Чтение онлайн

Скоро узнаю.

— Вот ты где, — говорит Келси, крутясь в объятиях Уайатта. — Готов идти домой?

— Ага. Похоже, все уже собираются расходиться.

— Отлично. Эвелин и Шона всё ещё в уборной, но они скоро подойдут, — говорит Келси, оборачиваясь ко мне. — Форрест, ты был потрясающим. Мне так понравилось смотреть, как ты играешь.

— Спасибо, Келс.

— Знаю, Шоне тоже. — Она игриво поднимает брови. — Девчонка ёрзала в кресле всё выступление.

— Он сегодня ведёт её к себе, — вставляет Уайатт, отчего Келси ахает.

— Наконец-то! — Она оборачивается к Уайатту. — Знаешь, наблюдать за тем, как они топчутся вокруг друг друга и отказываются признаться в своих чувствах — это, наверное, то же самое, что чувствовали люди, глядя на нас с тобой, милый.

— Ага, — вмешивается Уокер с ухмылкой. — Но вы же справились. И Шона с Форрестом тоже справятся.

— Шона с Форрестом что? — спрашивает вдруг сама Шона, подойдя к нашей компании.

— Ничего. Мои братья и Келси как раз собирались начать заниматься своими делами, — говорю я, не давая никому другому ответить.

Эвелин фыркает: — Ага, конечно. Как будто это когда-нибудь случится.

Мы все прощаемся, и я веду Шону к своей машине. Когда мы устраиваемся внутри, я завожу двигатель, но прежде чем тронуться, поворачиваюсь к ней через подлокотник:

— Я хочу тебе кое-что показать.

— Окей...

— Хочешь поехать ко мне?

Она тут же улыбается. — Я с собой пижаму не брала.

Я дотрагиваюсь большим пальцем до её нижней губы. — Что-то мне подсказывает, что она тебе не понадобится.

— Уверенно звучишь, — дразнит она, а потом тянется ко мне, ладонью обхватывая мою челюсть. — Я тобой горжусь, Форрест.

— Чем?

— Тем, что сегодня ты впустил всех в свою жизнь.

Я сглатываю подступивший к горлу комок. — Спасибо, что подтолкнула меня к этому.

— Пожалуйста. Но, думаю, ты бы и сам дошёл до этого.

— Ни за что. Это всё из-за тебя. Все твои слова за это время помогли мне увидеть, насколько я был закрытым. Но, знаешь, мне это надоело, детка.

— Так что ты собираешься с этим делать?

— Думаю, пора показать тебе, как долго моё сердце принадлежит тебе.

Когда мы подъезжаем к моему дому, я вытираю потные ладони о джинсы и поворачиваюсь к Шоне, чтобы увидеть её реакцию.

Её рот приоткрыт, глаза не отрываются от дома: — Форрест... это...

— Пойдём, — говорю я, спрыгивая с водительской стороны и оббегая к её двери. Помогаю ей выбраться, и, когда её ноги касаются земли, беру её за руку и веду к ступенькам крыльца.

— Он красивый, — шепчет она, когда наши шаги глухо отдаются по дереву. — Он белый... с синими ставнями.

— Да. Я построил его пять лет назад.

Она резко оборачивается ко мне: — Ты сам?

— Ну, компания High Performance Construction, конечно. Я и сам поработал, но когда я стал владельцем фирмы, то сразу знал, что хочу построить дом, в котором будет всё, чего я хочу. До этого я жил в таунхаусе, как у Уокера, но этот участок был слишком хорошим, чтобы его упустить. А главное — у меня в голове уже давно был образ того, каким должен быть мой дом...

Каким должен быть наш дом.

Я завожу её внутрь, захлопываю за нами дверь и включаю свет.

Шона разворачивается, оглядываясь на просторную планировку — слева от нас гостиная с высокими сводчатыми потолками, сразу за ней кухня с массивным островом посередине, тёмной мраморной столешницей и шкафами из вишнёвого дерева, а в дальнем углу — формальная столовая. Справа — коридор, ведущий к четырём спальням и кабинету, который я переоборудовал в нечто вроде мужского уголка: там бильярдный стол, пинбол и покерный стол. Пользуюсь я ими редко — не особенно хотелось быть в обществе в последние годы.

Но, думаю, многое в моей жизни начало меняться.

— Это же сон, да? — шепчет она.

— Есть кое-что ещё, что я хочу тебе показать.

Я веду её к задней двери, что выходит на веранду, и разворачиваю направо, где висит деревянная качель, обращённая вглубь моего участка.

— Это же...

— Это было одной из первых вещей, которые я здесь установил.

Я наблюдаю, как она подходит к качели, пальцами скользит по дереву, не сводя с неё глаз.

— Не могу поверить, что ты это сделал, — наконец произносит она, глядя на меня.

В её глазах, наполненных слезами, я вижу — зря я боялся её реакции. Напротив, её присутствие здесь словно расставляет всё по местам.

И я даю ей это понять.

— Как я мог не сделать этого, Шона? Даже когда мы не были вместе, ты была частью всего, что я делал. Каждого решения, которое я принимал.

Моя откровенность повисает между нами, но это чистая правда.

Она качает головой, подходит ко мне и становится на носочки, целуя меня в губы. — Это идеально.

— Рад, что тебе нравится. Боялся, что ты не одобришь.

— Почему?

— Ну, всё-таки прошло столько лет с тех пор, как мы разговаривали, но я всё равно построил этот дом для нас. Этот образ никогда не уходил из моей головы.

— Из моей тоже, — шепчет она.

— Так что ты могла бы посчитать это трогательным… или сочла бы меня безнадёжным придурком, который не оставил надежду, хотя давно пора было бы.

Она проводит рукой по моим волосам, а я притягиваю её к себе:

— Я рада, что ты не оставил эту надежду, Форрест. Потому что кто-то один из нас должен был её сохранить. Если бы ты не появился в Вегасе, я, возможно, действительно вышла бы за него замуж.

Её признание заставляет моё сердце забиться быстрее.

— Но одной встречи с тобой хватило, чтобы всё понять. Это всегда был ты.

Я смотрю в её голубые глаза, сияющие в мягком свете крыльца.

— Тогда, может, выпьем бокал вина прямо здесь, под звёздами?

Её улыбка ослепительна.

— С удовольствием.

Вернувшись в дом, я наполняю два бокала вином и веду её обратно на качели, где мы устраиваемся поудобнее, наслаждаясь прохладной ночью.

— Можно задать тебе вопрос? — говорю я, обнимая её за плечи, пока она уютно прижимается ко мне, поджав ноги под себя.