Чтение онлайн

— Так, я могу с вами пройти, ежели вы не против, и дело не тайное.

Какой, однако, понимающий кучер.

— Нет совершенно нетайное, и вы меня этим очень выручите.

Он помог мне подняться в экипаж, а я чуть выше, чем нужно задрала юбку, ох уж эти ступени, красивые и коварные, так и норовят зацепить платье с кружевным подолом. Надо срочно купить себе какой-то новый, более удобный деловой костюм.

— Адресок подскажете, куда ехать-то?

— Ах да, улица Свечная, дом девятый, это не слишком далеко? Если далеко, то поездку перенесём.

— Неблизко, но доедем быстро, если настаиваете.

— Хорошо, настаиваю, — отвечаю так, словно он меня уговаривает на дело, какое я же сама и поручила. Типичная женская логика.

Через несколько минут за окном кареты вид города изменился до неузнаваемости. Милый центр, утопающий в цветах, украшенный декором лепнины, чугунными «кружевами» заборов и парапетов уступил место серому, пыльному и даже депрессивному пригороду.

Нет, я не наивная дурочка, и примерно так себе и представляла жизнь в бедных трущобах. Но реальность настигла чуть быстрее, чем я успела приготовиться.

Разница колоссальная.

Появилось навязчивое желание попросить кучера оставить мою глупую затею и развернуться, от греха подальше.

В следующую минуту я пожалела, что оставила дома боевую трость. Карета притормозила на узком перекрёстке, и к нам подбежали подростки с недобрыми намерениями, разглядев во мне довольно лёгкую добычу для налёта: открыть дверь, вырвать сумку или сорвать украшения и раствориться в чёрных, вонючих подворотнях.

Свист кнута над головами, остудил пыл молодых гопников. Их, как ветром сдуло.

Мы быстро проехали ещё один перекрёсток, и город снова «повернулся» к нам приятной стороной. Вдоль улицы выстроились бедные, но довольно опрятные домики, всё больше обычные, деревенские, иногда между ними возникают двухэтажные доходные дома для небогатой публики.

Я успокоилась, чувство тревоги отпустило. Не гопники меня напугали, а готовность леди Хайд с ними расправится по своему усмотрению. Она на такие приключения всегда готова, что весьма странно для девочки. Этот момент в её психике тоже нужно исследовать. И донести до неё, что желание драться не делает наши мышцы сильнее, реакцию быстрее и вообще не делает из нас суперженщину.

Попадётся какой-то отморозок и нам конец.

Мои размышления прервались громким выкриком кучера, и карета замерла у небольшого деревянного дома с заросшим палисадником.

— То был самый бедный район, зря я решился проехать по тем улицам, так быстрее, но и опаснее. Раньше эти люди работали на фабрике, потом она сгорела, и квартал превратился в самое злачное дно. Обратно повезу чуть дольше, но безопаснее. Прошу прощения, сам испугался, когда гопота подскочила…

Кучер помог мне спуститься, показал на дом с номером девять. И притормозил мою решительность, тем, что сам постучал в калитку.

— Хозяева есть ли?

— Есть, сейчас откроем, кого принесло, — за забором послышался ворчливый старческий голос. Засов неприятно лязгнул, и в неширокую щель высунулась голова старушенции, такой старой, что, кажется, сама Баба-Яга ей ровесница. С такими бабулями всегда непросто договариваться.

— Здравствуйте, я приехала навестить Николая. Фамилию, к сожалению, не знаю…

— На кой тебе Колька? Чего это барыня удумала? — старушка не страдает раболепием, тот факт, что я барыня её нисколько не смутил, и не заставил открыть двери шире.

Моему кучеру беспардонность старухи очень не понравилась, он ответил тут же и совершенно без сноски на почтенный возраст хозяйки:

— Вот именно, старуха, это барыня, ежели приехала, значит, есть дело, а ты стоишь как гарпия и ни туда и ни сюда. Говори, здесь ли живёт Николай, ежели съехал, то куда…

— От, раскомандовался, смотрите каков гусь, ты что городовой? Кучер, а туда же, командует…

Мне пришлось достать из сумки монету, и показать старушке, чтобы добавить к её бурному темпераменту толику сговорчивости.

— Я некоторое время провела в монастыре с Марией, его матерью, и она слёзно просила проведать сына, пожалуйста…

— Эта шалава убила моего сыночка, моего родимого! На каторге ей самое место, а не в монастыре, проклятая тварь. И ты такая же, не нужны мне твои деньги, и Колька мой внук, мать ему такая не нужна…

Не успев начаться, разговор сорвался в пропасть, разбивая всякую надежду на возможность договориться. Скорее всего, и парень также думает о своей матери, уж эта старушка промыла ему мозг по самые пятки.

Кучер переступил с ноги на ногу и, кажется, уже понял всю бесперспективность нашей попытки. Но я закусила удила. Интуиция или профессиональный нюх сработали, неважно, потому что я учуяла в старушенции очень тонкий, почти незаметный намёк на ложь.

Она с ней жила десятилетие, и уже сама поверила в неё. Она да, а тело нет. Невербальные приметы мгновенно выдали: голос изменился, стал писклявым, нападение более активное, ведь я не Мария, мне достаточно было просто отказать в разговоре. И последнее, её глаза начали часто моргать, а голова качаться из стороны в сторону, словно она сама отрицает свои же слова.

Но всё это полная чушь…

Потому что в моём сознании появился безразличный голос леди Хайд: «Она лжёт и знает гораздо больше, чем говорит. Тебе достаточно при кучере вывести её на чистую воду!».

Бабка времени зря не теряла и начала закрывать перед нами дверь, войти без ордера не имеем права, и нам никто его не даст.

В момент, когда ситуация показалась безнадёжной, к дому подошёл парень, крепкий, довольно симпатичный, и я сразу увидела в нём некоторую схожесть с Марией. Одет просто, но добротно, на носу круглые очки и в руках какие-то бумаги. Явно не рабочий, значит, потенциал у него есть и возможно, он выслушает меня.

— Бабуля, что происходит! Вы кто? Простите, сударыня, не признал. Плоховато вижу, — он начал грубо, но, заметив моё, довольно дорогое платье и хорошую карету перед домом, сменил гнев на милость.

— Они уже уезжают, нам не о чём говорить! — завопила старуха и тем окончательно себя выдала.

А я ухватываю последнюю ниточку надежды не потерять контакт и заинтересованность Николая.

— Нам, как раз есть о чём говорить. Но боюсь, если начну разговор в лоб, то вы поступите так же, как ваша бабушка, и не дадите мне шанса сказать правду, как она есть.