Всадники Одина Цена человечности
Шрифт:
– Ты переигрываешь!
Ян невольно поежился. Похоже, он действительно перестарался. Ларсен же, тем временем изображая кроткую и зашуганную овечку, принялся что-то втолковывать бабище. Та брезгливо морщилась, но отвечала на вопросы алхимика. Затем принялась водить пальцем по столешнице, похоже, объясняя куда-то дорогу. Ларсен кивал, иногда что-то уточняя и при этом умудряясь не терять своей «маски» раба. Трактирщица, видимо, устав от объяснений, крикнула что-то в зал. К ним тут же подбежал один из парней-официантов, в розово-фиолетовом шифоновом одеянии. Почти прозрачном. Он подобострастно поклонился Яну и хозяйке трактира, при этом полностью игнорируя Ларсена. Точно бы его не было и в помине.
Потом он танцующим шагом направился к выходу из трактира. Остановился и, прости Единый, призывно помахал ручкой, мол иди за мной. Яна передернуло от этого театра абсурда, но делать было нечего. И они отправились вслед за официантом, уже успевшем скрыться за дверью.
Петляя по узким улочкам, заворачивая в какие-то невообразимые закоулки, они двигались к намеченной цели. Как успел объяснить Ларс, трактирщица отправила их в местный ломбард, где можно обменять камни на деньги. Но у Яна, как раз наступившего в кучку чего-то особенно дурнопахнущего, уже начали закрадываться нехорошие подозрения, что не в ломбард их ведут, а в самую банальную ловушку. Ларсен на его предположение пожал плечами. Дескать, все может быть.
Но, к счастью, в этот раз они не вляпались в неприятности. Шлюховатый официантишка действительно привел их к ломбарду. По крайней мере, деревянная вывеска над покосившейся зеленой дверью сообщала именно об этом. По словам Ларсена. Официант что-то прощебетал на прощанье и исчез за ближайшим углом. Ян толкнул дверь.
Маленькая комнатка, заваленная всевозможным хламом, принадлежала… данбажи. Толстой, ленивой даже на вид. Она сидела за столом на высоком стуле и что-то усердно строчила в огромной книге с желтыми страницами. Настолько увлеченно, что даже не заметила гостей.
Ларсен прокашлялся, привлекая внимание белки. Та подскочила на месте и сердито уставилась на пришельцев. Заприметив Ларсена, данбажи скривилась. Так же, как до этого трактирщица.
«М-да. Похоже, Ларсен не врал насчет отношения к остроухим в Диадеме. Если уж данбажи позволяют себе подобное…»
Мельком глянув на Яна, белка скривилась еще больше. Она что-то процокала быстро-быстро, из неприметной дверки показался высокий молчаливый амбал человеческой наружности. Данбажи снова зацокала, указывая на визитеров. Амбал двинулся к ним. Но встал, остановленный речью Ларсена. Говорил он абсолютно спокойно, лишь покорно вперив взгляд в каменный пол. Через пару минут он замолк. Белка снова что-то процокала, амбал отступил за дверь. Ларсен медленно повернулся к Яну и, не отрывая глаз от пола, проговорил:
– Она согласилась купить камни. Думаю, пока обменяем жемчуг и один рубин. На первое время должно хватить, остальное – в столице.
Неожиданно данбажи спрыгнула с насиженного места и оказалась рядом с Яном.
– Я понимаць, цто цы говориц. Йольф надо заткнуцца! Не хоцу слуцать твой раб.
Ян не растерялся.
– Хорошо. Я готов вести переговоры сам, хотя меня и не прельщает мысль о сотрудничестве с данбажи, – высокомерно ответствовал он.
Ларсен еле заметно кивнул, выражая одобрение.
– Как твое имя, цузестранец? – не обратив ни малейшего внимания на оскорбление, спросила белка.
– Зачем тебе?
– Я не веду дзела с недзнакомцами. – Пожала плечами собеседница. – Ецли не хоцец говориц имя – проваливай.
– Убедила. Мое имя Ян.
– Оцкуда ты, Ян?
Ян на секунду задумался, припоминая разговор в шалменте. Вольные цитадели. Но которая из них? Он посмотрел на «раба». И тут его осенило. Точно...
– Из Лазурной Цитадели. А тебя как звать, данбажи?
Белка недовольно нахмурилась, но все-таки соизволила ответить:
– Карлина. Из отцуда. Родилаць, выроцла, дзиву и работаю. Цеперь выкладывай, цего хоцес обменять...
Ян про себя отметил, что даже белки, заправляющие в этом городке – женщины. Он вытащил из котомки Ларсена, перешедшей ему во временное пользование, небольшой кожаный мешочек и вытряхнул на стол камни. У данбажи загорелись глаза. Ян, будто бы не обратив на это внимание, отделил от общей массы две жемчужины и рубин, что поменьше. Остальное вернул обратно в мешочек.
Белка снова скривилась:
– Цего мелоцицся? Вце меняй.
Ян молча покачал головой.
– Рубин – дзва дзракона, за обе дземцузыны дам одного. И тоцка.
Он снова глянул на Ларса. Тот хмуро покачал головой и сказал:
– Хозяин, не верьте ей. Она вас хочет обмануть. Рубин стоит не меньше десяти звезд, а одна звезда – это пять драконов. Жемчуг меньше, чем две звезды за штуку не продавайте.
– Да цто цы мелец! Выродок! Да цас охрану подзову! И цебя повецат за то, цто ледзец в радзговоры гоцпод!
– Я позволил ему говорить, – вступился за йольфа Ян. – Он мой раб и помогает вести дела в Диадеме.
– Трицать за вцо! Больце торговацца не буду! – воинственно выдала белка.
– Пятьдесят!
– Цорок пять или ты уходиц!
Ларсен еле заметно кивнул.
– Хорошо, – с недовольной миной выдал Ян.
Они рассчитались. По совету йольфа, Ян попросил одного дракона разменять на цмоки. Так он и сделал, в результате получив небольшой плотный кошель с золотом и увесистый мешочек серебра.
После этого Ян попытался выяснить у данбажи, где можно купить одежду. Та охотно согласилась проводить их к старьевщику, потому что новой одежды в городе не продавалось. Как потом объяснил Ларсен, ею торговали только в местах производства либо в портовых городах. В искусственных оазисах продавать ее банально не выгодно. Любому из жителей оазисов гораздо проще съездить в столицу, где выращивали хлопок и другие растения, из которых можно было производить ткани, чем тратить бешеные деньги на привозные товары. В общем, у старьевщика они ничего не купили. Ибо продавал он позорный хлам, а цены у него были такие, что, как выразился Ларсен, на эти деньги можно купить караван вьючных тирунов и табун лошадей в придачу. Ян не понял, кто такие тируны. Но уточнять не стал. Не до того сейчас. Зато они приобрели оружие. И, как ни странно, не очень дорого. За два саблевидных клинка, пару кинжалов и арбалет они отдали всего три дракона, что, по словам Ларса, было очень дешево.
К счастью, с покупками и шатанием по местным закоулкам они покончили достаточно быстро. Потом вернулись в таверну и рассчитались за постой, а заодно набрали провизии в дорогу. Хотя путь до столицы и должен занять всего несколько часов езды на местном эквиваленте поезда, со странным названием «герванд», рисковать не хотелось. К их «удачливости» он уже успел привыкнуть. Разделив купленное оружие, они принялись собираться в дорогу. До ближайшего герванда оставалось не больше часа.