Чтение онлайн

Ho кром исторической достоврности сказаній св. Димитрій дорожилъ и нравственнымъ значеніемъ разсказываемыхъ имъ событій и дйствій, стараясь выставить, оттнить это значеніе, направляя весь свой разсказъ къ тому, чтобы преподать читателю какой нибудь нравственный урокъ. Въ нихъ можно найти множество нравственныхъ наставленій, высказанныхъ устами святыхъ мужей.

Въ этихъ наставленіяхъ указываются средства къ нравственному преспянію христіанина и возведенію его на высшую ступень нравственнаго совершенства. Конечно, назидательность и убдительность этихъ наставленій зависитъ много отъ того, что он высказываются устами опытнаго христіанскаго подвижника, котораго жизнь есть оправданіе его правилъ и наставленій.

Поэтому, какъ бы ни были высоки эти правила, какъ бы ни тяжелы казались въ исполненіи, – они становятся доступными для насъ, посл того, какъ изрекли ихъ мужи, сильные словомъ и дломъ, извлекая ихъ не изъ холоднаго умозрнія, но изъ опытной духовной мудрости. A насколь строго относились къ изданіямъ четіихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго, это видно изъ замчанія Горскаго. Посл перваго изданія четій-миней въ сентябр 1705 года, второе съ нкоторыми поправками самого сочинителя и другихъ, напечатано въ Кіев съ 1711 – 1718 г. Ho посл этого Святйшій Синодъ, въ первый разъ отъ себя предпринимая изданіе этихъ книгъ въ общее назиданіе, нашелъ нужнымъ вновь подвергнуть ихъ внимательнйшему пересмотру. Почему, съ соизволенія Императрицы Елизаветы Петровны, въ 1745 году, поручилъ это дло архимандриту Кіевопечерской лавры Тимоею Щербацкому съ другими кіевскими учеными, основательно знающими богословіе, церковную исторію и греческій и латинскій языки. Исправителямъ вмнено было въ обязанность обратить вниманіе на то, – не имется ли въ четіихъ-минеяхъ чего нибудь противнаго священному Писанію, догматамъ вры и церковнымъ преданіямъ, также чего нибудь исторически сомнительнаго, невроятнаго, – и усмотрнныя погршности представить Святйшему Синоду на разсмотрніе. Но Щербацкій только въ 1754 году представилъ нкоторыя свои замчанія, отказавшись отъ дальнйшаго труда. Потому Святйшій Синодъ возложилъ окончаніе этого дла на ректора новгородской семинаріи, хутынскаго архимандрита Іоасафа Миткевича (впослдствіи блорусскаго епископа) и александро-невскаго іеродіакона Никодима. Самое изданіе исправленныхъ такимъ образомъ четій-миней вышло въ Москв въ 1759 году. (Горскій. Св. Димитрій Митрополитъ Ростовскій. Москва. 1849 г., стр. 129).

Объяснить недовріе протестантовъ къ житіямъ святыхъ можно очень просто. Лютеръ самъ усиливался достигнуть святости чрезвычайною борьбою съ своими дурными наклонностями. Но, лишенный благодатной помощи за гордость, которой онъ, можно сказать, и не искалъ, въ результат своего аскетизма онъ видлъ себя тмъ же чувственнымъ и страстнымъ человкомъ, какимъ вступилъ и въ монастырь. Тогда, вообразивъ, что ему довольно собственнаго несчастнаго опыта къ уразумнію величайшаго таинства, – какъ благодатію Божіею, при содйствіи человческой свободы, содлывается спасеніе человка, бывшій монахъ отринулъ монашество и вступилъ въ міръ съ тмъ окончательнымъ убжденіемъ, что внутренняго освященія нтъ, а есть только освященіе вншнее, или вмненіе человку безконечныхъ заслугъ Христовыхъ чрезъ вру. Послдователи Лютера, принявъ это положеніе своего учителя за основное начало своего богословія, естественно могли отвергнуть вру во вс подвиги святыхъ, и если какихъ изъ нихъ нельзя было опровергнуть исторически, на т стали смотрть съ пренебреженіемъ, какъ на дло мнимаго религіознаго фанатизма. Отвергнувъ основное чудо христіанства – благодатное возрожденіе падшаго человка и претвореніе его въ новаго, протестантство не видло уже никакой нужды во вншнихъ чудесахъ и, признавъ ихъ только свидтельствомъ истинности религіи, которое было необходимо при введеніи ея въ міръ, оно отвергло ихъ, какъ выраженіе ея божественной въ мір силы, и вс сказанія о чудесахъ святыхъ отнесло къ сказаніямъ, составленнымъ фантазіею. Вотъ т отношенія, въ какихъ протестантство, оторвавшись отъ лона Вселенской церкви, стало къ міру святыхъ Божіихъ, этому смени истиннаго хоистіанства, которое до тхъ поръ пребудетъ на земл, пока пребудетъ и святая церковь!

