Чтение онлайн

— А-Ли, — Юй Линси взяла её за руку, затем быстро оглядела её спутника и спросила: — А это кто?

— Ах, он? — Тан Були махнула рукой. — Раньше, когда бабушка наказывала меня переписывать книги, а мне было лень, я однажды наткнулась на него в книжной лавке. Он оказался симпатичным и довольно начитанным, так что я дала ему немного серебра — пусть пишет за меня.

Она вздохнула, её голос стал тише:

— Но теперь бабушка слегла, а у меня нет лишних денег, чтобы его содержать. После сегодняшнего вечера он уйдёт и найдёт себе другое место.

Юноша, который ещё не знал, что его планируют «отпустить», продолжал молча заваривать чай, выглядя спокойным и послушным.

Тан Були потёрла нос, её голос дрогнул:

— Если бы бабушка выздоровела, я бы хоть сто книг переписала, лишь бы так случилось.

Юй Линси напряглась. Она помнила, что в прошлой жизни, когда дом Тан пришёл в упадок, Тан Були поспешно вышла замуж, лишь бы удержаться на плаву. Она беспокоилась за подругу.

Юй Линси мягко сжала её ладонь и сказала:

— Госпожа Тан сильна и благословенна. Она обязательно поправится.

— Надеюсь, твои слова сбудутся, — Тан Були слабо улыбнулась.

Були вдруг рассмеялась и, стряхнув с себя тяжёлые мысли, сказала:

— Всё, хватит об этом! Пойдёмте запускать фонари!

Нин Инь всё ещё сидел в тени галереи, лениво опираясь на перила и наблюдая за тем, как толпа текла по улицам внизу. В руке он держал фарфоровую чашу с наполовину выпитым виноградным напитком. Его тонкие, длинные пальцы легко удерживали скользкую холодную посуду одной рукой.

Юй Линси не хотела, чтобы он чувствовал себя лишним.

Она уже собиралась взять свой бумажный фонарь и подойти к нему, как вдруг услышала удивлённый голос брата:

— О? Разве это не А-Цэнь?

Линси остановилась на полушаге и посмотрела вниз, следуя за его взглядом.

Под мостиком в толпе людей застряли двое молодых аристократов верхом на лошадях.

Один из них — в белом одеянии с нефритовым поясом. На его лице не было ни тени раздражения.

Сюэ Цэнь.

Другой — в ярком шелковом халате, с розовыми губами и безупречно белыми зубами.

Давненько Юй Линси не видела цзюньван Наньяна Нин Цзычжу.

Юй Синьи озорно прищурилась, скомкала лист бумаги и метко бросила вниз прямо в объятия Нин Цзычжу.

Тот и так был раздражён из-за пробки, но тут же вскинул голову, готовясь выдать тираду возмущения.

Однако увидев Юй Синьи на мосту, он мгновенно изменился в лице. Его нахмуренные брови разгладились, а в руке весело щёлкнул складной веер.

— Госпожа Юй! — радостно крикнул он.

Сюэ Цэнь тоже поднял взгляд.

И, конечно же, первым делом он увидел Юй Линси, осторожно держащую бумажный фонарь. В его глазах мелькнул слабый свет.

Нин Инь, по-прежнему сидевший в галерее, безмятежно наблюдал за происходящим. Как только его взгляд зацепил Сюэ Цэня, его глаза сузились, а на губах промелькнула насмешливая улыбка.

Он тихо фыркнул. Какая же мерзость.

Юй Синьи передала Линси кисточку для написания желания, лукаво моргнув ей, а затем развернулась и отправилась вниз, чтобы поприветствовать Нин Цзычжу.

Через минуту вслед за ней на мостик поднялся Сюэ Цэнь.

— Вторая сестрёнка.

— Братец Цэнь. — Юй Линси не ожидала, что он сам поднимется, но учтиво поклонилась в ответ.

Внизу, под тенью галереи.

Нин Инь бесстрастно наблюдал, как они разговаривали друг с другом. Затем он без единой эмоции поднял ложечку, подцепил растаявший кусочек льда и положил в рот.

«Отвратительное зрелище».

Он тихо хмыкнул.

Когда разговор подошёл к концу, Юй Линси переместилась на мост, помогая Тан Були зажигать фонари желаний.

Праздничные огни внезапно стали слишком яркими. Слишком раздражающими.

Нин Инь медленно разжевал кусочек льда. Он прищурился, затем бросил взгляд на своё светлое одеяние и тут же нахмурился.

Если оно испачкается кровью, разве это не испортит настроение Юй Линси?

Ещё один кусочек льда исчез в его губах.

Постукивая пальцами по чашке, Нин Инь лениво размышлял.

Ему не нужно убивать Сюэ Цэня. В этом мире существуют способы, куда страшнее смерти.

Оставалось только выяснить: насколько прочны эти «детские узы» перед лицом интересов семьи Сюэ.

Юй Линси спустилась с третьего этажа и нашла Нин Иня.

Он по-прежнему сидел в той же позе, словно не сдвинулся ни на дюйм. Его глаза прятались в тени опущенных бамбуковых занавесей, а чашка перед ним была уже пустой.

Она подошла ближе и мягко позвала:

— Вэй Ци!

Юй Линси прибежала, слегка запыхавшись, и весело спросила:

— Угадай, где я была?

Нин Инь лениво скользнул по ней взглядом.

Теплота в его глазах мгновенно угасла. Он медленно выпрямился, опираясь на перила, и усмехнулся с оттенком насмешки:

— Мне уж точно не интересно, где именно моя госпожа шепталась с другим мужчиной.

Юй Линси на мгновение опешила, а затем не смогла удержаться от улыбки и спросила:

— Ну и о чём ты думаешь?

Нин Инь медленно ответил:

— О том, что может порадовать меня и одновременно огорчить тебя.

Юй Линси смешливо покачала головой. В её глазах заиграли лукавые огоньки.

— Идём со мной, я покажу тебе одно место.

Нин Инь по-прежнему смотрел на неё пристально, словно хотел заглянуть в самую глубину её души.

— Скорее! Пока брат не заметил!

Юй Линси торопливо подстегнула его, а в отблеске фонарей её глаза сияли особенно ярко.

Нин Инь медленно поднялся и пошёл вслед за её лёгкими, быстрыми шагами.

На самом верхнем этаже «Вансяньлоу» находился маленький павильон с открытыми со всех сторон стенами.

Днём здесь собирались учёные и поэты, чтобы любоваться городскими пейзажами, но сейчас ночной ветер был прохладным, и место оставалось пустым, кроме одинокого фонаря.

— Я нашла это местечко специально! — Юй Линси радостно распахнула окна.