Чтение онлайн

Поглощенная этой внутренней бурей, я почти не заметила, как мы дошли до корпуса госпиталя и без лишних слов скользнули внутрь через неприметную боковую дверь, которую когда-то использовали слуги, а теперь немногочисленный персонал. Внутри царила звенящая тишина. Коридор казался вымершим. Сестры милосердия, без сомнений, давно отдыхали, а немногочисленные санитары, скорее всего, закончили свою тяжелую смену и ушли спать. Но, проходя мимо массивных дверей библиотеки, что-то заставило меня невольно замедлить шаг, остановиться и навострить слух. То ли воспоминания о той самой ночной беседе Эмили и Армстронга, то ли едва уловимый шепот, который донесся до моего слуха сквозь толстые дубовые панели, – что-то заставило меня насторожиться. И оказалось, что мне не почудилось. За дверью библиотеки отчетливо слышался приглушенный, но оттого еще более напряженный голос главного врача. Невозможно было разобрать ни единого слова, но интонация выдавала его взвинченное состояние. Словно он ожесточенно спорил с кем-то, отчаянно убеждал или пытался что-то скрыть, тщательно подавляя гнев. Эдвард, почувствовав мое внезапное замешательство, тоже насторожился. Он прекрасно понимал, что любой неосторожный вопрос с его стороны может выдать нас с головой, продемонстрировать наше невольное присутствие. Но, к нашему облегчению, Армстронг и его таинственный собеседник продолжили разговор, и мы, затаив дыхание, словно преступники, крадущиеся в ночи, медленно продолжили свой путь к палате Эдварда.

Лишь оказавшись в относительно безопасном убежище его комнаты, Эдвард вздохнул и укоризненно покачал головой.

– Подслушивать, Анна, – проговорил он тихо, но твердо, – это не самое достойное занятие. Это занятие не красит ни одну леди.

– Я знаю, – виновато опустила я глаза, – это ужасно. Но я не могу отделаться от ощущения, что Армстронг что-то замышляет. В этом госпитале творится что-то неладное. Я это чувствую всем сердцем.

Собрав всю свою решимость в кулак, я рассказала Эдварду о том, как не так давно, в первые дни моего пребывания в госпитале, совершенно случайно стала невольной свидетельницей ночной беседы Эмили и главного врача в этой самой проклятой библиотеке.

– Я не смогла расслышать ни единого слова из их разговора, но они явно что-то скрывали от всех. В воздухе витало напряжение, недосказанность… А то, что я увидела сегодня Армстронга в моей комнате… Все это складывается в очень мрачную, очень тревожную картину.

Эдвард нахмурился, его взгляд стал острым и проницательным, словно он пытался разгадать сложный ребус.

– Ты права, Анна, – проговорил он, наконец, после долгой паузы, – что-то здесь все-таки нечисто. У меня есть старые знакомые, которые помнят времена, когда госпиталь Святого Луки принадлежал весьма эксцентричному коллекционеру редких книг и оккультных артефактов. Его звали лорд Вуд. Говорили, что у него была целая комната, в которой он хранил свои сокровища. Комната. полная магических артефактов, древних амулетов и книг по магии. Возможно, Армстронг рыщет в этих стенах в поисках чего-то, что принадлежало Вуду. Может быть, он знает о каком-нибудь затерянном тайнике или легендарном артефакте, обладающем невероятной силой. Только вот зачем ему это все? И какое отношение ко всей этой истории имеет Эмили?

В маленькой палате повисла тягучая, словно пропитанная страхом тишина, нарушаемая лишь размеренным тиканьем старинных часов, висевших над камином. Вопросы множились, словно грибы после дождя, увеличивая тревогу и порождая все более зловещие подозрения. Но одно было ясно совершенно точно: мы против своей воли оказались втянуты в опасную, запутанную игру, и, чтобы банально выжить в этих стенах, нам необходимо как можно скорее выяснить ее правила, определить расстановку сил и понять, на чьей стороне мы находимся. И, главное, понять, кто наш враг.

Следующее утро прокралось в мою комнату, будто бы навязчивый кошмар, напомнив о вчерашнем хаосе. Воспоминания кружились в голове, как стая потревоженных летучих мышей, мешая сосредоточиться. Едва я завершила с завтраком и накормила Эдварда, как в дверь постучали.

