Чтение онлайн

Актеры проводили Илисту в молчании, она встала в первый ряд. На импровизированную трибуну, сделанную из пары ящиков, вышел директор. Он лукаво улыбался какой-то известной только ему шутке. Хэсс подозревал, что предметом его улыбок служил он сам и маленькие человечки.

– Илиста говорила перед вами первая, как человек, собравший вас всех в этот путь. Теперь надо высказаться мне, как главному в пути. Мы не приедем на фестиваль, но я не оставляю надежды, что когда-нибудь... Но сейчас не об этом, сейчас главное, что мы будем делать дальше. Я хочу всем сказать, что Великие мастера пригласили меня на разговор сегодня, и после нашего собрания, я отправлюсь к ним. Пока же надо выработать единое мнение. Мы забираем кодров?

Стройный хор голосов взорвал воздух:

– Да!

– Отлично, это главное решение поэтому, придется решать основные проблемы. Куда мы можем пойти? Здесь же мы не останемся?

Вперед выступил орк Страхолюд:

– Если позволите, уважаемый Инрих, эта земля теперь будет нашей орковской, - он высказал это так уверенно, весомо, что дополнительных вопросов не возникло.

– Значит, мы должны уйти. Да и жить здесь не очень то, - директор вел общее настроение в труппе к единственному возможному решению.

– Тогда мы должны вернуться, - послышался голос отца Логорифмуса.

– Куда?

– В Эвари, - молниеносный ответ.

– Отлично, я тоже придерживаюсь подобного мнения, но будут ли нам там рады?
– директор развел руки.

– Рады?
– люди не смотрели на возвращение с такой точки зрения.

– Вы знаете сколько всего кодров? Их несколько тысяч, и это не все, - директор опять будто бы извинялся.

Отец Логорифмус пожал плечами, по его мнению, нет таких трудностей, которые нельзя было бы преодолеть.

– Кстати, отец Логорифмус вы оставите свою миссию?
– полюбопытствовал Мухмур Аран.

– Я нашел то, что искал, - просто ответил Логорифмус.

В это мгновение Хэсс подумал, что Логорифмус похож на того могучего зверя, с которым подружился. Тот зверюга тоже так корчил рожи, и морщил нос.

– Мы возвращаемся? Но как мы пройдем по этим землям до Эвари? И главное, примут ли нас?
– Инрих вернулся к теме дискуссии.

– Нам больше некуда идти, - Саньо подал голос.
– Мы не дадим кодров в обиду.

– Уж скорее они не дадут нас, - пробормотал директор.
– Отлично с этим предложением согласны.

Общее голосование прошло успешно.

– Итак, у нас еще как вам известно, есть три стада больших мясных животных, которых нам придется разводить. Пока они спят, но кто их погонит?

– Здесь я скажу, - Илиста опять вышла вперед.
– Этим всегда занимался клан мудрости, то есть я и мои кодры.

– Отлично!
– директор знал заранее, что она скажет. Ночью они уже это обсуждали.
– Мы будем их гнать, но по идее должны справится. Я бы предложил этим заняться уважаемому Логорифмусу и Григорию, а также всем свободным от присмотра за кодрами. Кстати, повозки придется оставить здесь. Я предварительно договорился со Страхолюдом. Они останутся здесь, а личные вещи сгрузим на кодров. Они тоже согласны. Передвигаться мы будем быстрее, все будет зависить от этих мясных животных, которых придется гнать по земле.

– Да, летать они в отличие от кодров не смогут, - подал голос Боцман.

– Полеты придется освоить всем, даже тем немногим, кто не сговорился с кодрами, - продолжил директор.
– Вопросы есть?

– Есть, - к директору протиснулся Лаврентио.

– Говори, - разрешил Инрих.

– Первый, когда мы выходим назад? Второй, мы как труппа распались? И третий, когда будут объяснения? И еще один, про этих маленьких везде шныряющих человеков, да и еще синих птиц?

– Правильно, - согласился Негда. Его поддержали остальные музыканты.
– И как лететь беременной?

– Уф, - директор помахал руками, успокаивая гомон.
– Для объяснений и даты выходы давайте соберемся завтра утром, после моей сегодняшней встречи с Мастерами.

– Хорошо, - Лаврентио согласился, - а остальное?

– Подождите, - директор думал, как ответить.
– Про труппу вы можете решить только сами. Не перебивайте, - остановил он остальных.
– Про птиц пусть объясняет девушка, наша Алила, а про человеков все вопросы к Хэссу. Это он их личный дух. Хэсс!

Вору пришлось выйти вперед, под общим любопытством Хэсс поведал весьма скорректированную историю своего обличивания в духи. Закончил свою речь он следующими словами:

– И, насколько мне известно, маленькие человечки уже кое-кого из вас выбрали в своих. Вунь еще не объяснял мне как, но потом надо будет провести ритуал, тогда и у вас будут жить маленькие человечки. По себе могу сказать, что это помощники, опекуны и друзья. Бросить их я не могу, и уж коли мы берем таких больших кодров, то надо взять и маленьких человечков.

– Алила!
– вызвал Инрих.

Сегодня девушка была не такая растерянная, как в ту памятную ночь. Она явственно волновалась:

– Птицы, они тоже уходят, улетают из Темных земель, - начала она.
– И они выбрали меня, как человеки Хэсса. Они волшебные, сами знаете про синих птиц. Я предлагаю принять то, что случилось, ведь птицы это тоже дар Темных земель. Птицы многие годы являлись стражами Темных земель, возможно, что и в Эвари, они будут. Хэсс уже говорил, что человечки выбирают и общаются с кем-то из вас. Так вот птицы тоже смотрят, вы их не бойтесь, они тоже говорят.

Люди молчали. Вроде бы разъяснения и получили, а все равно чего-то не хватает.

– Давайте, эти вопросы оставим на потом, - директор опять взял обсуждение в свои руки.
– Кто-то еще хочет высказаться?

Лаврентио запротестовал:

– Подождите, мы еще не все обсудили.

– Хорошо, - Инрих покорно согласился.
– Говори.

– Я о нас, - Лаврентио смотрел по очереди на каждого.
– Мы есть или нас нет?

– Я поддерживаю, - послышалось от Мухмура Арана.
– Мы столько труда вложили в постановку.

Флат глубокомысленно кивнул, Вика стукнула кулаком по руке, Саньо пробормотал что-то утвердительное. Лаврентио вызвал к обсуждению волнующую всех тему.

– Что мы будем делать?
– актеры бормотали, но никто не хотел выступать первым.

Мухмур Аран напрягся, он считал, что он и Одольфо родители постановки, и это невнятное бормотание убивает его творческого ребенка. Ситуацию спасла Илиста:

– Мы можем представить нашу постановку в столице. Мы должны ее сделать вечером памяти Одольфо. Если уж мы не попадаем на фестиваль, то давайте хотя бы почтим память драматурга таким образом.

– Правильно, - выкрикнула Вика, но сразу же смутилась.