Чтение онлайн

И действительно, день пролетел в бешеной гонке. Утренний обход, где доктор Армстронг, словно злобный коршун, выискивал малейшие недостатки в нашей работе. Бесконечные уколы и перевязки, крики больных, шепот умирающих. Долгие споры с главной сестрой, чья строгость граничила с жестокостью, о количестве бинтов и дозировке лекарств. В этом кошмарном водовороте я совершенно забыла о книгах и письмах, поглощенная попытками выжить в этой атмосфере.

Только поздним вечером, когда в госпитале воцарилась долгожданная тишина, я, обессиленная и измученная, вернулась в палату к Эдварду. Лунный свет, проникавший сквозь окно, мягко освещал его спящее лицо. Он казался таким умиротворенным, таким беззащитным. Тихонько прикрыв за собой скрипучую дверь, я подошла к тумбочке, где лежали книги, принесенные Антонио.

Я взяла их в руки одну за другой. Они были старыми, очень старыми. Потертые переплеты, пожелтевшие страницы, исписанные готическим шрифтом. Они пахли пылью, сыростью и временем. В этих книгах, казалось, была заключена целая история, история забытых тайн и утраченных надежд. Не зная, с какой начать, я просто открыла первую попавшуюся наугад. Это оказался старинный травник с иссохшими стебельками и лепестками, вложенными между страницами. От него пахло ароматом сухих трав, немного горьким и терпким.

Перелистывая страницы, я почувствовала под пальцами нечто странное. Корешок книги казался неестественно толстым, словно внутри что-то было спрятано. Ощупав его внимательнее, я обнаружила едва заметный, искусно замаскированный шов. Мое сердце бешено заколотилось. Аккуратно, боясь повредить хрупкую старую книгу, я достала небольшой складной нож и осторожно раскрыла шов. И вот в образовавшемся тайнике передо мной предстали небольшой сложенный листок бумаги и маленький старинный ключ, потемневший от времени.

Я замерла, а воздух вокруг меня, казалось, сгустился. Что это значит? Какую тайну хранят эти книги, заботливо переданные мне Эльзой через Антонио?

Дрожащими руками я развернула пожелтевший листок. На нем торопливым нервным почерком были начертаны слова, словно вырванные из чьего-то секретного дневника: "Все, что вы так жаждете найти, хранится в библиотеке."

Мое сердце колотилось, словно перепуганная птица, пойманная в тесную клетку. Этот ключ, это загадочное письмо – что они значат? Кто оставил их здесь? Кому они предназначались? Это явно была записка не от Эльзы. Бумага была такая старая, что было понятно, что письмо было старше самой Эльзы в пару раз.

Вопросов было больше, чем ответов. В голове царила полная неразбериха. Я понимала лишь одно: в моих руках оказался ключ к какой-то давней тайне, которую мне до зуда в пальцах захотелось разгадать. Но как? С чего начать?

Охваченная внезапным порывом, я снова раскрыла старый травник. Лунный свет, проникавший в палату сквозь неплотно задернутые шторы, рисовал узоры на пожелтевших страницах, словно играя со мной в прятки. Я сосредоточенно рассматривала каждую страницу, каждое изображение диковинных трав, каждое тщательно выписанное описание их целебных свойств. И вдруг, словно озарение, в самом низу одной из страниц, прямо возле гравюры с изображением бледного аконита, я заметила едва различимую надпись, сделанную тонким дрожащим почерком, словно ее оставили в спешке или под покровом ночи.

Присмотревшись, напрягая зрение, я смогла разобрать слова: "Торнбридж Холл". Мое сердце подпрыгнуло в груди. Торнбридж Холл! Именно так назывался старинный аристократический особняк, из которого сделали госпиталь Святого Луки. Переделанный, изуродованный грубыми перестройками, лишенный былого великолепия, но все еще сохранивший частицы своего прошлого в толстых стенах и фундаменте, в призраках, блуждающих по коридорам.