– Надеюсь, это не мистер Армстронг, – прошептала я, предчувствуя, что этот день будет не легче предыдущего.

Но в комнату ворвался Антонио. На его лице блуждала радостная улыбка, а глаза просто светились от восторга.

– Сестра Анна, смотри, что мне дали! – и мальчик показал мне леденец в бумажной обертке. Видимо, такой же леденец был у него за щекой, потому что она подозрительно округлилась.

– Ничего себе, – я улыбнулась, но тут же насторожилась. – Это кто тебя угостил? – со всей этой непонятной чертовщиной я стала очень подозрительной и ищу подвох во всем.

– Это леди Эльза, – радостно улыбнулся мальчик. – О, я совсем забыл! – на лице мальчика показались красные пятна смущения. – Она же вас искала.

– Эльза? – я сама готова была радостно подпрыгнуть. – Она здесь?

– Да, привезли малыша Мэтью, – тараторит Антонио. – Он у них прихворал что-то.

– Мэтью заболел? – улыбка сползла с моего лица. – Что-то серьезное ? – я готова была уже бежать в холл и искать Эльзу и Мэтью, но вдруг замерла как вкопанная. – Мистер Дорн, вы не возражаете, если я… – мужчина не дал мне договорить.

– Бегите, конечно, а за мной присмотрит Антонио. И называйте меня Эдвардом, я же просил, – улыбнулся мужчина, а в его тоне был небольшой укор, отчего я почувствовала, что невольно краснею. Я вообще в его обществе чувствовала себя маленькой девочкой и часто смущалась.

– Да, я присмотрю, – важно выпятил грудь мальчуган. – Я же вам и нес конфету, – вдруг вспомнил Антонио про леденец. – Она вас быстро на ноги поставит.

Я лишь улыбнулась, представив, как благодаря обычному леденцу отступает проклятье и Эдвард выздоравливает.

Осторожно прикрыв за собой дверь, я вышла в коридор и направилась в холл, когда на меня практически выскочила Эльза.

– О, Анна! Я так и знала, что так и будет. Я ведь говорила, что не справлюсь! – воскликнула она. Было видно, что женщина плакала и сейчас была не в лучшем состоянии. – Ты только взгляни на него, – и девушка протянула мне малыша. – У Мэтью ужасная сыпь. Я не знаю, что делать.

Осторожно развернув край пеленки, я увидела личико малыша, покрытое мелкими красными пятнышками. Сам Мэтью, казалось, не обращал на это никакого внимания и мирно посапывал.

– Энтони считает, что нужно позвать Арчибальда Армстронга, – продолжила Эльза, – уверяет, что профессиональный взгляд не помешает.

Тут к нам подошел и сам Энтони Уинморт, самодовольно поглядывая на свою жену.

– Я говорил с доктором Армстронгом, он готов осмотреть Мэтью. Анна, рад вас видеть, – слегка поклонился мне мужчина.

– Энтони, но я же хотела, чтобы Мэтью осмотрела Анна, – возразила Эльза, и я поняла, что, видимо, между супругами пробежала кошка из-за этой ситуации. Похоже, Эльза хотела получить мое мнение, а вот супруг хотел бы услышать мнение профессионала, то есть доктора Арчибальда Армстронга.

– Душа моя, но мнение врача ведь не будет лишним, – на губах мужчины появилась снисходительная улыбка. – Я тоже ценю мнение Анны, но ….

– Итак, где юный пациент? – я чуть не вздрогнула, когда услышала голос главного врача у себя за спиной. – Сестра Анна, а вы что здесь делаете?

Армстронг, не дожидаясь ответа, подхватил Эльзу под локоть и увел ее вместе с ребенком и Энтони в свой кабинет. В этот момент я почувствовала себя жалкой, выброшенной за борт лодки в бушующем море. "Вот тебе и признательность за роды в карете", – горько подумала я, ощущая, как подступает обида. На Эльзу я не обижалась, она казалась безвольной куклой в руках собственного мужа, вынужденной подчиняться его мнению, но вот Энтони… Этот самодовольный тип! Мне так и хотелось напомнить ему, как он, краснея и заикаясь, таскал мне кружевные шелковые панталоны жены, когда я просила его найти в сундуках хоть какие-то чистые тряпки для роженицы.