Чтение онлайн

— Можно и так сказать… Вчера позвонила пожаловаться на плохое здоровье матери и множество проблем, которые приходится решать в одиночку.

— И ты, конечно, загорелся желанием подставить свое надёжное плечо?

— Нет, такая ситуация повторялась уже пару раз, с момента нашего так называемого обручения. Поначалу я, действительно, рвался оказать помощь, но Ясемин решительно отказалась, объясняя тем, что это только её проблемы. — он махнул рукой. — Да, в принципе, мне все понятно.

— И что ты намерен делать? — глаза Омера вновь приковались к злосчастной таблице.

— Ничего… — Синан встал и, не спеша, направился к выходу. — Таблицу мне потом по электронке скинь, я цифры проверю, а то вдруг на тебя снова приступ ревности накатит.

Его друг улыбнулся в ответ, сорок минут, которые госпожа директор готова была потратить на свой завтрак, уже прошли, он неторопливо поднялся, оглядел себя в зеркале, чтобы убедиться, что смятение в голове и сердце не отразились на его внешнем виде, и пошёл в кабинет Моник. Она была одна и, разговаривая по телефону, жестом указала ему на кресло.

— Через пять-шесть дней мы улетим во Францию, на вашу почту я отправила вопросы, с которыми вы можете столкнуться в моё отсутствие. Ничего нового… — поспешила она добавить, видя его вопросительно вздернутые брови. — То есть, я хочу сказать, ничего нового, с чем бы вы уже не сталкивались, и да, с завтрашнего дня я официально нахожусь в отпуске. — вошедшая секретарша принесла две чашки кофе и разговор прекратился на какое-то время. — До отъезда я считаю необходимым поставить вас в известность, что Одри Дюмон вынесла официальное предупреждение Гюпсе о том, что если она ещё раз повторит попытки преследования моих сотрудников, она будет тут же уволена за нарушение деловой этики. Моя коллега направила её на консультацию к психологу, но… — женщина пристально смотрела на мужчину, — Омер, говорю честно, я не уверена, что это подействует. Возможно, она притихнет, но затем снова появится на вашем горизонте, тогда, не колеблясь, сообщайте напрямую Одри. В таком случае институту придётся с ней распрощаться и, возможно, предупредить семью, хотя, насколько мне стало известно, отношения с матерью у неё, мягко говоря, не дружеские. Конечно, лучшим выходом для всех стала бы её встреча с новой любовью, но это уж не в наших силах, это как судьба распорядится. — в молчании они допили кофе, Моник подошла к распахнутому окну, затянулась сигаретой, бросив извиняющийся взгляд на своего заместителя. Тот терпеливо ждал, когда она закончит, задаваясь вопросом, где находится её сын, и чем сейчас занята Дефне, и вздрогнул, услышав её слова. — Они в саду, предполагаю, что Даниэль уболтал её до потери сознания. — усмехнулась. — С тех пор, как эта девочка появилась в вашей жизни, вы всё чаще выпускаете чувства наружу, зная вас, я легко их считываю.

— Моник, зачем вы задействуете её? Она здесь приносила пользу, делая инвентаризацию медиатеки, на которую у наших сотрудниц без отрыва от работы времени не находилось. — задал он вопрос, который занимал его вот уже несколько дней.

Она закончила курить и вернулась на свое место.

— Девочка из простой, бедной семьи пытается выйти за пределы предназначенного ей от рождения круга, прыгнуть чуть выше, имея способности и завидное трудолюбие. — госпожа Селен вздохнула. — Я всегда восхищалась такими натурами, даже завидовала им.

— Вы? Не может быть? Чему же здесь можно завидовать? — он удивился не столько той откровенности, с которой она пошла на этот разговор, сколько смыслу сказанного ею.

— У меня от рождения было всё и даже больше, никаких героических усилий по определению своего места в жизни я не прилагала. Хорошо училась в отличных учебных заведениях, немного подрабатывала студенткой, хотя в деньгах никогда не нуждалась. По праву рождения мне многое давалось само собой, но я видела, как потеют другие, чтобы подняться и доказать, что они не хуже. — она махнула рукой. — Понимание многих вещей приходит только с возрастом. Мне нравится эта девочка, я хотела бы иметь такую дочь, но бог не дал мне второго ребенка. — на её лицо легла тень грусти. — Я не хочу, чтобы ваша протеже надорвалась, прямую помощь она вряд ли примет, слишком гордая, но я попытаюсь сделать то, что в моих силах.

