Чтение онлайн

– Да.

– И это… плохо? Для Ашая?

– Нет. Но некоторые вещи усложняет, отрицать не стану.

Соня кивнула: услышала и приняла к сведению. Но про себя решила, что при возможности обсудит этот вопрос еще и с Ашаем. Если хочешь что-то узнать, спроси - сбои давно усвоенная истина давала редко.

– Вы огромное счастье для него, - после долгой паузы добавил Фенх.
– Никогда в этом не сомневайтесь, - неожиданно медик хлопнул в ладоши и возвестил бодрым тоном, разом сменив тему и настроение разговора: - А теперь мы будем пить чай!

*

Прошло еще две недели, и Соня увидела самую первую планету шай-ти: сине-зеленую и опоясанную дымчатыми золотыми кольцами. И лун здесь было три, а не одна: жемчужно-бело-фиолетовых, изукрашенных, как паутиной, огнями дорог и городов, а вот солнц - два. И это казалось самым удивительным. Соня никогда не могла даже представить такое: первое солнце - большое и бледно-голубое, а рядом с ним - маленькое и желтое, на порхающего вокруг лампы светлячка похожее.

– Красиво…

– Надеюсь, на самой планете вам понравится не меньше.

Соня упорно старалась не загадывать - пока из всего увиденного за пределами Земли ей понравилось не так уж и много. Да и планета, увиденная в иллюминаторе, вызывала скорее опасливое ожидание, нежели радость. Ашай там родился, был своим, а она лишь своеобразным приложением к нему.

– Я тоже… - вздохнула Соня.
– Эм… Ашай, я давно уже хотела вас попросить…

Девочка замялась: а вдруг у шай-ти так не принято и она его сейчас оскорбит?!

– Все, что угодно, Соня.

– Может мы уже… на “ты” перейдем? А то, вроде как, и живем в одной каюте, и сейчас я еду к вам домой, и выкать как-то… не очень удобно.

– Хорошо, - ответил Ашай серьезно-серьезно, словно он был на приеме у королевы и еготолько что посвятили в рыцари.
– Ты меня сейчас очень обрадовала, мой свет.

– Почему?

– Так ведь я даже почти надеяться перестал, что ты начнешь меня начнешь близким считать. Решил: будешь сторониться, как с чужим разговаривать.

– Да разве же я!..

К горлу подступили возмущение и злость: вот нет, чтобы сказать раньше, не ждать, пока она смелости наберется с наглостью напополам! Если добавит, что услышать должна была, вообще на “вы” еще год разговаривать станут!

Соня даже не предполагала, что ее так заденет.

– Не сердись, - попросил Ашай, глядя на девочку потеплевшими глазами.
– У нас предложить подобный переход может исключительно свет. Еще одна местная… заморочка, как ты любишь говорить.

– От ваших правил и условностей голову сломать можно, - тон у Сони был сердитый, но шай-ти уже знал, что основная обида растаяла.

– Я думаю, у вас их не меньше, но для тебя они нечто само собой разумеющееся. Мы же живем в них с самого рождения…

– … и это как дышать, да.

Соня понимала умом, что Ашай рассказывал ей все, что мог, ничего не скрывал, пусть какие-то вещи просто не помнил в силу привычки и пропускал, но не обижаться иногда не получалось. Особенно, когда она натыкалась на очередную стеклянную стенку из “прописных истин”, больно стукаясь об нее лбом. О них даже не прочитаешь - неоткуда. Да и читала Соня пока еще на уровне “чуть выше букваря, немного не дотягивая до “Колобка”.

Но Ашай почему-то ее успехами восхищался и всячески хвалил. Соня же неизменно оставалась собой недовольна. Она, по собственной оценке, ползла со скоростью активной улитки и ошибалась в одном слове десять раз подряд. Шай-ти разводил руками и говорил, что она слишком много хочет и нельзя быть к себе такой строгой. Мол, все начинается с малого, горы - с песчинок, а океаны - с капель воды. Девочка называла его философом и снова утыкалась в книжку и прописи.

– Мы сразу поедем к тебе домой после того, как приземлимся? Или нам надо куда-то еще?

– Если твои вещи собраны, - Соня фыркнула - сколько у нее тех вещей! Два платья да сорочка с туфлями, причем большая часть надета на ней прямо сейчас, - то выдвигаться мы будем сразу, как я сдам свои обязанности второму капитану и распущу команду на отдых. А на счет планов, то сначала нам придется заехать к моей махаре. Можно было бы и потом, но… нежелательно.

Соня прищурилась: настолько холодно и отстранено Ашай до этого говорил только о Тай-до-ко. Да может быть с собственным отцом разговаривал. Теперь к списку добавилась еще и неизвестная махара.

– Кто такая ма-ха-ра?

– Та, кто подарила жизнь.

– А, мама!
– соотнесла значение и слово Соня.
– Мы поедем в гости к твоей маме?

– Можно сказать и так.

– У вас… не очень хорошие отношения?
– Соня напомнила себе, что лезть, куда не просят, плохо.

– Меня вырастил дед со своим светом, и лучшей семьи я не мог и желать.

Соне не нужно было быть эмпатом, чтобы понять - ее тьме больно. Старой, застарелой, обостряющейся к дождю болью, от которой не помогали лекарства.

– Тогда… может, не поедем к твоей махаре?
– мягко предложила Соня.
– Если поход в гости, конечно, отменяем.

Ашай покачал головой:

– Я бы рад пронести эту чашу мимо тебя, мой свет, но иначе не получается.

– Опять ваши местные законы?

– Да. Я не хочу оставлять даже призрачной возможности передать под чужую опеку.

– И я ей крайне не нравлюсь, - вспомнила разговор с Фенхом Соня.
– Потому что я человек, а не шей-ти?

– Да, - Ашай не стал врать: его мать никогда не примет Соню.
– Моя махара очень консервативна и амбициозна, а ты… не вписываешься в ее представление о свете Тай-до-рю.

– И… что теперь?

– Ничего. Я тебя ей представлю и мы уедем.

– Но разве у тебя не будет проблем потом?
– спросила Соня, не решаясь поверить, что между семьей и ней, Ашай выберет ее.
– Да и стою ли я того, чтобы ругаться с родителями?

– Я всегда выберу тебя, мой свет. Из любых вариантов, - мягко ответил Тай-дор-ю.
– Правда, у меня к тебе есть одна просьба…

– Какая?

– Когда мы приедем в дом моей махары - не бойся ничего, хорошо? Она не сможет причинить тебе вреда.