Чтение онлайн

– Были основания для таких надежд?
– спросила я.

– Не знаю, что могло бы произойти со временем, - сказала Анна.
– Все, что я могу тебе сообщить, основано на рассказанном мне самой Джилл. Ее связь с Элизабет была достаточно сильной. У меня сложилось впечатление, что Элизабет воспринимала гораздо спокойнее отношения с Джилл, которая не могла принять их разумом, но не имела сил отказаться от них эмоционально.

– Должно быть, она переживала сильные душевные страдания.

– В последние несколько посещений я заметила, что ее переживания стали острее. Она закончила юридическую школу. Перед ней лежало прекрасное будущее. Пришло время принимать решение. У нее начали появляться спазматические колики. Тогда-то я прописала ей либриум.

– Упоминала ли Джилл в беседах с тобой такое, что бы дало хоть какой-то намек на человека, который мог сделать с ними нечто подобное?

– Я раздумывала над этим, внимательно изучала все, что знала, после происшедшего. Я виделась с Джилл зa три дня до убийства. Трудно описать, как упорно я анализировала все, что она мне говорила. Надеялась, что удастся что-нибудь вспомнить, какую-нибудь деталь, которая сможет помочь. Но - ничего.

– Они обе скрывали свою связь от окружающих?

– Да.

– Были ли у них парни, с которыми Джилл или Элизабет встречались время от времени? Хотя бы для отвода глаз?

– Ни одна из них ни с кем не встречалась, так мне сказала Джилл. Никакой ревности, если, конечно, не было чего-то, о чем я не знаю.

Она посмотрела на мою пустую тарелку.

– Еще перцу?

– Спасибо.

Она встала, поставила посуду в посудомоечную машину. Некоторое время мы молчали. Анна сняла фартук и повесила его на крючок в небольшом шкафчике. Взяв бокалы с вином, мы перешли в ее рабочий кабинет.

Это была моя любимая комната. Книжные полки занимали две стены, посередине третьей было окно с фонарем, через которое, сидя за столом, можно было видеть, как снег засыпает небольшой дворик. Из этого окна я когда-то наблюдала, как цветут бело-лимонные магнолии, смотрела на последние искры уходящей осени. Сейчас мы беседовали с Анной о моей семье, о разводе и о Марке. Говорили о страданиях и о смерти. Сидя в потертом кресле, я, стесняясь, вела Анну по своей жизни так же, как Джилл Харрингтон.

Они были любовницами. Это обстоятельство связывало их с другими парами, так что версия о "добром мистере из бара" становилась менее правдоподобной. Об этом я сказала Анне.

– Согласна, - ответила она.

– В последний раз их видели в гриль-баре "Якорь". Джилл рассказывала тебе об этом месте?

– Она не называла. Но упоминала бар, куда они иногда ходили и где разговаривали. Изредка они посещали небольшие ресторанчики, расположенные в стороне от дорог, посетители которых не знали их. Иногда они выезжали на экскурсии на машине. Обычно эти поездки происходили, когда они усиленно спорили о своих взаимоотношениях.

– Если подобная беседа имела место в ту пятницу в "Якоре", вероятно, одна из них была расстроена, а другая, чувствуя себя отвергнутой, рассержена, - сказала я.
– Возможно, что Джилл или Элизабет могли бы подцепить мужчину, пофлиртовать с ним, чтобы заставить другую поволноваться.

– Не сказала бы, что это невозможно, - ответила Анна.
– Но, честно говоря, подобное поведение меня сильно удивило бы. У меня не было впечатления, что Джилл и Элизабет разыгрывали друг друга. Я более склонна предположить, что, когда они разговаривали в тот вечер, их беседа была бурной и, возможно, занятые друг другом, они не обращали внимания на происходившее вокруг.

– Кто-нибудь, наблюдая за ними, мог подслушать?

– Да, такая опасность существует, если вести на людях личные разговоры, я говорила об этом Джилл.

– Если она опасалась, что могут возникнуть подозрения об их связи, то к чему этот риск?

– Ее решимость не была твердой, Кей.
– Анна взяла бокал с вином. Когда они с Элизабет оказывались вдвоем, то довольно легко восстанавливали интимность отношений, обнимая, успокаивая, плача и не приходя ни к какому решению.

Мне это было знакомо. Когда мы с Марком выясняли отношения у него или у меня в квартире, в конце концов мы неизбежно оказывались в постели. Затем один из нас уезжал, а проблемы так и оставались нерешенными.

– Анна, ты думала, что их связь может иметь отношение к тому, что с ними приключилось?
– спросила я.

– Если и имеет, то их отношения придают всему делу необычную окраску. Думаю, одинокая женщина в баре, ищущая знакомства, подвергается большей опасности, нежели две девушки, не заинтересованные в том, чтобы привлечь к себе внимание.

– Давай вернемся к их привычкам и образу жизни, - предложила я.

– Они жили в одном блоке, но не вместе, во имя соблюдения приличий. Кроме того, так было удобнее. Каждая могла жить собственной жизнью, а затем вечером они встречались на квартире Джилл. Джилл предпочитала оставаться в своей квартире. Помню, как она говорила, что когда родные и некоторые из знакомых не заставали ее дома по вечерам, у них возникали вопросы.
– Она помолчала, задумавшись.
– Джилл и Элизабет также занимались спортом, были тренированны. Бегали, кажется, но не всегда вместе.

– Где они бегали?

– По-моему, недалеко от места, где они жили, был парк.

– Что-нибудь еще? Театры, магазины, излюбленные места для прогулок?

– Ничего не приходит в голову.

– А что говорит твоя интуиция? Что она говорила тебе тогда?

– Чувствую, что Джилл и Элизабет вели неприятный разговор в баре. Возможно, им хотелось побыть одним, и вряд ли бы они приветствовали чью-либо компанию.

– И тогда?

– Ясно, что они где-то встретили убийцу в тот вечер.

– Ты можешь представить, как это произошло?

– Мне всегда казалось, что это был некто, кого они знали настолько, что у них не было оснований не доверять ему. Если, конечно, их не принудили под дулом пистолета один или несколько человек в баре, или на автостоянке, или в другом месте, где они могли оказаться.

– А если неизвестный подошел к ним на автостоянке у бара, попросил подвезти куда-нибудь, сказав, что сломалась машина...

Она покачала головой:

– Такое поведение не совпадает с моим впечатлением о них. Если, конечно, этот человек не был им знаком.

– Или же если убийца был в форме полицейского и, возможно, остановил их, чтобы его подбросили.

– Это другое дело. Думаю, ты и я попались бы на эту удочку.

Анна выглядела уставшей, поэтому я поблагодарила ее за обед и уделенное мне время. Я знала, что наша беседа была для нее трудной. Интересно, как бы я чувствовала себя на ее месте?

Через минуту после того, как я вошла к себе домой, зазвонил телефон.

– Последнее, что я вспомнила, но, возможно, это не имеет отношения, сказала Анна.
– Джилл говорила что-то насчет кроссвордов, которые они разгадывали, когда им хотелось побыть дома, просто побыть вдвоем, в воскресенье утром, например. Неважно, может быть. Но так они иногда проводили время вдвоем.