Чтение онлайн

Потолок снова навис ниже. Теперь всем пришлось передвигаться ползком по мокрой, скользкой земле.

– И ты говоришь, что сотню раз проделывала этот путь?
– недоверчиво произнес Питер.

– Ну, не то чтобы сотню, - призналась девушка, - Я тут бывала.., сейчас сосчитаю...
– Она умолкла, отдышалась.
– Дважды. Первый раз, когда мне было шесть лет, а второй - в прошлом году, когда убежала.., то есть ушла.

Питер остановился, повернул голову. Освещенные факелом волосы Анлодды казались намного темнее, чем были на самом деле.

– Только дважды?

– Я же сказала, что ползала тут сто раз. Но на самом деле ползла только один раз. С точки зрения логики это справедливо.

Она слишком устала для того, чтобы превратить сказанное в шутку.

Какое-то время они ползли вперед, издавая противные чавкающие звуки, и это напомнило Питеру о первом месяце учебы в Сэндхерсте. И вдруг туннель заполнился едким дымом факела. Питер закашлялся, вытянул руку перед собой и нащупал препятствие еще до того, как его осветил факел. Обвал!

Страх сковал Питера. Потолок туннеля давно мог обрушиться и завалить их всех! Похоронить заживо! Но страх постепенно отступил. Годы опыта сделали свое дело.

"Это все нереально, это только сон!
– урезонил себя Питер.
– Поднимись над ситуацией, взгляни на себя со стороны. Ты ползешь по грязи. Да ведь ты только этим всю жизнь и занимался!"

Много лет. Слишком много вылазок. Теперь все это казалось выдуманным, ненастоящим. Кто же он, закованный в грязном туннеле? Рыцарь Круглого Стола, лжемасон, офицер СВВ?

Он лежал неподвижно, зарывшись одной рукой в грязь. Никто не произносил ни слова, все только кашляли из-за едкого дыма.

"О Боже! Я забыл, что такое "легенда", а что такое настоящая жизнь!" Мысль эта напугала Питера. Словно зеркало отвернулось от него, и он стал видеть только то, что творится у него за спиной. "Неужели это я? Зачем сдался этот поход в Харлек? Чтобы найти ирландскую шпионку или для того, чтобы освободить город? Город, в существование которого я даже не верил в то время, когда жил на самом деле?"

Кончики пальцев Питера все глубже зарывались в теплую землю. Велика ли преграда? Выяснить это можно было только эмпирическим путем.

– Принц, мы тебе поможем, - послышался голос Кея ниоткуда. Благородное предложение - вот только Кею было никак не перебраться через Бедивира, Корса Канта и Анлодду. А вот девица могла бы действительно немного помочь.

– Могу я помочь?
– спросила Анлодда, словно прочитала мысли Питера.

Питер скрестил усталые руки и с готовностью согласился.

Анлодда подползла поближе к завалу. Она старалась при этом держаться как можно ближе к стенке туннеля, но все равно задевала Питера.

По-своему Анлодда была столь же хороша собой, сколь и Гвинифра. Она излучала откровенную сексуальность. Кажется, это называлось эффектом "девственницы-шлюхи", а бывшая жена Питера утверждала, что для мужчин наиболее привлекательным является именно такой тип женщины. Между тем Анлодда была себялюбива, агрессивна и решительна. И все же ее тело было бриллиантом чистой воды - можно сказать, "голубым карбункулом".

Питер ощутил прилив желания - это произошло помимо его воли, несмотря на кошмарную обстановку - тесноту и грязь. Через пару мгновений Анлодда перестала рыть землю и посмотрела на него. Она тоже почувствовала это, да и как могла не почувствовать, будучи так близко? В ее глазах светилось.., но что? Трепет? Бесспорно, некое желание...

Она незаметно покосилась на Корса Канта и еще менее заметно покачала головой. Но что она при этом имела в виду - "потом" или "никогда", - этого Питер сказать не мог. Анлодда снова принялась рыть землю завала. И все же она что-то почувствовала. Но, скорее всего, поняла умом, а не телом, которое было так близко.

Слишком близко.

Питер нервно буркнул:

– Пожалуй, теперь моя очередь. Анлодда перестала копать. Она тихо, молча лежала рядом с Питером.

– Не стану тебе мешать, - сказала она и отползла назад, при этом не слишком стараясь прижиматься к стенке туннеля.

Целый час ушел на то, чтобы расчистить завал. А может, и больше часа. Здесь, где не было ни солнца, ни звезд, ни несения дозора, ни даже разговоров, по которым можно было бы судить о времени, могло пройти сколь угодно часов. Наконец можно было продолжать путь.

Питер чуть было сознание не потерял, надышавшись дыма.

Как только они перебрались через место завала, с потолка перестало капать.

– Теперь мы уже по другую сторону стены, - объяснила Анлодда.
– Вдоль наружной стены идет ров. Под ним мы только что проползли.

– Анлодда, - тяжело дыша, проговорил Питер.
– Ты говорила, что бежала из города. Что это значит?

– Бежала?

– Ты дважды сказала о том, что бежала через этот подземный ход.

– Не понимаю, о чем ты. Я вовсе не говорила, что бежала.

– Говорила!

– Нет. Я сказала, что уходила из города.

Питер решил пока оставить этот разговор. Однако вопрос повис в воздухе. "Все подозрительнее и подозрительнее", - думал Питер. Но с другой стороны разве стала бы Селли Корвин сочинять такую запутанную и легко разбиваемую в пух и прах историю? Была ли мрачная тайна Анлодды в том, что под ее личиной скрывалась террористка из двадцатого века? Нет, уж больно все выглядело замороченно.

"Если только она не хочет, чтобы я именно так и думал..." Питер тряхнул головой, отбросил размышления. Классическая схема дезинформации: каждый новый факт только сильнее мутил воду вместо того, чтобы прояснять. Единственным средством сменить пластинку было отказаться от схемы "сомнение-уверенность-сомнение". И потом, парнишка Корс Кант, который и нового Ланселота уже успел заподозрить в том, что он не настоящий, наверняка уже уловил бы какие-то перемены в своей возлюбленной.

"Сначала гора есть, - писал Лао-Цзы в "Дао" - "Книге Пути", - а потом ее нет, но потом она снова есть". Что же тогда получается? Поп-певец Донован <Донован (Donovan Beitch, 1946) - английский поп-певец. Питер вспоминает о его песне "There is a mountain", где в рефрене цитируется Лао-Цзы.> (кстати, еще один ирландец) - китайский агент?

Питер пополз быстрее - теперь это было легче, так как туннель пошел под уклон. Ему нестерпимо хотелось оказаться на воздухе. Долгое пребывание под землей пагубно сказывалось на его психике.