Вселенная шай-ти
Шрифт:
– Ну как, полегчало? Голова сильно кружится? Ашаю двери ломать пора или подождем пока?
– Обойдемся без крайних мер, я думаю, - ответила Соня сначала на последний вопрос, а потом уже на первые два, - и нет, не кружится. Наверное.
– Значит, немного полежим, - решил Фенх, обернув вокруг правого запястья своей пациентки тонкую ленту. И недовольно нахмурился, когда та почти сразу же зашлась возмущенным писком.
– Все плохо?
Фенх фыркнул злой кошкой: если бы все было плохо, то свет его друга несколько дней как лежал бы в восстанавливающей капсуле без права на досрочное освобождение. А пока он рассматривал этот вариант лишь с точки зрения возможных.
– Неудовлетворительно. Но будем лечить.
– И выбора у меня нет. Что ж, могло быть и хуже.
– Храбрая девочка, - оценил Фенх и подмигнул бледной до синевы Соне.
– Моя Машехра на Ашая больше похожа: на профилактику на веревке не затащишь, и лекарства пьет, только если постоянно стоять над ней памятником скорби и осуждения. Я очень обрадуюсь, если хоть с тобой мне удастся избежать этой эпопеи.
– Выматывает?
– Не то слово!
– Тогда я буду хорошо себя вести. Из чувства противоречия.
– Надо же, в мою колонию прилетел звездолет с продуктами!
– картинно восхитился Фенх.
– Бывает же!
– Удивительно, правда?
– Правда, - подтвердил шай-ти, зарывшись в высокий узкий шкаф в поисках необходимых инструментов. На стол одна за одной выкладывались разные непонятные штуки, назначение которых Соня определить могла, сколько не смотрела на них.
– Сесть попробуем?
– Давайте…
Соня садилась очень аккуратно, постоянно норовя упасть обратно: мир кружился каруселью, а к горлу подкатывала тошнота.
– Нет, так дело не пойдет, - заключил Фенх и, словно что-то решив для себя, склонился к Соне и прикоснулся кончиками пальцев к ее вискам, веля считать до десяти. На третий счет пол перестал пытаться поменяться местами с потолком, на седьмой - стало легче дышать, а на девятый Соня осознала, что от последствий ее почти случившегося обморока не осталось ничего. Фенх убрал руки и улыбнулся.
– Стало лучше?
– Вы… как вы это сделали?
– хрипло спросила Соня, прислушиваясь к себе.
– Профессиональный секрет!
– гордо ответил лекарь.
– А теперь, раз ты снова себя хорошо чувствуешь, верх - долой, будем осматривать поле предстоящей мне работы напрямую!
– Все снимать?
– судорожно затеребила ворот жилетки девочка, прикладывая недюжинное усилие, чтобы просто не сбежать. Останавливало только обещание Ашаю пройти обследование до конца.
– Честно? Будь моя воля, я бы тебя вообще в камеру загнал для проведения полного сканирования, - начал лекарь, но видя, как сразу сжалась Соня, добавил: - Но ты к этому не готова, поэтому сегодня мы ограничимся лишь необходимым минимумом. Сними кофты и ботинки, юбку можешь оставить.
Соня медленно развязала банты на рукавах, сложила аккуратной стопкой удлиненную жилетку, рубашку и верхний пояс, поставила на пол туфли ровно, по одной линии. Фенх молча наблюдал и, судя по тому, как он мрачнел с каждой секундой, делал какие-то свои, крайне не устраивающие его выводы.
По коже у Сони пробежала волна мурашек, хотя в кабинете было достаточно тепло.
– Вот так, да?
– Уху, отлично, - Фенх наградил Соню долгим изучающим взглядом.
– Постарайся расслабиться, хорошо? Иначе результат может быть далеким от действительности. И ты же помнишь, вреда я тебе не причиню?
– Надеюсь, - передернув плечами, выпрямилась на кушетке Соня.
– Абсолютно точно не причиню. Во-первых, как я говорил ранее, я давал клятву, и это не просто слова, это действие, и очень серьезное. А нарушение всегда ведет к последствиям, - Фенх встряхнул кистями рук, словно сбросил что-то, а потом положил их Соне на плечи так, чтобы большие пальцы опирались на ключицы, а остальные касались позвоночника.
– Всегда, понимаешь?
– Например?
– Я заболею. Или, упаси боги, мой свет. Проблемы могут начаться в любой из сфер жизни. Да на ровном месте споткнусь и ногу сломаю!
– аккуратно прощупывая шейные позвонки, перечислил Фенх.
– Нет, тут все нормально…
– Так разве бывает?
– недоверчиво уточнила Соня.
– У нас - бывает. Лекарское дело очень серьезная профессия, а направление, связанное с исцелением душ и психики, вообще считается одним из сложнейших. Но подобных специалистов хорошо если с несколько тысяч на всю расу наберется. Склонность должна быть определенная.
Он изучил Сонин затылок, зарывшись чуткими пальцами в мягкие волосы, прикоснулся к вискам и глазам, провел раскрытой ладонью по груди и животу - здесь Фенх удивленно-довольно хмыкнул - очертил бока и ребра. Руки у него были сухие и горячие, а еще от них во все стороны по коже распространялось еле заметное покалывание, как от электричества. Соне стало щекотно, и она спросила сквозь смех:
– А во-вторых?
– Во-вторых… Я слишком ценю своего друга и его психическое здоровье, чтобы даже допустить мысль причинить тебе вред.
– Ой!
– вздрогнула девочка, когда чужая ладонь легла ей на низ живота.
– Извини, я очень осторожно… Аха, а центр у тебя расположен там же, где и у шей-ти… - заключил Фенх и облегченно рассмеялся - так, что у него мгновенно осветилось все лицо.
– Приятно видеть подтверждение своим гипотезам. Можешь одеваться, только руку оставь оголенной - мне кровь у тебя надо взять для анализа. И не бойся - это совсем не больно.
– Простите, а чему вы сейчас обрадовались?
– быстро натянув на себя одежду дрожащими от напряжения руками, решила прояснить причину улучшившегося настроения Фенха Соня.
– Да уж есть чему! Ваше взаимодействие в некоторых аспектах будет проходить по известной схеме, а это минус несколько головных болей мне, тебе и Ашаю.
– Я ничего не поняла.
– Ничего, разберешься, - пообещал лекарь, вооружившись длинной тонкой иглой с небольшим шариком-колбой на вершине.
– Давай руку.
Соня удивленно подумала про себя, что Фенх не соврал: действительно, кровь он взял почти безболезненно - комар кусал больнее.
– Надо же, и в вену сразу попали… - рассматривала собственную руку как нечто доселе невиданное Соня.
– Ну так, я же знаю, что делаю. У тебя даже синяка не останется.
– Да?
– не поверила девочка.
– Не останется, - пообещал Фенх.
– Но на всякий случай я еще тебе мазью обработаю место укола, для профилактики. И чтоб Ашай потом мне не высказал, что я тебя тут пыткам подвергал.