Кіево-Печерскій патерикъ. Кіево-печерская лавра воспитала первыхъ угодниковъ у насъ Божіихъ и притомъ въ раннее время. Первымъ собирателемъ жизнеописаній отечественныхъ святыхъ былъ преподобный Несторъ лтописецъ, жившій, какъ полагаютъ, въ конц XI и въ начал XII в.; его трудъ продолжали печерскій инокъ Поликарпъ и печерскій же постриженникъ епископъ Симонъ. Само собою понятно, что патерикъ, или отечникъ, заключаетъ свднія, да и то не о всхъ, объ инокахъ кіевопечерскихъ. Кубаревъ (въ журн. мин. нар. просв. 1838 г. ч. XX, стр. 1 – 34) и преосвященный Макарій (изв. 2-го отд. академіи наукъ V, 9) обстоятельно разобрали патерикъ. По ихъ изысканіямъ видно, что патерикъ имлъ въ виду одну цль – представить рядъ жизнеописаній св. печерскихъ отцевъ для назидательнаго чтенія христіанъ.

Въ историческомъ отношеніи патерикъ наиболе достоврный источникъ нашей древней письменности. Преосвященный Макарій въ своей стать насчитываетъ 10 редакцій Кіево-Печерскаго патерика, изъ которыхъ древнйшія относятся къ XV в., а позднйшія – къ XVII в. Лучшая редакція – печатная, изданная въ 1661-мъ году.

Критическимъ направленіемъ отличается и трудъ преосв. Филарета, архіепископа Черниговскаго, поставившаго приведенныя выше слова св. Димитрія Ростовскаго эпилогомъ къ сочиненію: „русскіе святые, чтимые всею Церковію или мстно; опытъ описанія жизни ихъ". СПБ. 1863 г. Вотъ какъ опредляетъ преосвященный авторъ цль, которую онъ намтилъ себ при написаніи этого сочиненія: „прославлять святыхъ дло святое, говоритъ онъ, но надобно умнье совершать дло святое. Прежнія повствованія о святыхъ русской церкви писаны немногія современниками, очень многія людьми поздними, притомъ, писаны людьми разныхъ дарованій и разнаго образованія. Повторять вс эти повсти безъ разбора, безъ поврки – гршно предъ чистою совстію и стыдно предъ просвщеннымъ умомъ. Не оскорбимъ мы старыхъ повствованій, если на мсто поздняго, неоправдываемаго ничмъ, извстія, поставимъ извстія другихъ, боле древнихъ памятниковъ. Это будетъ службою правд, которую вс должны уважать". Соотвтственно этой своей цли – представить повствованія о жизни русскихъ святыхъ, очищенныя благоразумною критикою отъ всхъ позднйшихъ вымысловъ и неточностей, Архіепископъ Филаретъ въ подстрочныхъ примчаніяхъ вдается въ ученыя изслдованія и возстановляетъ истину въ ея настоящемъ вид.

Въ новйшее время строго научное, критическое отношеніе къ нашей агіобіографической письменности показалъ покойный проф. В. O. Ключевскій въ извстномъ изслдованіи – „древне-русскія житія святыхъ, какъ историческій источникъ" Москва. 1871 г. Разсмотрвъ 150 житій съ ихъ 250 редакціями, проф. Ключевскій длаетъ общія замчанія касательно этихъ памятниковъ. Житіе, по его мннію, было неразлучно съ представленіемъ о святой жизни. Единственный интересъ, который привязывалъ вниманіе общества, подобнаго древне-русскому, къ судьбамъ отдльной жизни, былъ не историческій или психологическій, а нравственно-назидательный.

Критически отнесся къ житіямъ святыхъ и преосв. Сергій, архіепископъ Владимірскій въ своемъ сочиненіи: „Полный мсяцесловъ Востока. Томъ I. Восточная агіологія. Владиміръ 1901 г. Задача труда – представить по возможности полный списокъ всхъ угодниковъ Божіихъ. Предлагаемыя преосвященнымъ авторомъ свднія въ 7 отдлахъ сочиненія добыты имъ съ большимъ стараніемъ и изложены съ строгой критикой, а для сторонней поврки снабжены многочисленными приложеніями (числомъ 15, около 200 страницъ). Печатные памятники восточной агіологіи, которые имлъ въ виду г. Мартыновъ, авторъ „церковнаго года", преосвященнымъ авторомъ изслдованы вновь по первымъ изданіямъ, точне разграничены и восполнены новыми, изданными на запад и въ Россіи и просмотрно по этому предмету боле 1500 рукописей греческихъ и особенно славянскихъ.

