Чтение онлайн

— А у меня никто не смотрит, — вдруг сказал Луи. — Я даже садовника рассчитал, когда собрался на фронт. Наверное, зря?

И впрямь, вдруг там нужно было что-то делать? Клумбы-то были.

— Ой, зря, — тут же вздохнула Марианна. — Если цветы, так и нет их уже, наверное.

— Там цветы, и деревья, и даже маленький фонтан. В детстве всем этим занималась бабушка, мать отца, у неё ловко выходило. Но она не была некромантом, она как раз стихийница, и сила была ей в помощь. Наверное, нужно будет найти нового садовника, когда меня отправят отсюда домой.

— Конечно, нужно, — закивала Марианна. — Вдруг там ещё можно что-то спасти? Вы ж, небось, и дома-то давненько не бывали уже, верно?

— С начала войны, — подтвердил Луи.

— Почти три года, — проговорила она. — Ничего, я так думаю, что всё можно решить, если только захотеть. Вы вернётесь, сходите в вашу Академию, договоритесь о том, чтобы осенью там курс какой читать, и разом с тем найдёте садовника. И повара, и приказчика, и управляющего, и кто там ещё может быть нужен.

Луи даже и не знал, где ищут всех этих людей, но кивнул. Потому что — это какое-то конкретное дело, даже вот прямо план. Хоть бери и записывай. Первое — вернуться домой. Второе — нанять садовника. Третье — сходить в Академию к профессору Саважу. Можно даже не ходить, а просто связаться. Или наоборот, ходить, профессор Мальви сказал, что ногу нужно понемногу нагружать, а то вовсе толку не будет.

— О чём задумались? — спросила Марианна.

— О том, что за чем буду делать, — рассмеялся Луи. — Это же почти план действий, это хорошо.

— Вот и славно, — кивнула она. — Я тоже пытаюсь придумать… план. Это хорошо, когда план, и когда знаешь, что делать. У меня был план — завершить ученье и выйти замуж, но не вышло. И тогда я ученье-то и завершила, но от жениха сбежала на войну. А вот теперь нужен новый план.

— Прямо от жениха? — не поверил Луи.

— Если по правде, то я ему слова не давала, это батюшка его с собой прихватил, когда мой выпуск праздновали. А я взглянула, поговорила с ним и поняла — не хочу. И наутро поднялась рано и отправилась вместе с нашими записываться в добровольцы.

— А что же он? Не отправился за вами?

Луи подумал, что за такой барышней он бы и на край света пошёл, не только на войну. Пока был цел, конечно же.

— Куда ж ему на войну, он вдовец, детки малые, и даже никакой родни нет, чтоб с той роднёй деток-то оставить. Он потому меня и был готов взять, что ему жена нужна почти хоть какая, хоть бы и учёная, хоть бы и некромант.

— Почему «хоть бы»? — Луи ничего не понял. — Это ж наоборот, учёные маги ценятся, а некроманты так и вовсе.

— Это смотря для кого, — покачала она головой. — У нас в Понизовецке учёностью скорей уж напугать можно, то-то женихи ко мне в очередь не стоят.

— Да дураки они, вот и не стоят, — сказал он.

И подумал, что был бы цел — не ходил бы вокруг да около. Сказал бы прямо, что думает, и можно было бы для начала просто заключить брак в мэрии Верлена. А потом уже — как положено. Но кому он нужен хромым? Никому, наверное.

До войны Луи не задумывался о том, с кем связать свою жизнь и судьбу. Решится же как-нибудь? С дамами встречался, конечно, и с однокурсницами, только у них девушек-некромантов не было, ни одной. И не только с академическими, со всякими. Теперь же не хотелось показываться прежним знакомым на глаза. Они помнят его блестящим и дерзким, а увидят что? Развалину?

Конечно, профессор Мальви сказал, что развалиной ему быть не всегда, но как перетерпеть-то этот проклятущий год? Эх, если бы можно было как-нибудь упросить Марианну отправиться в Паризию, там представить её профессору Саважу, тот бы придумал, где ей остановиться и что делать, а через год Луи бы посватался… Нет, за год её непременно кто-нибудь уведёт. Даже и не некромант — пока обедали да беседовали, Жанно с неё глаз не сводил. Потому что и маг, и герой, и просто очень красивая девушка.

Луи даже до ладони её опасался дотронуться. Потому что непорядок это — держать девушку за ручку, и не более. Нужно идти дальше, а как он пойдёт дальше? Он честный человек, и не может заморочить девушке голову. Тем более, у неё в жизни тоже всё как-то непросто.

— Пойдёмте, господин Тьерселен, — она сама вдруг взяла его за руку, и его словно молнией прошило от того прикосновения.

Правда, она или поняла, или убоялась собственной смелости, но руку отдёрнула.

— Да, вы правы, поздно уже, утром Марта на процедуры позовёт, — согласился он.

Нужно подниматься и идти, всё верно. Нога не любит ночной сырости.

Следующим утром Марьяна дремала у себя после завтрака и после процедуры от госпожи целительницы, когда в дверь её комнаты громко и нетерпеливо постучали.

— Марьянка, открывай, я знаю, что ты там!

Братец Павлуша? Как он здесь оказался? Марьяна сначала подумала отпереть дверь, не поднимаясь, но потом всё же поднялась и сделала эти несколько шагов. Голова кружилась. Но она открыла дверь, там в самом деле стоял братик Павлуша.

Всего на два года старше неё, и они всегда были друзьями. В детстве вместе шалили и таскали сладости, позже Павлуша никогда не отказывался прокатиться с ней верхом или прогуляться по улице Понизовецка — когда она приезжала домой на каникулы.

Их с Петей призвали в армию сразу, как началась война — некроманты нужны. Но на фронте они с Марьяной не встречались — потому что обученных магов из Академии сразу же определяли туда, где было сложно, не просто много нежити, но либо нежить какая-нибудь вычурная, либо ещё какие дела, что требуют скрытности и тайны. А тут — вот он, стоит, живой и смеющийся.

— Павлуша, — обрадовалась Марьяна и обняла братика.

Он тоже обхватил её и закружил, и ей так от того поплохело, что она зажмурилась и зубы сжала.

— Ты чего? — не понял братик.

— Голова… кружится, — проговорила Марьяна тихо-тихо.

Потому что ещё миг, и весь завтрак снаружи окажется, только ещё не хватало! Она осторожно схватилась за спинку кровати и села, а потом и легла.

— Позови кого-нибудь, — попросила и закрыла глаза.

Павлуша и впрямь выходил, потом вернулся вместе с госпожой Мармотт.

— Что ж с тобой, милая, вроде на поправку шла, — говорила та, касаясь сухими тёплыми пальцами разных точек на голове Марьяны.

— А что с ней? И как скоро она выздоровеет? Я ей брат, мы её дома ждём-не дождёмся.

— Надышалась чего не нужно, — со вздохом пояснила госпожа Мармотт. — Ничего, выздоровеет. Лучше прежней будет.

— А домой-то как? — продолжал расспросы Павлуша.

— Куда ей такой домой? Она ж едва десять шагов может сделать, и то держась за стенку, — ворчала целительница. — Вот поставим на ноги, а там и домой можно будет. Ну что, милая, лучше тебе?

— Да, благодарю вас, — тихо сказала Марьяна.