Чтение онлайн

Омер приехал на работу на полчаса раньше, но опередить директора ему не удалось, Моник с сыном уже стояли в холле, разговаривая о чём-то с дежурной, госпожа Селен поприветствовала его кивком головы, и когда он подошёл, с едва ощутимой иронией спросила:

— Волнуетесь за свою протеже?

Он улыбнулся и честно ответил.

— И это тоже. Я хотел бы уточнить, сколько дней вас не будет в институте, что мне следует отвечать, когда вас спросит кто-то из консульства, и как надлежит с вами связываться? — он взглянул на молодого человека, стоявшего рядом с женщиной.

Тот ответил широкой белозубой улыбкой и подмигнул матери.

— Очень предусмотрительно, а эти чёткие вопросы напоминают мне чей-то стиль общения.

Госпожа Селен неодобрительно взглянула на сына и обратилась к дежурной:

— Милая, вы не в курсе, наш повар давно на рабочем месте находится?

— Он подошёл к восьми, как вы просили. — поспешно ответила та.

— Прекрасно… Сейчас придет Дефне и… А вот и она! — проговорила Моник, увидев входящую в холл девушку.

На ней были тонкие обтягивающие джинсы и затейливого покроя летящая, лёгкая блузка, высоко поднятые в пучок рыжие волосы слегка растрепались и длинные пряди красиво вились на висках. Этот неформальный и свободный стиль одежды очень шел ей, увидев группу из трёх лиц, стоявших в холле и явно изучавших вошедшую, она смутилась. Двое мужчин и женщина разглядывали девушку с разным выражением лица, госпожа Селен одобрительно улыбнулась, её сын, высокий молодой брюнет с волнистыми, каштановыми волосами - «Во вкусе Бельгин», мелькнуло у неё в голове - смотрел удивлённо и заинтересованно, Омер, улыбаясь глазами, не отрывал от неё взгляда, пока она подходила к ним.

— Даниэль, познакомься, это Дефне, о которой я тебе говорила. — произнесла женщина.

Не таясь, молодой человек окинул её восхищенным взглядом.

— Но ты забыла упомянуть о том, что она так красива. — возразил он матери и, завладев рукой девушки, представился. — Даниэль Селен, двадцать четыре года, врач, холост, сын этой во всех смыслах достойной женщины. — и наклонившись, приложил её руку к губам.

Мать с укором взглянула на него.

— Шут… Пойдёмте Дефне, надеюсь, вы голодны, потому что Жан пообещал приготовить нам трёхэтажный завтрак. Правда, я не знаю, что это такое, но уверена, что, в любом случае, будет вкусно. — обернулась к Омеру и пояснила. — Я освобожусь минут через сорок, зайдите ко мне в кабинет, нам нужно кое-что обсудить.

Раздражённый вольным поведением француза, он поднялся к себе и попытался сосредоточиться на плане мероприятий на осень, перед утверждением директором они требовали тщательного изучения, и это касалось, прежде всего, расходной части, ведь выступления артистов, приезжавших во Французский институт оплачивались, и квартальные выплаты в качестве гонораров не должны были выходить за рамки общего финансового плана, утверждённого на год. Омер просмотрел предложения на каждый месяц и, выбрав, с его точки зрения, наиболее подходящие, стал забивать их в таблицу, чтобы увидеть общую сумму расходов, но она каждый раз оказывалась, почему-то, несоразмерно высокой. Он бился над загадкой полчаса, и это ужасно нервировало, тем более, что ему не удавалось обнаружить ошибку, пока, наконец, мужчина не сообразил, что из месяца в месяц копировал одни и те же мероприятия. Для сотрудника его ранга и с таким опытом работы это был верх некомпетентности, чувствуя, как внутри всё клокочет, он запустил карандашом в противоположную стену и резко встал с кресла, так что оно отъехало назад и ударилось о край подоконника. Омер понимал, что ему следовало взять себя в руки, вот только сделать это оказалось не так просто, в дверь постучали, но на его счастье, лицом, заглянувшим в кабинет, оказался Синан. Сразу оценив состояние друга - блуждающий взгляд Омера напряг его особенно сильно - он молча сел в кресло, ожидая, когда тот придёт в себя и, сочувственно глядя на него, произнес:

— Что происходит, брат? Почему ты в таком состоянии?

