Чтение онлайн

– Согласен, – подтвердил Ларсен. – У Дрины за щеками осталось немного денег и последние камни. Может и удастся сесть на герванд или, что лучше, на грузовой корабль... Заплатить капитану мы сможем, главное – не мешкать и не дожидаться, пока нас объявят в публичный розыск.

На том и порешили. Тана позвала ракота. Тот появился сразу. Жизнерадостно кувыркнулся в воздухе и приземлился прямо на колени хозяйки. Девчонка охнула и принялась что-то нашептывать ящеру, пристально глядя ему в глаза. Ракот замер. А потом исчез в воздухе. В камере снова повисло гнетущее молчание. Прошло уже минут десять, ящер все не возвращался. Затем – двадцать. Девка уже начала волноваться, ерзать, обеспокоенно поглядывая по сторонам. Да и Йорг, если быть честным, тоже начинал нервничать. Что могло задержать тварюшку?..

Вдруг в коридоре лязгнула дверь и послышались шаги. В дверях показалась высокая чернокожая женщина в окружении очередных амбалов-клонов. «Мда. Плакала наша свобода», – печально подумал Йорг, когда бабища молча бросила им под ноги маленькую безвольную тушку. Голова ракота застыла под таким неестественным углом, что и дураку стало бы ясно – ящер мертв.

Девчонка рыпнулась, попыталась кинуться с голыми руками на женщину. Лицо скривилось в жалобной гримасе – ее душили еле сдерживаемые рыдания. Но Ян не дал своей женушке благородно сдохнуть вслед за драконом, схватив и прижав к себе. Йорга внутри аж перекосило от этих соплей, но он не подал виду. Скоро казнь. Он потом все выскажет, если удастся выкрутиться.

Но нет. Йорг ошибся насчет казни. Их, оказывается, пришли освободить, а не убить. Великий Визирь, мол, приказал доставить к себе необычных преступников. Правда, в чем их необычность, никто так и не объяснил. Ну не казнят, и то – хлеб. Всю компанию выпроводили из «полицейского участка» и усадили в шатер, установленный на спине особо крупного краба-тируна. Тана окончательно расклеилась и теперь размазывала слюни на груди Яна. Вот дерьмо! Краб тронулся и повез их в неизвестном направлении. Над горизонтом занимался рассвет.

Ехать пришлось на удивление долго. Что ж, судьба в очередной раз поиздевалась, подарив им надежду. Надолго ли? Сейчас они опять расслабятся, а потом придется горько пожалеть. Похоже, госпоже Фортуне эта игра никак не наскучит. Что бы ни говорил братец о высших силах в лице Единого, а этим сударем тут и не пахло, скорее уж Враг подсобил…

И вот, когда Йорг уже был близок к истерике, тирун остановился. Полог шатра откинула та же женщина. Глаза, уже привыкшие к полумраку шатра, больно резануло солнце. Он зажмурился, проклиная всех, кто прямо или косвенно оказался виноват в их бедах, и ступил на лесенку.

Братию опять взяли под конвой и куда-то повели… М-да. Йорг украдкой ущипнул себя за руку. Ничего не изменилось. Он не спит и вроде бы не пьян. Их вели по белоснежным ступеням во дворец. По-другому сие монументальное сооружение и назвать нельзя. Сказочный восточный дворец, вынутый прямиком из виртуального исторического фильма. С позолоченным куполом, стройными башенками и резными узорами на арках. Что они здесь забыли?! Это ведь наверняка жилище местного короля, султана, президента или как там у них зовется правитель?! Может, Великий Визирь – это оно и есть? Их помиловали или наоборот, решили наказать по всей строгости пред очами начальства?! Йорга снова охватила паника. Он отправил эмоциональный импульс брату в надежде получить привычный заряд уверенности. Но… Не срослось. Ян тоже был растерян. Чисто по-человечески растерян. И не знал, чего ждать от предстоящего. Это было хуже удара под дых. Что происходит с Яном?! Он обернулся. Нет. На вид брат не изменился, внешне продолжая излучать спокойствие и уверенность... Он держал зареванную девку за руку и тихо ей что-то нашептывал. Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо!