Въ близкой связи къ вышеуказанному сочиненію стоитъ и изслдованіе проф. Кіевской Духовной Академіи Николая Ивановича Петрова – „о происхожденіи и состав славяно-русскаго печатнаго пролога". Кіевъ. 1875 г. Профессоръ Петровъ полагаетъ, что авторъ „полнаго мсяцеслова" слишкомъ много довряетъ сказаніямъ пролога и г. Яковлева [XIII] – „о кіево-печерскихъ прологахъ", а г. Яковлевъ слишкомъ много значенія придаетъ сравнительной миологіи. Сочиненіе проф. Петрова занимаетъ средину между этими двумя направленіями; критически относясь къ сказаніямъ Пролога, оно не оставляетъ безъ вниманія и миологіи. Здсь, между прочимъ, онъ доказываетъ, что жизнь подвижниковъ и повствованія патериковъ, основанныя главнымъ образомъ на подражаніи священному писанію, носятъ слды вліянія апокрифовъ, современной имъ философіи и народныхъ воззрній.

Святыни и древности Пскова. Графа М. Толстого. Москва. 1861 г. Въ этомъ сочиненіи даются свднія о блаженномъ Никола Салос Псковскомъ.

Святыни и древности великаго Новгорода. – Его же. Москва. 1861 г. Здсь кром археологическаго описанія церковныхъ новгородскихъ древностей, авторъ знакомитъ съ жизнеописаніями мстныхъ святыхъ, заимствованныхъ имъ изъ древнихъ рукописей. Такъ, напримръ, при составленіи житія Михаила Клопскаго Салоса авторъ пользовался слдующими рукописями: 1) „пчела преподобнаго Максима, XVI в. безъ начала, полууст. въ четвертку" (библіот. Сергіевой лавры № 735), – житіе его на листахъ 32 – 48 безъ начала; 2) „сборникъ 1536 г., полууст. въ четвертку" (библіот. Московской Духовной Академіи, по катал. рукописей Іосифова Волоколамскаго монастыря № 659), житіе на лист. 311; – 336; 3) „минея-четья", полууст. 1629 г. писан. Германомъ Тулуповымъ, въ листъ (Лавр. библіот. № 673), житіе на лист. 219 – 248; 4) житія святыхъ русскихъ и апокалипсисъ, полууст. тщательный, въ листъ, XVI в." (Лавр. библіотека № 692), житіе на лис. 59 – 91. Въ этой рукописи находится житіе Клопскаго, составленное въ 1537 г. Василіемъ Михаиловичемъ Тучковымъ, по порученію архіепископа (впослдствіи митрополита) Макарія. При жизнеописаніи Саввы, Вишерскаго столпника, авторъ пользуется рукописью 1514 г. библіот. Московской Духовной Академіи № 73 и новгородской лтописью.

Преосвященный митрополитъ Московскій Филаретъ строго-критически относился къ изданіямъ житій святыхъ. Такъ онъ разсматривалъ дв рукописи подъ заглавіемъ: „святый блаженный Василій, Христа ради юродивый, московскій чудотворецъ" и „жизнь святаго Василія блаженнаго, Христа ради юродиваго, Московскаго чудотворца" и об эти рукописи призналъ не заслуживающими одобренія и выхода въ свтъ по не основательности и водянистости (собраніе мнній и отзывовъ митрополита Филарета, томъ дополнительный стр. 421).

При помощи этихъ источниковъ, имющихъ для нашего сочиненія второстепенное значеніе, мы смло могли пользоваться повствованіями о св. юродивыхъ и св. столпникахъ для выясненія нравственнаго смысла ихъ подвиговъ, не рискуя впасть въ историческія ошибки, предусмотрнныя выше поименованными изслдователями.

Обращаемся ко второй категоріи литературныхъ пособій, освщающихъ „юродство" и „столпничество" съ нравственной точки зрнія.

Воскреснре чтеніе 1838 г. № 16, стр. 136 – 141. Здсь помщена статья подъ заглавіемъ: „древніе аскеты, или подвижники". Въ ней авторъ, нарисовавъ общую картину аскетическихъ трудовъ древнихъ подвижниковъ и, въ частности, разсмотрвъ подвиги „юродства" и „столпничества", въ заключеніе ршаетъ вопросъ – можно ли аскетическіе подзиги св. юродивыхъ и столпниковъ объяснить фанатизмомъ, свойственнымъ пламеннымъ жителямъ востока.