Чтение онлайн

В глазах Руфи полыхало благоговение.

– Эвелин, ты не перестаешь меня изумлять!

– Однако тебе придется переехать в Бирмингем. На год как минимум. Сможешь?

– Конечно, смогу!

Вот так начался проект «Возрождение Полустанка».

На следующий день, когда состоялась встреча с подрядчиком, Руфи уже загорелась идеей донельзя.

– Какая же это радость для папы! Он так хотел побывать на родине, которой больше нет. Чуть не погиб, пока ее искал. Вообрази, как он будет счастлив вновь увидеть старое кафе, а то и весь городок!

– Вот уж он удивится!

Руфи испустила глубокий вздох.

– Так хотелось чем-нибудь его порадовать. Ему уже много лет, нас ждет разлука навсегда. Но теперь благодаря тебе я могу что-то сделать для него. Лучшего подарка просто не придумать.

– Я согласна, – кивнула Эвелин. – Только ничего ему не скажем, пока все не приведем в порядок. И вот уж тогда он получит сюрприз.

Только в Америке девушка, начавшая свой жизненный путь без гроша в кармане, могла стать мультимиллионером, у которого одна забота – решить, куда выгоднее вложить деньги. Видя, как разрастается Бирмингем, Эвелин смекнула, что всякая недвижимость в его близлежащих окрестностях всегда будет хорошей и надежной инвестицией. Многие годы она скупала пустоши, на которых потом вырастали торговые и офисные центры.

Три недели назад ей позвонил ее риелтор Тед Кэмпбелл и предложил взглянуть на загородный участок площадью в тридцать акров. Он знал, что Эвелин любит открытые пространства с хорошим обзором.

На другое утро она смотрела на железнодорожные пути, как будто уходящие за горизонт. Место ее покорило. Она не только полюбила его, но, проехав вдоль путей, поняла, что бывала здесь раньше. И тотчас велела Теду заключить сделку.

Нинни Тредгуд всегда с большой любовью говорила о Полустанке. Она была бы довольна, что Эвелин его покупает. Цена была сходная, учитывая, что речь о целом городке с кладбищем и несколькими уцелевшими зданиями. Господи, да за такую цену его нельзя не купить!

Сразу по возвращении домой Руфи позвонила отцу и предложила пообедать вместе в его любимом ресторане.

Пока Бад расправлялся со второй порцией спаржевой фасоли, она сказала:

– Папа, ты не будешь категорически против моего переезда в Бирмингем? На некоторое время.

– В Бирмингем? – удивился Бад.

– Да. Понимаешь, какая штука: Эвелин затеяла один проект и предложила мне стать ее партнером. Но это потребует моего отъезда.

– Вот как?

– Я все равно буду навещать тебя каждую неделю, и поскольку сейчас у тебя есть Вергилий и новая подруга Люси…

– Лоис.

– Да, извини. Я подумала, ты не станешь возражать. И потом, я буду совсем недалеко и…

Бад ее перебил:

– Милая, если тебе это нужно, езжай. Обо мне не беспокойся. Все будет хорошо. И я прекрасно отношусь к Эвелин. А что за проект?

– Так, небольшая стройка. Потом расскажу подробно. Ну вот и отлично. Жить я буду у Эвелин, в ее гостевом доме, годится?

– Конечно, годится. Я несказанно рад за тебя, милая, правда. Я не хотел говорить, но последнее время ты была как в воду опущенная, и смена обстановки пойдет тебе на пользу.

– Я надеюсь. По-моему, будет интересно.

– Новость хорошая, давай отметим твой новый проект. Что ты скажешь о лимонном пироге с мороженым?

– Пойдет.

– И кусочек кокосового торта?

– Гулять так гулять!

Потом Руфи отвезла отца обратно в пансионат. Шагая по дорожке к жилому корпусу, Бад спросил:

– Ты не хотела бы познакомиться с Лоис? Я знаю, она обрадуется.

– Конечно, если ты считаешь нужным.

– Тогда подожди здесь, я за ней сбегаю.

Через пару минут отец вернулся вместе с Лоис. Руфи удивилась, увидев красивую пожилую даму безупречно стильного облика, подчеркнутого весьма впечатляющим жемчужным ожерельем и перстнем с бриллиантом, размером не меньше круглой дверной ручки.

– Руфи, дорогая! – сказала она. – Можно вас так называть? Я столько о вас слышала и невероятно счастлива наконец-то с вами познакомиться.

Вернувшись домой и размышляя о предстоящем переезде в Бирмингем, Руфи поняла, что отлучка ее может растянуться на год, а то и на два. И тогда какой смысл в ежемесячной оплате пустующего дома в Атланте? Только глубже погрязнешь в долгах. Кроме того, дом слишком велик для одного человека. Наверное, разумнее его продать и снять небольшую квартиру поближе к пансионату, где можно будет переночевать, навещая отца. Конечно, страшновато вот так вот сжигать мосты. Но если не рискнуть сейчас, не отважишься никогда. Закроем глаза и прыгнем. Ну держись, Полустанок! Вот она я!

Когда Руфи ознакомила детей со своими планами, Ричард счел их превосходными, но Каролина тотчас закатила истерику. Целыми днями телефон разрывался от звонков из Вашингтона.

– Мама, это же наш семейный дом! Нельзя его продавать! И где я буду жить, приезжая в Атланту?

– Как всегда, у бабушки, милая.

– Но я хочу знать, что могу сделать два шага и оказаться у тебя. И как это ты на целый год уезжаешь в Алабаму? А кто будет приглядывать за дедушкой?

– В пансионате ему чудесно, и Бирмингем не на другом краю света. Если что, через пару часов я буду здесь.

– Но я не желаю, чтобы в моем доме жили чужие люди.

– Бабушка за этим проследит, продажей занимается ее агент. Марта уже известила, что покупкой заинтересовались ее клубные приятели, некие Вогэны. Ты, наверное, их знаешь.

– Скажу тебе одно: будь папа жив, он бы ужасно расстроился.

Вообще-то Брукс был бы неимоверно счастлив, что у его любимой жизнь продолжается.

Когда Руфи вернулась в Атланту, Эвелин уже обеспечила финансирование проекта, получила строительные чертежи и наняла бригаду рабочих, готовых расчистить территорию. Первым делом предстояло убрать весь мусор, избавиться от зарослей вьюнка и обследовать фундаменты зданий. Поразительно, однако салон красоты Опал Баттс был целехонек: возле стены так и стояли старые фены, на полках выстроились неизрасходованные флаконы шампуней и краски для волос.

А вот от обстановки кафе мало что сохранилось: лишь стойка, перегородки кабинок, несколько столов и стульев. К счастью, урон, нанесенный временем другим зданиям квартала, был не столь уж сокрушительным.