Лестница наконец закончилась, и двое стражей, стоявших у огромных светлых дверей, отворили их перед «гостями». Они вошли в… сад. Цветущий, с фонтами, яркими певчими птицами и... сидами[1], которые резвились в воздухе, разливая вокруг свой тонкий серебристый смех. «Бред! – подумал Йорг. – Эти-то откуда здесь взялись?!» Их провели по садовой дорожке, выложенной таким же белым, как и стены, камнем. Йорг едва не свернул шею, разглядывая веселящихся над клумбами сидов. Точно бред!

Тем временем они оказались у вычурной арки, за которой скрывался длинный, петляющий коридор с расписными стенами и множеством совершенно одинаковых дверей. Как в компьютерной игрушке-лабиринте. Только это была не игра. Вполне живые стражи со вполне настоящими мечами наготове. Шаг влево, шаг вправо, и ты без башки. Осознание происходящего давило не хуже бетонных плит.

– Стоять! – скомандовала предводительница, после того, как они снова поднялись по лестнице вверх и оказались у очередной двери, ничем не отличавшейся от сотни предыдущих.

Их ввели внутрь. Большое, светлое помещение с высокими стрельчатыми окнами, выходившими в сад. Мозаичный пол, лепнина на расписных потолках. Минимум мебели, только шкафы с книгами, софа у окна, стол и кресло, в котором восседал… вчерашний рыжий карлик из библиотеки.

Конвой покинул помещение, из сопровождающих осталась только та самая женщина, забравшая их из тюрьмы.

– Рунг Лодар. Великий Визирь и правая рука Светлейшей и Мудрейшей, Великого Имана Великой Диадемы Има, Джафиры Ан Хенбан Хенк... – Она поклонилась карлику.

Великий, великая, великие... Куда не плюнь, одни бабы да карлы... Отрастили себе величку, тьфу! Радовало только одно, она говорила на стандарте. И даже без особого акцента.

Карлик кивнул.

– Ты можешь идти, Амаранд дочь Джафиры. Мы сами во всем разберемся. Благодарствую, что привела их сюда.

Та снова поклонилась и беспрекословно покинула помещение.

– Ну, дорогие, теперь вы – мои рабы. Я пока не знаю, что с вами делать. Но придумаю, поверьте, у меня богатая фантазия.

Йорг нервно огляделся. Он вспомнил слова Ларсена про то, для чего здесь нужны рабы. Ему совсем не улыбалась перспектива стать игрушкой стремного лилипута. При случае, он был даже готов выпрыгнуть из окна.

Карлик резво соскочил со своего высокого кресла и обошел их по кругу, как бы рассматривая. Ростом он оказался не выше данбажи. Впрочем, это Йорг заметил еще в библиотеке, но не придал значения. Наконец карл остановился и уставился Яну прямо в глаза. Брат выглядел очень напряженным. Йорг легонько коснулся его сознания, пытаясь понять, в чем дело. Но наткнулся на заслон. Ян явно не хотел сейчас делиться своими тревогами.

– С тобой я еще переговорю... – Карлик сощурился и отвел взгляд. – А пока располагайтесь. Вы мои личные рабы, потому вам выделят комнаты неподалеку от моих. Я распоряжусь, чтобы вас случайно не отвели в крыло для прислуги.

Он замолк.

Вперед выступил Ларсен. Выглядел он достаточно уверенно, будто бы не в Диадеме находился.

– Мир тебе, о Великий Визирь, милость Единственного[2] и Его благословение! – Он чинно поклонился, но не как раб, а как свободный. Почти как равный. Как та женщина. – Поведай нам, несчастным путникам, как быть дальше. Покинуть ли тебя или вести с тобою беседу?

Остроухий, казалось, преобразился. Он практически светился изнутри, налился подобострастием, как самый заправский лизоблюд.

– Мир и тебе, йольф. Хотя здесь и не принято желать мира таким, как ты. Но я не расист. Ты останешься здесь. Остальные уйдут. – Он громко хлопнул в ладоши, больше ничего не объясняя.

В помещении тут же бесшумно «материализовались» пятеро мальчиков лет шестнадцати-семнадцати, традиционно закутанные с головы до ног в разноцветный шифон. Они молча поклонились, сначала – Великому Визирю, затем – остальным. Карлик кивнул.