Яд, что слаще мёда
Шрифт:
— Пей, — повторил он. Я сделала несколько глотков, чувствуя прохладную и вкусную воду. — Что тебе снилось? — спросил он, ставя чашку обратно.
— Ничего, — солгала я, отводя взгляд. — Просто дурной сон.
— Ты кричала про меч и просила не поворачивать его.
Я вздрогнула. Чего мне скрывать? Цзи Сичэнь умен, его обмануть не выйдет. Будь что будет.
— Ты просила вытащить его. Юйлань, ты не просто видела кошмар, а свою смерть.
— Да, — прошептала я и обхватила колени руками, пытаясь согреться — Я видела тот вечер. Террасу, Гуань Юньси . Только... там были еще вы. Ты и Шу Цзыжань. Вы все были там и никто мне не помог.
Цзи Сичэнь молчал и смотрел на пламя свечи.
— Яд Шу Цзыжаня, — наконец произнес он. — Не тот, что в чашке, а его слова. Он умеет находить трещины в душе и заливать туда страх. Теперь он расковырял и твою рану.
— Он знает, что я умерла, — я подняла на него глаза. — И теперь ты знаешь… Он сказал про пульс. Цзи Сичэнь, я правда... я правда ненормальная? Может, я призрак? Может, я все еще там, на террасе, истекаю кровью, а все это мой предсмертный бред?
— Ты теплая, — произнес он, протянул руку и накрыл своей ладонью мою, лежащую на колене. — Призраки холодные, ты — нет. У тебя горячая кожа и сердце бьется быстро. Ты ешь, пьешь, злишься. Ты живая, магнолия и даже более, чем половина этого гнилого двора.
— Но этот страх... — мой голос сорвался. — Он не уходит. Каждую ночь я жду удара. Я не могу спать и боюсь закрыть глаза.
— Знаю.
— Откуда? — я горько усмехнулась. — Ты — Темный принц, сам ночной кошмар для других. Ты же не будешь стоять под дверью и подслушивать.
Цзи Сичэнь криво улыбнулся и прислонился спиной к стене, вытянув ноги. Он явно не собирался уходить.
— Думаешь, палачи спят спокойно? И тем более следят за кем-то под дверью? — спросил он, глядя в потолок. — Первые три года службы я спал с кинжалом в руке. Мне снились лица тех, кого я допрашивал и кого я убил по приказу Императора. Они приходили и стояли вокруг кровати.
Я удивленно посмотрела на него. Он никогда не говорил о себе, тем более о слабостях.
— И что ты делал?
— Я научился не спать, — он пожал плечами. — Или спать урывками, по полчаса. А потом... потом я понял одну вещь. Мертвые не могут причинить вреда, вред причиняют только живые. Твои кошмары — это просто эхо. Гуань Юньси жив и опасен. Бойся его днем. А ночью... ночью здесь есть я.
— Ты?
— В моем поместье даже призраки ходят на цыпочках, потому что боятся меня разбудить. Пока ты здесь под моей крышей, никто тебя не тронет. Ни Гуань Юньси, ни Шу Цзыжань, ни демоны из твоей головы. Я выставил охрану у твоей двери.
— Ты сделал это после ужина?
— Да, я видел, как тебя трясет.
Я смотрела на него, и внутри меня разливалось щемящее тепло. Цзи Сичэнь был убийцей, интриганом и жестоким манипулятором, но сейчас, сидя на моей кровати в расстегнутой рубахе, он казался защитником.
— Почему ты это делаешь? — спросила я тихо. — Я всего лишь инструмент. Ты мог бы дать мне снотворное и уйти.
Цзи Сичэнь помолчал, разглядывая свои руки.
— Хороший мастер бережет свои инструменты, — ответил он привычной циничной фразой. — И... может быть, мне надоело быть единственным, кто не спит в этом проклятом доме. — Он вздохнул и встал. — Ложись, светает скоро. Тебе нужно поспать хотя бы пару часов. Завтра нам нужно будет разобрать бумаги, которые мы забрали из тайника Гуань Юньси.
Я легла на кровать, не чувствуя больше страха. Осталась только усталость. Цзи Сичэнь подошел к стулу, стоящему у окна, и сел на него.
— Спи. Я посижу здесь и почитаю отчеты. У меня все равно бессонница.
— Ты останешься? — я не поверила своим ушам.
— Я не буду держать тебя за руку, если ты об этом, — фыркнул он, вытаскивая из-за пазухи какой-то свиток. — Но я буду здесь. Если твой Гуань Юньси решит явиться во сне, то я его прирежу.
— Спасибо, Цзи Сичэнь. — Я улыбнулась.
Он не ответил и углубился в чтение.
Я закрыла глаза и начала слушать, и вскоре погрузилась в сон. Кошмар больше не снился.
Проснулась я от того, что солнце било прямо в глаза. Я резко села. Комната была пуста, стул у окна стоял на месте, свеча догорела, оставив на блюдце лужицу воска. Неужели мне это приснилось? Его приход, его слова, и то, как он укачивал меня? Но на спинке стула висел его черный плащ, который он по всей видимости забыл. Значит это не сон.
Я встала, чувствуя себя странно отдохнувшей. Тело было легким, голова ясной. И тут в дверь тихо постучали.
— Войдите.
Вошла служанка, принесшая завтрак и воду для умывания. Она косилась на плащ господина, висящий на стуле, с ужасом, но не посмела задать вопрос.
— Господин Цзи ожидает вас в библиотеке через полчаса, — пискнула она и выбежала.
Я умылась, оделась в свою мужскую одежду, нанесла привычный грим и вскоре пришла в библиотеку ровно через полчаса. Цзи Сичэнь стоял у большого стола, заваленного картами.
— Доброе утро, — произнесла я, останавливаясь у порога.
Он поднял лицо, его взгляд скользнул по мне, задержался на секунду на моих глазах, словно проверяя, не осталась ли там тень ночи.
— Доброе, — коротко ответил он. — Ты опоздала на две минуты.
— Я любовалась вашим плащом, хозяин, — не удержалась я от шпильки. — Он очень украшает мою убогую комнату.
— Можешь оставить его себе как одеяло. — Уголок его рта дернулся. — Ты мерзнешь по ночам, я видел. Подойди, — он махнул рукой на карту. — Хватит болтать. У нас есть проблема.
— Что случилось? — Я подошла к столу, становясь рядом с ним.
— Чек, который мы украли... — он постучал пальцем по бумаге. — Я проверил печать. Она настоящая. Но дата... дата стоит будущим числом.
— Что это значит?
— Это значит, что сделка еще не состоялась. Мы перехватили половину оплаты, но основной груз соли все еще в пути и он должен прибыть в столицу через три дня.
— И где будет передача?
— В заброшенном храме Бога Ветра, на северной дороге.
Я посмотрела на карту. Храм был отмечен красным кружком. Глухое место, идеальное для темных дел.
— Мы перехватим их? — спросила я, чувствуя, как внутри разгорается азарт охоты.
— Мы не просто перехватим, — глаза Цзи Сичэня сверкнули огнем. — Мы устроим спектакль. Гуань Юньси будет ждать свой груз, а получит... сюрприз.
— Какой сюрприз?
— Императорскую гвардию и лично меня с разрешением Императора. Но чтобы это сработало, нам нужен свидетель. Тот, кто приведет стражу в нужное время. — И тут он посмотрел на меня.
— Ты хочешь сказать... — я поняла его мысль.