Чтение онлайн

— Спасибо, товарищ полковник.

— На будущее запомни... чтоб больше такое не повторя лось.

— Есть запомнить, товарищ полковник!

— Странный тип этот Седугин... Я так и не понял толком, почему он вступился за попадью?

— Он, может, в Бога верит? — осторожно предположил капитан.

296

— Тебе бы следовало это знать, — укоризненно покачал головой Гвоздевский.

— Не замечал... Н-не докладывали... — оправдывался ка питан.

— В том-то и дело, что не верит он. В трибунале спраши вали: ответил «нет». Отец и мать — тоже неверующие.

— Почему ж он тогда...

— В трибунале пояснил, что пожалел старуху. Вредная это жалость... Для нас с тобой, капитан.

— И сколько ему, товарищ полковник?

— Пятнадцать лет...

— Каторжных работ?

— Нет... исправительно-трудовых... Его на сто четвертую командировку к ворам в законе бросили. Они там верх дер жат.

— Исправляется Седугин?

— Помогают ему законники на путь истинный стать, осо знал кое-что... На прошлой неделе в больницу попал: темную ему воры сделали. Искали кто — не нашли... А кольцо стоящее, капитан?

— Какое... кольцо? — капитан ждал этого вопроса давно, но сейчас, когда его спросили, он почувствовал, что у него холодеет в животе, а во рту ощутил отвратительный метал лический вкус и сухость.

— То самое, о котором нагло врала Ивлева. Ты, капитан, разумеется, не видел его в глаза... Но мне кольцо покажи.

Люблю смотреть на несуществующие вещи, особенно если они золотые. Или тебя обманули? Медяшку подсунули...

— Честное слово, товарищ полковник, что кольцо...

— Его никогда не было, — охотно согласился Гвоздевский.

— Гнусная клевета врага народа. Пять раз верю. Чем же измен никам и заниматься, как не клеветой на таких честных людей, как ты, капитан? Все это правильно, но кольцо завтра пока жешь! Моя благоверная давно о старинном кольце мечтает...

не попадалось оно мне на глаза. Сегодня повезло дико: золо тая вещь, да еще и такая, какой и в природе нет! Кольцо не видел никто, а у меня оно будет. Оригинально.

— Товарищ полковник, я прошу вас...

— Не проси, подарков не принимаю.

297

— Каких подарков? — пробормотал сбитый с толку ка питан.

— Никаких. Даже колец золотых, невидимых глазом. Втри дорога заплачу за него. Знаешь сколько отвалю?

— Шутите, товарищ полковник...

— Вполне серьезно, капитан. В кольце — пять-семь-десять грамм, не больше. Считай, что десять. Грамм золота стоит один рубль. На советских деньгах от десятки и выше написано, что они обеспечиваются золотом и драгоценными камнями.

Значит, кольцо стоит десять рублей. А я тебе дам полновесную тридцатку, красненькую, почти новую... В три раза выше плачу... В убыток себе покупаю, из уважения к тебе, капитан, — полковник хмыкнул и довольно потер руки.

— Я давно в управлении не был, товарищ полковник.

Хочу купить кое-что, — признался капитан. — Почем хлеб на базаре?

— Сто рублей буханка, — машинально ответил полковник и нарочито закашлялся.

«Хитер мерзавец... Ловко поддел, — негодовал полковник, — выходит, что я покупаю кольцо за полкило хлеба... Зубас тый... Проучить его!»

— Я пошутил о кольце. Знаю, что нет его... Но если найдут случайно... — полковник выразительно крякнул.

— Товарищ полковник! Выслушайте меня, — попросил капитан.

— Некогда. В управлении оправдаешься, — сердито пере бил Гвоздевский.

— Скоро домой придем, там не поговоришь, выслушайте, — упрашивал капитан.

— Говори, — согласился полковник.

— Дали мне это кольцо. Жена назад его вернула... Ив левой...

— Почему так расщедрилась твоя жена?

— По-женски Лизутка болела... Врача вызвать не мог...

Спасла ее Ивлева... Она ей кольцо подарила.

— Давно?

— В этот понедельник. Поезда не ходили, позвал я Ивле ву. Жена по-бабьи отблагодарила ее. Я хотел отговорить Ли зу тку, да разве нынешние жены мужей слушают?.. Я вам дру298

гое кольцо продам, за двадцатку, не хуже того, что жена отдала...

— Ивлева кольцо себе не возьмет... Отдаст хозяйке. Кто тебе его дал, капитан.

— Она восемь лет в лагерях... телятница... точно знаю — не она хозяйка кольца.

— Н-нда... задача... За что?

— За попадью, чтоб ее от работы освободить, — неохотно признался капитан.

— Y тебя есть в зоне верующие?

— Много... Баптисты, евангелисты, субботники какие-то...

всех не упомнишь... С попадьей они не дружат... грызутся меле собой, как собаки, доказывают друг дружке, кто правильнее молится. Докладывали мне, ис понял я до конца, за что спор у них идет...

— Вот попробуй и найди хозяйку, — задумчиво вздохнул полковник. — Что за люди эти фашисты?.. Сто лет прорабо таешь с ними и не поймешь...

— Я сам найду хозяйку, товарищ полковник. Вы не оби-лсайте меня... Купите кольцо за двадцатку. Лишнее оно, а мне деньги позарез на хозяйство нужны, — капитан заискивающе улыбнулся.

— Сказал за тридцать — дешевле не возьму. Продавай другому за двадцатку, а я за вещь настоящие деньги плачу!

— сурово отрезал полковник. — Сегодня сто пятьдесят кило метров на дрезине отмахал, на трех командировках останавли вался... устал... Переночую у тебя и завтра до конца доеду.

— Тут недалеко, товарищ полковник.

— И не близко. Восемьдесят семь километров. Длинный наш лагерь — триста два километра. Назад поеду — на многие лагпункты заверну. Всюду проверка и проверка... Уследи за вами всеми... Из этой поездки вернусь — дней десять отдохну...

Далеко от зоны живешь, капитан... Поближе бы домишко по строил...

— Не учел, товарищ, полковник.

— Многое ты не учел, капитан. Заключенных разбаловал: жалуются на тебя... У строгого начальника лагпункта пискнуть не посмеют! Либеральничаешь ты с ними, мягкотелость прояв ляешь. С ними чем лучше, тем они хуже. Перед тобой я заез299

жал на шестьсот третью — там, правда, мужская зона, но зато тысяча семьсот человек, побольше, чем у тебя. Выстроил их — они ни слова. Пять раз спрашивал: «Жалобы есть?» Льготы обещал тому, кто пожалуется, — ни одного не нашлось. Всем довольны, никаких претензий нет. Смертность на шестьсот тре тьей вдвое выше, чем у тебя. А порядочек — залюбуешься...

Съездил бы ты на шестьсот третью к .майору Зотову, посмот рел бы там как что, перенял бы у него передовой опыт... Зотов — мужик открытый, всеми секретами поделится. Учиться сле дует, капитан!