Чтение онлайн

Но… почему же ей стало так больно именно от его слов?

Легшие на плечи и талию руки стали полной неожиданностью. Соня дернулась, забилась, но проще скалу сдвинуть с места! Только развернуться лицом и позволил…

– Пустите, вы!

– Я, - согласился Ашай, лишь крепче сжав руки и заставив Соню уткнуться носом в узорчатую ткань.
– Простите, я сегодня все не с того начинаю и не то говорю. И вас обижаю. Простите. Я всего лишь хотел рассказать вам, какая вы удивительная и яркая, а вышло…

Голос у Ашая был потерянный и несчастный, а сама Соня с трудом удерживалась от того, чтобы не заплакать.

– Я вам… жилетку испорчу… - пригрозила она.

– Портите, - разрешил Ашай.

– Над вами подчиненные будут смеяться, - продолжила Соня.

– Пусть.

– вам должно быть неприятно меня касаться…

– Мне очень приятно, - мягко опроверг ее слова шай-ти.

– Но вы же шай-ти!
– сделала Соня последнюю попытку достучатся до разума этого сумасшедшего.

– И?

– А я не шей-ти.

– Вот уж точно нет!
– рассмеялся Ашай.
– Не знаю, что я делал бы, если бы вы были одной из них!

– Почему?
– засопела Соня.

– Что - почему?

– Почему вам так важно, что я не шей-ти?

– Потому что вы - это вы, и будь вы кем-то еще, то это был бы кто-то другой. А на подобное я не согласен, - объяснил Ашай, как нечто само собой разумеющееся. Так о непреложных истинах говорили на Земле.

– Я не должна Вам нравиться. Это неправильно.

– Теперь я вынужден спросить, почему неправильно?
– удивленно уточнил шай-ти, чуть отодвигая ее от себя и проводя пальцами по влажным дорожкам у нее на щеках.

– Мы принадлежим к разным видам.

– И?

– Я некрасивая!
– громче, чем хотелось бы, заявила Соня.

– Надеюсь, когда-нибудь я вам докажу, что это не так.

Соня угрюмо замолчала. На каждое ее заявление следовало опровержение, на которое не так-то просто было найти что-то в ответ. Да и говорил Ашай с уверенностью человека - то-есть шай-ти - объяснявшего, что солнце встает на Востоке, а садится на Западе. Доказательства - излишни, ему хватало и веры.

– Вы сумасшедший.

– Мой свет, с этим я даже спорить не буду!
– расслабившись, выпустил Соню из своих объятий Ашай. Девочке мгновенно стало холодно, и она поежилась.
– Вы успокоились?

– Более или менее.

Теперь Соне стало стыдно за свой срыв: у нее мгновенно заалели уши и щеки. Не смогла себя в руках удержать, так еще и планшет чужой сломала!

– Почему - уже не в первый раз!
– Вы называете меня своим светом?
– задала вопрос Соня, упорно пытаясь справиться со смущением.
– Что это значит?

Ашай закрыл глаза, вспомнив старую, вычитанную еще в мальчишестве строчку из дедовской книги, даже скорее личного журнала. Сунул нос, куда не следовало, потом получил по первое число и за его длину, и за присущую ему тогда непоседливость.

– И одному не быть без другого целым, знать лишь тоску да ноющую под сердцем боль, вечно скитаться бездомным пустым бродягой сквозь реальности, искать и не находить, - ровно, по памяти, не позволив даже отголоску какой-либо эмоции проскользнуть в голос, окрасить слова цветом, процитировал Ашай.
– И вечный холод станет одеялом, а камень постелью, и разум угаснет.

– Как-то страшно оно сейчас прозвучало…

Шай-ти только сложил первую пару рук поверх вторых: к сказанному он ничего больше добавлять не собирался. Когда-нибудь - вероятно, но не в ближайшее время. Потрясений для одного дня ему уже с головой хватило, а если случится еще пара эмоциональных скачков, то он не сможет предсказать собственную реакцию ни на что, а ведь ему предстояла еще смена на мостике.

Соня посмотрела на него - закрывшегося, словно не одну стенку вокруг воздвигшего - и неожиданно для себя предложила:

– Может… Вы чаю хотите? С печеньем. Я немного на кухне взяла, оно, конечно, уже десять раз как все холодное, но… В общем…

И замолчала, уткнувшись взглядом в пол, кляня себя на чем свет стоит за глупость, наглость и предложения не к делу и не к месту! Тут и так все их, а она чай предлагает, хотя это никакой не чай, а скорее морс, да и от печенья одно название! Вечно ее куда-то несло не туда: сначала сказать, потом сделать, а вот нет, чтобы перед этим подумать!

– Хочу…

*

Выйдя за дверь и прислонившись к ней спиной, Ашай вздохнул и почти сразу же выдохнул, а потом еще раз, и еще… Мысленно закрываясь и возводя вокруг себя щиты - беря эмоции под контроль, чтобы ни одна душа не услышала, не узнала, не почувствовала всю ту бурю, что сейчас рвала его на кусочки.

Никто никогда не предупреждал его, как это больно обретать, просыпаться после долгой-долгой зимы, начинать жить, когда умел только существовать. И каждый раз будет мало, сколько бы ни было - мало, хотя и говорил себе: видеть хватит, просто знать, прикасаться иногда, большего не нужно!

Не хватит.

Как ему может хватить ее света?

– Ничего, - и уже увереннее, он повторил, - ничего.

Выдох. Вздох. Выдох. Три удара сердца. И еще три.

Когда он увидел ее в клетке, узнал…

Под рукой тогда смялась облицовка стены - железная.

Надо контролировать себя лучше, повторял раз за разом Ашай. Если сорвется он, то ничего уже не будет, ни у нее, ни у них. А он сам… Как-нибудь справится. Две сотни лет, почти три, справлялся вдали от нее, от своего света, неужели теперь, когда она нашлась, он - Тай-до-рю своей расы, четвертое по значимости лицо - не сможет переломить себя и не натворить дел, не сделать хуже?

Рассмеялся бы, пьяный от счастья, на колени встал, поклоняясь своему божеству, но не зная, поймет ли она его, не закроется ли еще сильнее, чем есть - не смог. Он же слышал, как ей хотелось убежать, спрятаться, и как она каждый раз себя пересиливала, чтобы просто по кораблю пройтись! Чего ждать, не знала - и насколько же это незнание было горьким и вязким!

Боялась, она его боялась. Но не погнала же! И тогда - сама решила уйти с ним! Значит… был шанс?

Соня. Ему понравилось это имя: мягкой теплой нежностью дышал каждый звук, перекатывающийся на языке незнакомой ранее сладостью. Его золотая девочка…