— Я также мог бы помочь ей. — возразил Омер.

Госпожа Селен усмехнулась.

— Разумеется, вы уже начали это делать, но, друг мой, вам следует быть осторожнее, обидеть этим очень просто. Неужели вы до сих пор не поняли, что она стремится быть равной вам, а не занимать положение девчонки из махалли, пытающейся подняться за счёт брака с состоятельным мужчиной. Кстати, жизнь в подобных кварталах меня всегда интересовала. Традиционные, малоэтажные дома с закрытыми дворами, достаточно консервативный, даже сельский образ жизни, религиозность, всё это, правда, сохранилось до наших дней, или это уже в прошлом? Дефне отвезет нас туда, и мне, и Даниэлю это очень интересно…

— Так вы планируете задействовать её все эти дни? — он хотел было добавить, что интерес французов к районам, подобным тому, где выросла Дефне, можно также истолковать неоднозначно, но промолчал.

— Там, где её помощь необходима - да. Но вот прямо сегодня после обеда хотела бы попросить вас заказать для сына экскурсию по Стамбулу с гидом на французском, стандартную, с полным набором памятников и прогулкой на теплоходике. Это возможно?

— Пока сказать не могу, но если свободные гиды есть, то, конечно, это можно организовать. — ответил он, думая, что Моник так и не ответила на его вопрос о занятости девушки, эта способность ловко уходить от прямого ответа, когда-то так сильно восхищавшая его, сейчас раздражала.

В день знакомства с сыном Моник девушка вернулась домой только около одиннадцати вечера, зная точно, что едва она переступит порог, как бабушка обрушит на неё шквал упреков, ведь, начиная с семи часов, сотовый Дефне сотрясали звонки и сообщения: бабушка требовала рассказать, где и с кем она находится. Омер также интересовался, чем она занята и когда вернется домой, даже её друзья по очереди отметились звонками, наверняка, науськанные госпожой Тюркан, недовольной сухим ответом внучки, что она работает и будет поздно вечером. Дефне отказалась от предложения Даниэля проводить её до дома и, взяв такси, через полчаса уже открывала входную дверь, в проёме ярко освещенной кухни тут же появилась бабушка, грозно взглянув на внучку, она мотнула головой в сторону кухни, и, вздохнув, девушка послушно присела у стола, раз объяснений не избежать, лучше уж покончить с ними поскорее.

— Можно мне чая, в горле пересохло. — попросила она.

Внучка выглядела такой усталой, что Тюркан умерила своё негодование, но от выговора не удержалась.

— Приличные девушки, да ещё на выданье, дни и ночи напролет не ходят неизвестно где.

Пропустив мимо ушей слова, на которые при других обстоятельствах непременно среагировала бы, она вяло ответила.

— Я не гуляла, а работала.

— Тебя не было дома больше двенадцати часов, столько не работают. — возразила женщина, по обыкновению неодобрительно качая головой. — Ты хоть ела?

Девушка едва ворочала языком, сегодня ей пришлось говорить на французском языке больше, чем когда-либо в жизни, и хотя на экскурсии по Стамбулу, на которую её отправила госпожа Селен, она молчала большую часть времени, на теплоходе Даниэль засыпал её вопросами о жизни, учёбе, планах на будущее и стажировке в институте.

— Ела, ела… — заторопилась она. — Бабушка, у меня голова болит, я очень устала. Можно подняться к себе? Оставь все выговоры на следующий раз. Только хочу сразу тебя предупредить, несколько дней мне придётся возвращаться очень поздно, а завтра мы вообще уезжаем из города с ночёвкой. — она взглянула на начинавшую успокаиваться женщину. — Только ты не волнуйся, по правде говоря, мы едем к тётушке Ёзге, она согласилась принять гостей на ночь,

— Это ещё что такое? Почему я впервые слышу об Ёзге? — возмутилась Тюркан.

Дефне прикрыла глаза, в висках начинало пульсировать, и лучшим выходом для неё было принять таблетку и лечь спать. Хорошо ещё, что завтра не надо рано вставать.

— Я звонила ей сегодня утром, объяснила ситуацию. Она, не в пример тебе, допросов не устраивает. Так что завтра за мной заедут к девяти часам и вернусь я, скорее всего, на следующий день.

— А что этим людям надо от Ёзге? Что в Манисе и окрестностях может быть интересного для твоего директора? — недовольно проворчала Тюркан, подозрительно разглядывая внучку.