Чтение онлайн

Тамъ же въ 23 №, стр. 195 – 199, находится статья: „святые столпники". Посл краткихъ историческихъ свдній о святыхъ столпникахъ и хронологическаго опредленія времени ихъ подвиговъ при помощи исторіи Евагрія – первой книги и «acta sanctorum», авторъ опредляетъ цль и нравственный смыслъ столпостоянія, описываетъ аскетическіе подвиги святыхъ столпниковъ, указываетъ различіе уставовъ столпниковъ Симеона І-го и Симеона Дивногорца, разбираетъ возраженіе о томъ – не есть ли такое умерщвленіе плоти насиліе надъ природою, безвременное сокращеніе своей жизни и подробно останавливаетъ вниманіе читателей на свидтельствахъ богоугодности столпническихъ подвиговъ (даръ чудотвореній, прозорливость), причемъ знакомитъ съ двумя случаями „духовнаго зрнія" изъ жизни святого Симеона І-го, не записанными въ четіихъ-минеяхъ святого Димитрія Ростовскаго; разборомъ общественнаго служенія столпниковъ заканчивается названная статья.

Воскресное чтеніе 1854 г. № 7, стр. 67 – 70. Авторъ статьи „преподобный Никита столпникъ, Переяславскій чудотворецъ" по поводу обращенія преподобнаго Никиты занимается вопросомъ о дйствіи благодати Божіей въ дл пробужденія гршника отъ сна грховнаго.

Тоже 1853 г. № 6, стр. 52 – 59. Въ стать „Симеонъ Дивногорецъ" даются свднія о жизни и подвигахъ этого столпника 596), извлеченныя изъ четій-миней святого Димитрія Ростовскаго и доказывается цлесообразность „столпничества". Статья эта важна еще своими примчаніями, гд опредляется историческая достоврность жизни святого Симеона Дивногорца.

Тоже 1863 г., № 23, стр. 548 – 555. Здсь А. В. въ стать: „святые столпники" очень кратко выясняетъ нравственный смыслъ „столпничества".

Историческій встникъ 1880 г. Въ ноябрьской книжк (стр. 566 – 575) помщено весьма любопытное сообщеніе Н. Аристова о симбирскихъ юродивыхъ, характеризующее мистическое настроеніе общества и нравы жителей г. Симбирска 30-хъ и 40-хъ годовъ XIX вка и описывается то вліяніе, какое имли на современное общество, мистически настроенное, юродивые въ качеств проповдниковъ раскола и сектантства.

Душеполезное чтеніе, 1884 г. Сентябрь, стр. 98 – 114. Здсь помщена статья подъ такимъ заглавіемъ: „юродивые Христа ради и ихъ благотворная для общества дятельность". Е. Тихомирова. Представивъ общую картину подвига „юродства", авторъ старается, затмъ, раскрыть внутренній смыслъ этого вида аскетизма; дале, онъ представляетъ нсколько чертъ изъ жизни святыхъ юродивыхъ Христа ради: Николая Салоса, Николая Кочанова и еодора, Іоанна Большого Колпака, Максима Московскаго, Прокопія Устюжскаго, Симеона и Андрея, – характеризующихъ ихъ благотворную общественную дятельность и то нравственное вліяніе, какое они оказывали на современниковъ.

Протоіерей Н. Митропольскій. О подвиг юродства вообще. Москва. 1897 г. Изданіе Захарова. Выясненіе нравственнаго смысла подвига „юродства", какъ отрицательнаго способа представленія нравственнаго идеала, заимствовано авторомъ изъ Томскихъ епархіальныхъ вдомостей № 6, стр. 168, а авторъ названной статьи занимался поставленнымъ вопросомъ объ юродств подъ сильнымъ вліяніемъ семинарскаго учебника по нравственному богословію Покровскаго; такъ, напримръ, онъ пишетъ: „если возможно бываетъ то, что поэтъ плачетъ незримыми міру слезами въ то время, какъ онъ, повидимому смется надъ недостатками и пошлостію жизни, то возможно нчто подобное этому и въ мір нравственномъ" (стр. 5, ср. Покровскаго учебникъ, стр. 203).

