Чтение онлайн

Возражать ей я не могу, так что просто делаю глубокие вдохи через нос и киваю головой. Ну, а что мне еще остается? Мне нужна ее благосклонность, если хочу выбраться отсюда. Так что, я киваю и киваю, как полный идиот.

А Мелани все улыбается, раздуваясь от самодовольства.

— Напоследок я хотела бы еще обсудить с тобой твое расписание по «12 шагам». Помнится, ты говорил мне, что не веришь в программу «12 шагов», я права?

Я снова стискиваю зубы.

— Ну, нет, не совсем так. Я просто хочу сказать, что несколько разочаровался в ней, понимаете? Каждый раз, когда я возвращался к трезвой жизни, то фанатично следовал заветам программы. Я полностью посвящал себя ей: каждый день ходил на собрания, работал с наставником, штудировал заветы «12 шагов» и другую сопутствующую литературу столько раз, что уже наизусть эти книги могу цитировать. Но проблема в том, что несмотря на все мои усилия рецидивы продолжают повторяться, понимаете? И я понятия не имею, случается ли это из-за того, что программа мне не подходит или потому что я что-то делаю неправильно.

Теперь уже Мелани кивает с умным видом.

— А что насчет Высших Сил? Что ты можешь сказать по этому поводу?

Я хрущу костяшками левой руки.

— Не знаю. Наверное, проблема тут та же самая. Я отчаянно стремлюсь уверовать, понимаете? Молюсь, медитирую, изучаю соответствующую литературу. Но мне это никак не помогает, срывы продолжаются, и поймите, в глубине души, после всего, что было, я по-прежнему остаюсь атеистом.

Мелани почему-то продолжает кивать головой.

— Хорошо, Ник, это рядовая ситуация. Но дело в том, что без программы «двенадцать шагов» и без веры в Высшие Силы у тебя ноль шансов на «трезвую» жизнь. Я впечатлена твоим прогрессом в области отношений с девушкой и собиралась снять тебя с испытательного срока, чтобы ты мог выезжать за пределы центра вместе с другими клиентами, но, боюсь, что я не смогу сделать этого, если ты не согласишься ходить на собрания «12 шагов», как минимум, шесть раз в неделю. Мне нужно, чтобы ты как можно скорее выбрал себе наставника и вместе с ним начал работать над «шагами», хорошо? Это твой единственный шанс, Ник. Поверь мне, ты ничем не отличаешься от миллионов других людей, чьим жизни изменились благодаря программе «12 шагов».

— Ага, — отвечаю я, — все понятно. Я правда хочу снова стать участником программы. Ну, я же видел, как здорово она помогла моим друзьям из Л. А.

Мелани медленно поворачивается в своем кресле, берет со стола стопку бумаг и ручку.

— Значит, ты согласен посещать шесть собраний в неделю? — спрашивает она.

Я говорю, что да и она ставит маленькую галочку в углу одной из страниц.

— И ты подыщешь себе наставника к концу недели, верно? И найдешь Высшие Силы?

Я с трудом сдерживаю смех.

— Да, — отвечаю я. — Само собой.

Она ставит еще одну галочку и с улыбкой смотрит на меня.

— Ну вот, поздравляю. Твой испытательный срок официально закончен. Признаюсь, что я очень впечатлена твоими успехами, Ник. Так держать.

Я улыбаюсь в ответ.

А что еще делать-то?

Глава шестая

Поскольку мой испытательный срок наконец подошел к концу, Мелани пошла дальше и соблаговолила отпустить меня на воскресную прогулку — в какой-то поход — в местечко под названием Скалы-Палатки. Вроде так оно зовется. В наш фургон еще десять-пятнадцать минут будут грузить все необходимые вещи, а я уже весь истомился в ожидании, очень уж мне хочется поскорее покинуть это проклятое место.

Хотя это будет уже не первый мой выезд за пределы территории центра. На этой неделе я несколько раз выбирался в город на встречи по «12 шагам», а помимо этого ездил вместе с другими в магазины Target and Borders. Разумеется, денег у меня по-прежнему нет, но мелкое воровство — хобби, с которым трудно расстаться. Когда я был с Зельдой, то питались мы исключительно наворованной едой, украденной из супермаркетов, аптек и других магазинов. Мы даже ездили в торговый центр Grove только ради воровства, ходили там из отдела в отдел, унося с собой книги, CD-диски, одежду, компьютерные аксессуары — буквально все, что удавалось стянуть незаметно.