Значит, эта потрепанная книга – отголосок библиотеки особняка Торнбридж Холла. А библиотека, загадочно упомянутая в записке, скорее всего, это и есть библиотека госпиталя. Но главное, что не давало мне покоя, – это настойчивое упоминание библиотеки.

Не раздумывая больше ни секунды, поддавшись внезапному порыву, я приняла твердое решение отправиться в библиотеку и попытаться выяснить, к чему же может подойти этот старинный ключ, найденный в тайнике. Ночью, когда над госпиталем Святого Луки воцарится мертвенная тишина, когда все его обитатели погрузятся в глубокий сон, а медсестры переключатся в режим автопилота.

Ожидание казалось бесконечным. Я ворочалась на узкой больничной койке, не в силах сомкнуть глаз, вздрагивая от каждого шороха и скрипа в коридорах. Время тянулось мучительно медленно, словно заигрывая со мной. Как только старая колокольня на окраине госпиталя пробила полночь, отсчитав двенадцать тревожных ударов, я, тихонько встав со скрипучей кровати, накинула на плечи самый теплый плащ, стараясь ступать как можно тише, словно кошка-воровка, и выбралась из палаты.

Ночной госпиталь представлял собой мрачное и зловещее зрелище. Длинные извилистые коридоры казались бесконечными, словно лабиринты, ведущие в никуда. Слабый мерцающий свет масляных ламп отбрасывал на стены причудливые танцующие тени, создавая гнетущую, почти мистическую атмосферу. Каждый звук – скрип половицы под ногами, тихий вздох спящего больного, слабое дуновение ветра, проникающие сквозь щели в окнах, – казался многократно усиленным в этой зловещей тишине, будоража мое воображение.

Наконец, спустя казавшиеся вечностью минуты, я добралась до библиотеки. Расположенная в самом отдаленном крыле здания, словно намеренно заброшенная и забытая, она выглядела особенно мрачно и неприветливо. Тяжелая дубовая дверь открылась, когда я толкнула ее, пропуская меня в ее темные владения.

Внутри царила абсолютная тьма и стоял густой запах пыли и влажной плесени. Запах старых книг, состарившейся бумаги и умирающего дерева заполнил воздух, вызывая странное, почти болезненное чувство ностальгии, как будто я вернулась в давно забытое прошлое. В бледном призрачном свете луны, проникающем внутрь сквозь высокие арочные окна, я смогла различить ряды книжных полок, уходящих в глубокий полумрак, словно молчаливые стражи древних тайн.

Я начала внимательно осматривать все вокруг, ощупывая каждый уголок, каждую полку, каждый старинный шкаф, каждую пыльную статую, надеясь найти хоть какую-нибудь подсказку, любую щель, любой потайной ход, что могло бы помочь мне понять, для чего нужен этот старинный ключ, найденный в тайнике травника.

Не успела я как следует осмотреться и привести в порядок свои мысли, как внезапно услышала приглушенные голоса, доносившиеся из-за одной из дальних книжных полок, которые использовались как перегородка между читальным залом библиотеки и старым архивом книг. Затаив дыхание, прижавшись спиной к холодной стене, я напрягла слух, пытаясь разобрать слова.

– Ты уверена, что твой предок что-то оставил именно здесь? – в голосе слышались нотки сомнения и нескрываемого напряжения. Голос принадлежал Армстронгу. Неужели он снова с кем-то встречается ночью в библиотеке?

– Абсолютно уверена, – ответила Эмили. Да, это точно была она. – Я показывала вам все записки и письма, что он прислал моей матери. И я практически уверен, что это сокровище спрятано именно здесь, в библиотеке.

Я невольно прижалась еще сильнее к холодной стене, стараясь не выдать себя и не привлекать внимания. Эмили? Армстронг? Снова вместе. Что они здесь делают посреди ночи и что замышляют?

– Ну да, больше-то и негде, – с нажимом произнес Армстронг. – Все палаты и подсобки уже прочесаны вдоль и поперек. Осталась лишь одна комната Дорна…