Омер вздохнул, сел напротив и, чуть опустив голову, обхватил ладонями виски. Синан терпеливо ждал, когда друг обретёт способность говорить, он не представлял, что могло с раннего утра вывести его из себя до такой степени.

— Не смог верно составить таблицу. — наконец, проговорил он.

Синан не поверил своим ушам.

— Ты шутишь, что ли? — он поднялся и прошёл к монитору, взглянул на экран и хмыкнул. — Так ты одни и те же мероприятия трижды забивал.

— Это я уже понял. — сейчас мужчина отвечал вполне спокойным голосом.

— А что послужило первопричиной? Отчего внимание и разум отключились-то? — он вернулся на кресло и, скрестив ноги в лодыжках, выжидательно посмотрел на друга. — Очевидно, женщина? Вот только которая, угадать не могу.

— Издеваешься? — нахмурился мужчина.

— Ничуть… Кстати, я слышал, что Моник с сыном пришла на работу, говорят, она ему институт показывала, ты их не видел?

— Я встретил их в холле.

— Ну и какой он из себя, сын нашей мадам? На мать похож?

— Есть что-то общее. Вот только такта и умения вести себя не хватает. — ответил Омер и криво ухмыльнулся. — Он ведь не у себя на родине, чтобы непозволительным образом разглядывать девушек.

— А-а-а… — протянул Синан. — Ну, теперь всё понятно… Причина в Дефне… А то я уж испугался… Постой-ка, мне помнится ты сделал мудрый выбор, притормозив ваши отношения во благо девушки?

— Я передумал. — сообщил Омер. — Решил последовать твоему не менее мудрому совету и не отдавать её никому другому. — с сарказмом добавил он.

— Дефне работает в медиатеке?

— Нет… Госпожа Селен решила, что она будет полезна в качестве сопровождающей в их необычной программе знакомства с бытом и традициями Турции в лице простого народа. — его голос источал сарказм.

— Я не понял. что ты сейчас сказал. — на лице Синана отразилось удивление. — Необычная программа? В чём она заключается?

— Меня в известность никто не ставил. — раздражённо ответил Омер. — Если честно, мне вообще не понятна её внезапная опека над Дефне, мне казалось, она в курсе, что о девушке есть кому позаботиться. Это, знаешь ли, странно, и на Моник совсем не похоже.

— Действительно, необычно. — согласился друг. — Но может, мы чего-то не знаем? А что тебя беспокоит на самом деле? Мужчина рядом с Дефне? — догадался он.

— И это тоже. — признался Омер. — Он не нравится мне.

— Наверное, и не должен. — пошутил Синан. — Послушай, твоя Дефне совсем не робкий ягнёнок, если нужно, она сможет за себя постоять. Да, я уверен, что этого и не потребуется. — он помотал головой, отгоняя абсурдные мысли. — Парень - сын Моник, он приехал к матери и будет с ней рядом. — мужчина ещё раз взглянул на друга. — Что тебя так взбесило, не понимаю… Похоже, в тебе взыграл инстинкт собственника. Друг, с тобой что-то неладное, если ты взрываешься и теряешь голову от подобного пустяка.

Омер мрачно взглянул на него и ничего не ответил, теперь он и сам толком не понимал, почему так болезненно отреагировал на ту сцену в холле. «Из-за этой девочки я совершаю дикие поступки», — вздохнул он, следовало срочно успокоить разыгравшееся воображение, но мысль о том, что Дефне все эти дни проведёт в близком общении с молодым, симпатичным мужчиной, слишком сильно напрягала его, не хотелось думать, что она может им увлечься. — Приятный парень, к тому же француз, вполне может ей приглянуться. — вдруг произнес он.

Синан, проверявший сообщения в телефоне, вскинул удивлённые глаза. — Ничего себе… Оказывается, у нас приступ дикой ревности… А я тебя предупреждал: не устраивай показательные периоды охлаждения, другой быстро перехватит то, что ты из благих побуждений держишь на расстоянии вытянутой руки. — назидательным тоном произнес он. — У сердца надо держать, у сердца. — и похлопал ладонью по левой стороне груди.

— Странно слышать такие советы от того, кто сам напортачил в сердечных делах. — едко заметил Омер. — Я догадываюсь, что Ясемин вновь пропала?