Чтение онлайн

Впервые. Подлинник — ФЭ. Ед.хр.1466. Л.5–6. На бланке Чехословацкого посольства в Париже. С чешским художником и литератором Адольфом Гоффмейстером (1902–1973) ИЭ был знаком начиная с 1920-х гг. Гоффмейстер неоднократно рисовал ИЭ и иллюстрировал его книги. После 1945 г. Гоффмейстер стал послом Чехословакии во Франции.

<Прага, 1949>

Очень дорогой друг, я уехал из Москвы в весьма грустном состоянии оттого, что я не смог Вас обнять, поблагодарить Вас за дружбу, которую Вы проявили ко мне, за подарки. Я счастлив, что съездил, посмотрел Москву и вошел в контакт с этим новым миром, каким является Советский Союз.

Надеюсь, что мне представится возможность как можно скорее вернуться туда снова. Надеюсь Вас повидать в Италии до этого — траттории Вас ждут и хорошее вино со складов Фраскати, если верить экспертам.

Я нашел здесь номер «Униты», в котором напечатан отзыв о «Буре», посылаю его Вам. По-моему, написано не очень хорошо.

Я очень буду рад, если Вы мне напишете и пошлете что-нибудь из Ваших книг по-французски. Я буду работать в Италии. Я б хотел, чтоб Вы знали, чего я хочу достичь в живописи. Эта поездка к вам возбудила во мне много идей и надежд. Я очень неохотно говорю обычно о своей работе, но, как Вы знаете, я думаю всегда о ней, и это играет очень большую роль в моей жизни. Многое надо сделать, т. к. до сих пор ваша современная культура — для нас белое пятно. Мы знаем о вас только запреты и дефекты. Впереди бесконечность и огромное белое пятно, которое надо закрасить — и это смогут сделать нужные люди, такие, как мы — товарищи по борьбе и по надеждам. Партия и рабочий класс смогут помочь в этом в том смысле, как об этом думает мой друг Серени [432] .

Я очень доволен, что Вас повидал. Я чувствую, что я Ваш друг и очень этому рад. Извините за мой французский и передайте мадам Эренбург мои лучшие дружеские чувства и благодарность.

Я Вас по-братски целую.

Впервые. Подлинник — ГМИИ. Ф.41 Оп.1 Ед.хр.9. На бланке пражского отеля «Narodni Podnik».

Ленинград, 1949

Глубокоуважаемый Илья Григорьевич!

Я обращаюсь к Вам потому, что считаю Вас единственным человеком, который не может не откликнуться на мой вопрос, и еще потому, что Вы когда-то знали нашу семью в 1918 году в Харькове [433] , семью Наташи Петровой. Она погибла в гестапо в 41-м, там же, в Харькове.

Илья Григорьевич, знаете ли Вы, во что сейчас превратилась волна антисемитизма, которая после фашистского нашествия чувствуется все сильнее. Ведь это же не разговоры, не слухи. Это непрерывные факты, которые стеной обступают нас каждый день. Я знаю их много, я столкнулась с ними сама.

Мои дети — евреи по мужу. У меня сын 26 лет. Он математик, и талантливый математик, что признают все знающие его, и он сам доказал это. После войны он вернулся в университет, окончил его блестяще, пошел в аспирантуру Академии педагогических наук, за семь месяцев закончил ее и защитил диссертацию. Это было полтора года назад. За это время он написал несколько серьезных работ и много работал над современной физикой, желая именно в этой области работать дальше.

Вот уже год, как он ищет себе работу. Везде непроходимая стена, везде безнадежность. В некоторых местах, как, например, в Ленинградском университете, несмотря на просьбу его руководителя, отказано, почти без стеснения с указанием причины; в других местах вопрос решается с мая месяца и до сих пор ответа нет. Говорят, евреев не берут на засекреченную работу. Если до сих пор никакие невзгоды и трудности нашей жизни не могли принизить ощущение бодрости и счастья от сознания возвышенности всего, что есть в нашей стране, то сейчас это сознание убивается: ведь гибнет единственное и самое дорогое, что есть у нас!

Илья Григорьевич, можно ли быть спокойной? Ведь это же позор и ужас, подумайте, как это влияет на сознание еврейских юношей и девушек, которые до сих пор росли как советские люди.

Чтобы Вам стало это еще яснее, поговорите с моим сыном, поговорите сами. Пусть он Вам скажет, каково ему, когда сил у него непочатый край и родина не хочет дать ему работать!

Мне кажется, что Вы что-то можете сделать, Вы не должны молчать.

Я хочу верить, что Вы не оставите меня без ответа. Я так глубоко чувствую, что все, что Вы пишете, — это истинная правда.

Н.Петрова.

P.S. Если Любовь Михайловна помнит нас, передайте ей привет. Наташа осталась в Харькове в подполье и погибла.

Мой адрес: Ленинград, Чернышев пер., 9.

Петрова Нина Григорьевна.

Мой сын Гольфанд Юрий Абрамович, Москва, Зацепа, 2-а.

Впервые — «Советские евреи пишут Илье Эренбургу 1943–1967». Иерусалим, 1993. С.297–298. Подлинник — Институт «Яд-Вашем», Израиль.

<Варшава, 1 января 1950>

Впервые — Tuwim J. Listy… W., 1979. S.271. Подлинник (русский текст латиницей) — ФЭ. Ед.хр.2243. Л.3

<Франция,> 5 февраля 1950

Дорогой Илья,

давно собираюсь тебе написать о том, что у Марики [439] родился мальчик — ему сейчас 7 месяцев и его назвали Илья, надеемся, что это имя ему принесет счастье. Вспоминаем о тебе очень часто, и жалею, что не видела тебя в Париже [440] . Я работаю — готовлю выставку в Париже [441] — к весне. Быть может, ты сможешь приехать еще. Сделала голову Diego [442] и Максима из глины и написала книгу. Надеюсь, что в скором времени выйдут Воспоминания о детстве и той эпохе, когда мы все жили на Монпарнасе. Марика и Rodney [443] тебе шлют свой привет, а я тебя целую и Любови [444] и Мышку [445] от всего сердца.

Пиши несколько строк.

Впервые. Подлинник — ФЭ. Ед.хр.1393. Л.2. Художница Мария Брониславовна Воробьева-Стебельская (Маревна; 1892–1984) — парижская приятельница ИЭ с 1910-х гг.

Москва, 23 февраля 1950

Дорогие Любовь Михайловна и Илья Григорьевич,

сердечное вам спасибо за подарок, он не только развеселил меня, но доставил мне истинное наслаждение.

Любящий вас Петр Кончаловский.

Впервые. Подлинник — ГМИИ им. Пушкина. Ф.41. Оп.1. Д.1 Л.29.

Валорис, 11 мая 1950

Мой дорогой друг, я бы хотел тебя повидать, ты это знаешь. Пожалуй, я смогу устроить дело с керамикой, которую ты просил меня прислать. <2 слова нрзб> просит к 27-му.

Я хотел бы послать тебе тарелки, сделанные собственноручно, и думаю, ты сможешь сам отправить их в советское посольство, если я пошлю их непосредственно тебе [446] .