Новгородскія епархіальныя вдомости 1898 г., № 20, стр. 1353. Въ этомъ № помщена статья г. Пятницкаго: „юродство Христа ради" (церковно-историческій очеркъ и нравственно-психологическій анализъ подвига). Г. Пятницкій, опредляя „юродство", какъ фактъ душевной жизни, въ которомъ отражается исторія души, боровшейся со зломъ и побдившей его, осуществленіе его видитъ въ самоотреченіи. Юродивые путемъ самоотреченія достигли того, что могли уже жить въ другихъ и за другихъ. Разсматривая особенности въ жизни юродивыхъ, авторъ старается показать, что они своею жизнію составляли всегдашній протестъ противъ тяготнія къ земному и мірскому, осуществляя на сцен мірской жизни общія аскетическія начала отреченія отъ міра и самоотреченія. Дале, оттнивъ особенное отношеніе юродивыхъ къ своимъ умственнымъ силамъ, авторъ указываетъ радикальнйшее отличіе циническаго поведенія и стоическаго отъ поведенія юродивыхъ и разсуждаетъ о нравственныхъ и психологическихъ причинахъ того – почему святые юродивые напускали на себя мнимое безуміе. Указаніемъ историческихъ условій, выясняющихъ глубоко-нравственное значеніе притворнаго безумія юродивыхъ, заканчивается статья г. М. Пятницкаго.

Такимъ образомъ, на основаніи этихъ немногихъ статей, можно заключить, что вопросы объ „юродств" и „столпничеств" являются одними изъ интереснйшихъ, заслуживающихъ полнаго вниманія христіанина и вмст съ тмъ, добавимъ кстати, требующихъ особенно осторожнаго обращенія съ собой, вопросовъ христіанской этики, вопросовъ, какихъ мало касалась наша духовная литература. Тогда какъ „столпничество" – этотъ своеобразный видъ подвижничества, до сихъ поръ еще не находилъ своего изслдователя, „юродство" все-таки – этотъ оригинальный видъ аскетизма – въ 1895 году въ первый разъ подвергалось обстоятельному, подробному обслдованію со стороны священника I. Ковалевскаго, представившаго свои изслдованія о подвиг „юродства" въ довольно обширномъ (272 стр.) сочиненіи: „юродство о Христ и Христа ради юродивые" (историческій очеркъ и житія сихъ подвижниковъ благочестія), вышедшемъ въ 1900 году вторымъ изданіемъ въ Москв (первое – 1895 г.).

Въ введеніи (1 – 18 стр.) авторъ даетъ общія понятія объ „юродств" и раскрытіемъ физической только стороны жизни юродивыхъ онъ ограничивается не касаясь точнаго опредленія самыхъ словъ „юродъ", „юродство". Затмъ, сравнивая „юродство" съ другими видами христіанскаго подвижничества, о. Ковалевскій поставляетъ его выше всхъ другихъ подвиговъ; такъ, по его мннію, „юродство" выше пустынничества: „для отшельника пустыня была открытою книгою, въ которой онъ читалъ неизмримое величіе Божіе, училищемъ самопознанія, средствомъ къ самоусовершенствованію, мстомъ, гд меньше искушеній. Если же пустыня представляетъ меньше искушеній для инока въ дл спасенія. то, естественно, тмъ большій подвигъ для спасающагося въ міру", заключаетъ авторъ (стр. 10, 11). „Лучшіе по его мннію, – но какіе именно неизвстно, – представители иночества были того взгляда, что и среди міра возможно достигнуть такого совершенства, какимъ не обладаютъ и сами отшельники; поэтому тхъ, которые въ мір живутъ благочестно, они, какъ видно изъ ихъ повствованій, ставятъ выше подвизающихся въ пустын, потому, конечно, что первые, „спасались" при боле благопріятныхъ условіяхъ" (стр. 11). Взглядъ этотъ можно назвать крайнимъ; вдь, условія для спасенія одинаково благопріятны или неблагопріятны какъ въ міру, такъ и въ пустын; и здсь и тамъ есть свои особыя искушенія: только устраненіе препятствій для спасенія различно.

„Юродство выше и мученичества (стр. 13), потому что оно есть всегдашнее мученичество; сколько требуется терпнія, Сколько нужно бдительности надъ собою, чтобы, находясь среди бурныхъ волнъ житейскаго моря, постоянно сохранить душу и тло чистыми отъ грха (стр. 14). Юродивые – крестоносцы по преимуществу, такъ какъ они по доброй вол изъ любви къ Богу несли самый тяжелый крестъ (стр. 15).

Заключеніе введенія составляетъ отвтъ на вопросъ – всегда ли юродивые считались и считаются истинными подвижниками и какъ учитъ он ихъ св. Церковь (стр. 15 – 18).

