нужен тот, кого хочешь им уничтожить. У меня нет желания гоняться за Иошинори повсюду.

Сёдзи[1] задвинулась за ним, а я сидела на месте, остолбенев. Я должна достать оружие, которым эта ухмыляющаяся тварь уничтожит ёкая, "тронувшего моё сердце"?.. Но почему Ракурай говорит об этом так открыто? Почему уверен, что, зная о его планах, я передам дурацкую чашу по назначению?..

– Аими-сан!

Я растерянно подняла глаза на вошедшего Арэту. Окинув меня довольным взглядом, он скрыл за веером улыбку.

– Может, поделишься причиной радости?- я поднялась на ноги.

– Может, и поделюсь. Кстати, скоро время трапезы. Нэцуми собиралась разделить её с нами.

– Как понимаю, ты просто ставишь меня в известность, и отказаться я не могу.

– Совершенно верно,- он махнул веером в сторону прудика.- Прогуляемся, пока здесь всё подготовят?

Вздохнув, я обречённо поплелась следом. Солнце почти село, от прудика тянуло прохладой, над уже зажжёнными фонарями-торо кружились насекомые.

– Ты чем-то расстроена, Аими-сан?

Интересно, как он успел это заметить, шагая впереди и не оборачиваясь?

– Скорее озадачена.

– Вот как?- он присел возле воды и вынул из-за пояса неразлучную флейту.

– Разве не слышал мой разговор с твоим господином?- забросила я пробный шар.

Арэта рассмеялся. Поднеся флейту к губам, вывел несколько звуков и кивнул на траву рядом.

– Не будешь ведь стоять всё время.

– Приготовления продлятся до утра?

– Не упрямься,- закатил он глаза и снова заиграл.

Сесть, как мне хотелось – согнув колени и положив на них подбородок, не получалось из-за широкого пояса-оби, обхватившего тело не хуже корсажа. Теперь понятно, почему у гейш такая осанка. Чуть сгорбишься сидя – задохнёшься. Арэта, казалось, не замечал моих мучений, продолжая самозабвенно играть. И, надо сказать, неплохо. Приняв относительно удобное положение, я смогла наконец сосредоточиться на мелодии. Печальная, полная меланхолии, но такая умиротворяющая, она как будто уносила сознание вдаль – обратно в мой мир, где теперь всё казалось таким простым и... далёким. "Ты не оставишь эту реальность"... Ракурай лишь подтвердил то, что я понимала и без него. Но всё равно ужасно убедиться в этом в очередной раз. Мне вспомнился день, когда мы с Цумуги посетили выставку работ Амано Ёситаки, и жуткие существа на его картинах. Теперь подобная "живность" окружает меня со всех сторон. Одна из "представительниц" заглянет сегодня на ужин, другая мечтает меня извести, потому что могу занять её место в постели ещё одного "образчика"... Бежать некуда, да и к кому? Сердце защемило, когда подумала о Кэцеро. Меня бы наверняка преследовали, а снова подвергать его опасности я не стану ни за что...

– Успокоилась?

Не сразу заметила, что мелодия смолкла. Арэта смотрел на меня, слегка прищурив глаза.

– Для этого ты играл?

– Для этого тоже.

– Сработало. Спасибо. И что теперь?

– Дождёмся Нэцуми. Но не стоит говорить ей о посещении Ракурая-сама.

– Как скажешь,- пожала я плечами.- Так что это за оружие, которое я должна для него достать?

Арэта заткнул за пояс флейту и, раскрыв веер, начал его рассматривать, будто хотел найти десять отличий в рисунке.

– И мне не стоит говорить то, о чём беседовала с господином.

– Но ты ведь всё... ты в самом деле ничего не слышал?- удивилась я.

Арэта поднял глаза от веера.

– Как же мало ты смыслишь в том, что здесь происходит. Порой мне тебя просто жаль. Не знаю, как выглядит твоя реальность, но не перестаю удивляться, что ты до сих пор жива в нашей. Неспособность чувствовать барьеры и ауры делает тебя неуязвимой для некоторых опасностей. Но в то же время ты точно сова, вытащенная на солнечный свет – слепо озираешься вокруг, ничего не видя.

Слова Арэты меня задели. Или, может, пообщавшись с Кэцеро, я тоже начала болезненно реагировать на всякое проявление жалости?

– Что это – первый урок этикета? В вашей реальности принято отвечать на вопрос непрошенной психологической оценкой?

– Не хотел тебя обидеть,- миролюбиво начал Арэта, но я уже поднялась на ноги.

– Тогда прибереги свою жалость для себя! По крайней мере мне в моём мире не приходилось быть на побегушках у старой ведьмы и присматривать новые экземпляры в гарем озабоченного "господина"!