Знаете, это какое-то безумие. Я никогда раньше не думал, что воровство тоже может перерасти в зависимость, однако вот, хоть я и «чист», а обнаружил себя покидающим магазин с книгами в руках и с конфетами, рассованными по моим гребаным карманам. А я ведь даже ничего из этого не хотел, мне это не нужно!

Это невероятно тупо.

Ну очень тупо.

Какая-то часть меня желает позвонить Зельде просто ради того, чтобы поинтересоваться есть ли у нее такая же проблема, но я догадываюсь, что просто ищу удобный повод, чтобы связаться с ней.

А я, блин, и так, начиная с момента пробуждения, целыми днями только тем и занимаюсь, что пытаюсь не думать о ней. Стараюсь отвлечься, занять себя чем-нибудь: бренчу на гитаре, болтаю с друзьями, играю в настольные игры (гребаный «Эрудит»), хожу на занятия. Черт, да на днях я потратил часа два, наблюдая за тем как парень по имени Кевин разгадывает кроссворд из New York Times. Думаю, я ему примерно три правильных ответа подсказал.

Даже сейчас, ожидая момента, когда можно будет забраться в фургон, я не могу спокойно стоять на одном месте и прогуливаюсь туда-сюда. Зажигаю сигарету, включаю старенький плеер — гоняю по кругу песни с альбома «The Rise and Fall of Ziggy Stardust». Дэвид Боуи поет о Человеке со звезды, ждущем на небесах. Вот бы там и правда кто-то был, кто-то, готовый избавить меня от всего этого.

Дэвид Боуи поет:

Если мы подадим сигнал, он может приземлиться.

Внезапно кто-то сильно бьет меня по плечу.

Вытаскиваю один из наушников и оборачиваюсь.

Не очень-то удивляюсь, увидев перед собой Сью Эллен.

Она снова бьет меня по плечу, на сей раз еще сильнее.

Меня это почему-то ужасно смешит.

Говорю ей:

— Ох, леди.

Она снова бьет меня.

— Что ты слушаешь?

Ее голос звучит резко, может, даже слишком уж резко.

Она стаскивает с головы свою бейсбольную кепку и встряхивает волосами, уставившись на меня прищуренными глазами. Она худенькая — изящная — в смысле, хрупкая на вид.

Она ловит мой взгляд.

— Эй… Ник…

На этот раз мне удается увернуться от ее удара.

— Черт, дамочка, полегче… Дэвид Боуи. Я слушаю «Ziggy Stardust». Знаешь этот альбом?

Ее зеленые глаза каким-то образом то ли светлеют, то ли что-то вспыхивает во взгляде.

— Ты серьезно? — спрашивает она, слегка приоткрыв рот от удивления. — Это мой самый любимый альбом!

Я смеюсь.

— Отличный выбор. Не думал, что вы там, на Юге, сильно интересуетесь Дэвидом Боуи.

Она улыбается, убирает прядки волос за уши.

— Ага, ты еще много чего обо мне не знаешь.

Я собираюсь ответить, но тут руку пронзает жгучая, острая боль, и я инстинктивно отбрасываю в сторону окурок сигареты, о которой совсем позабыл, громко при этом матерясь.

Сью Эллен заливается смехом. Натягивает на лицо кепку так, что я больше не вижу ее глаз.

— Прости, — извиняется она, голос звучит приглушенно, — я не хотела тебя обидеть. Я сегодня с пяти утра на ногах, писала это глупое прощальное письмо и все еще немного на взводе, понимаешь? Тебя тоже заставляли его писать?

Я покачал головой, но тут же вспомнил, что она меня сейчас не видит.

— Эм, нет, не писал. Ты о чем вообще? Что за прощальное письмо?

Она слегка приподнимает кепку, глаза выглядывают из-под козырька.

— Ой, знаешь, такое «классное» утреннее развлечение, отлично подходит для воскресенья. Моя наставница хочет, чтобы я написала прощальное письмо для всех своих друзей и близких, которые не заступились за меня или вообще отказались мне верить, когда я попала в беду. Мой папа вел себя так, словно это я во всем сама виновата. Он даже смотреть на меня не мог. Так вот, я должна в письме распрощаться со всеми этими людьми, включая папу, парня, и практически всех моих школьных приятелей. Ради своего же блага, я должна перестать с ними общаться. Ты знаешь Эми, мою наставницу?