Въ 1-ой глав авторъ занимается выясненіемъ вопроса – заповдуется ли подвигъ „юродства" словомъ Божіимъ – и при свт текстовъ Библіи (Лев. XIX, 2; М. V, 48; 1 Петр. I, 15, 16; 1 Кор. VII, 7, XII, 7 – 11: Ефес. IV, 13 – 16) приходитъ къ тому выводу, что какъ степени совершенства многоразличны, такъ и ведущіе къ совершенству пути разнообразны, необходимо только, чтобы были врны они духу христіанства въ своемъ исходномъ пункт и въ достиженіи конечной цли, а отсюда и подвижничество, не предписываемое священнымъ Писаніемъ, но согласное съ его духомъ, иметъ такое же нравственное достоинство, какъ и заповдуемый Писаніемъ образъ жизни (стр. 19 – 21). Переходя, дале, ко времени и условіямъ. благопріятствовавшимъ появленію подвижничества въ христіанств, о. Ковалевскій находитъ начатки его въ ветхомъ завт, „но примры его были рдки, и не смлы, потому что подвижничество было выше нравственнаго состоянія ветхозавтнаго человка, и только христіанство придало ему истинный смыслъ, сообщило ему новую силу и жизненность" (стр. 21). Сказавъ нсколько словъ о произвольныхъ обтахъ, указываемыхъ въ Евангеліи – нестяжательности, двств, послушаніи, – авторъ долго останавливается на обт монашества, знакомитъ читателей съ исторіей возникновенія этого вида подвижничества (стр. 23) и съ значеніемъ иноческихъ уставовъ преподобнаго Пахомія, гд находятся черты, характеризующія подвигъ „юродства"; напр. 17-е правило: „возненавидимъ міръ и все, что въ мір; возненавидимъ и всякій тлесный покой; отвернемся отъ самой жизни, да Богови жить возможемъ", 19-е: „будемъ алкать, жаждать, наготствовать, бднно бодрствовать и изъ глубины сердца воздыхая, проливать слезы во время псалмопній и молитвъ" (стр. 25): – св. Кассіана, у котораго въ 41-й глав имются предписанія съ ясными намеками на „юродство": „среди братства будь, какъ глухой, слпой, нмой и буій"; но подъ буйствомъ, какъ оказывается и какъ видно изъ дальнйшихъ словъ о. Ковалевскаго, св. Кассіанъ разуметъ не мнимое безуміе, а иноческое послушаніе; поясняя апостольское изреченіе „буій" (1 Кор. III, 18), св. Кассіанъ говоритъ: „не разбирай и не обсуждай ничего изъ того, что теб будетъ приказано, но со всею простотою и врою всегда изъявляй послушаніе, то только почитая святымъ, спасительнымъ и мудрымъ, что указываетъ теб законъ Божій или опытность старца" (стр. 26), – преп. Ефрема Сирина, который въ своемъ „наставленіи монахамъ", между прочимъ, говоритъ: „сподобившіеся достигнуть добродтелей христіанскихъ, въ удовольствіи и духовномъ услажденіи, съ радостію и веселіемъ, по блаженной надежд воскресенія, безъ умышленія готовы, или лучше сказать признаютъ для себя вожделннымъ, быть въ нагот, въ голод, терпть всякое злостраданіе ради Господа, подвергаться ненависти, безчестію, зловрію, бичеванію, стать какъ-бы отребіемъ міра сего и, наконецъ, быть распинаемыми и принимать на себя всякое „юродство" (стр. 28).

Такимъ образомъ, происхожденіемъ своимъ подвигъ „юродства" обязанъ Востоку, этому главному и лучшему разсаднику высокой иноческой жизни, на что указываютъ и вышеприведенныя прямыя предписанія древнихъ иноческихъ уставовъ.

Заключительный отдлъ 1-й главы (стр. 29 32) составляетъ указаніе существенныхъ чертъ „юродства" въ посланіяхъ святаго апостола Павла къ Коринянамъ и въ то же время служитъ переходомъ ко ІІ-й глав, гд на стр. 32 38 о. Ковалевскій при помощи толкованій Златоуста и епископа еофана текстовъ I посланія къ Коринянамъ III, 18 и IV, 10 старается опредлить „буйство", „юродство", которое, по словамъ Златоуста, есть смиреніе помысловъ, очищеніе ума отъ вншняго ученія (стр. 32). Самостоятельнаго же опредленія „буйства" не дается о. Ковалевскимъ.