Чтение онлайн

К тому же скалы славились своей крепостью. Даже неутомимому ветру требовались долгие столетия, чтобы отшлифовать острые грани, сделать приятными на ощупь. А то вначале, когда горная гряда только вынырнула из пучины, совсем плохо было. Куда не сунься, везде бока царапались об острые, как бритва, хребты.

Но несмотря на твердость старого базальта, влаге с морозом иногда удавалось отколоть часть скалы, что падала вниз, разлетаясь на сотни мелких осколков. Редко, но удавалось.

Два человека сидели в тени одного из таких валунов.

— Только что, Осия, мы разобрали десять заповедей Господа нашего. А смог бы ты без запинки все лидерские законы рассказать?

Осия пристально посмотрел на учителя, и взгляд этот опять не понравился Моисею. Надо бы Аарона поторопить, чтобы с письмом не тянул. С заповедями побыстрее разобраться, и Осию вниз послать.

Но ответ ученика был кроток, как обычно, и совсем не вязался со странным взглядом:

— Хорошо, учитель.

Осия на минуту закрыл глаза и начал перечислять:

— Первая заповедь, «Желай правильно», говорит, как правильно цели ставить, как хотеть так, чтобы не ослепнуть от желания своего. Вторая заповедь, «Действуй», о том, что между пассивным размышлением и действием всегда второе следует выбирать. Третья заповедь «Познай Силу и Слабость» рассказывает, что в каждом человеке Сила и Слабость заключены, а еще, как важно и то, и другое вместе использовать. Четвертая…

— Остановись, Осия.

Ученик удивленно развернулся к Моисею: неужто не то сказал? Вождь израильтян только улыбнулся ласково да головой покачал успокаивающе, мол, все верно.

— Хочу с тобой, Осия, вначале поговорить о заповеди двенадцатой, а потом уже по остальным пройтись. Заповедь та звучит «Зри смысл сокрытый» и сообщает, что учиться мы постоянно должны. Каждый день и каждый час. Потому что в двенадцати лидерских заповедях не один смысл спрятан, а превеликое множество. Берешь самый простой закон, кажется тебе, что понял уже все, постиг все тайны, а он к тебе — раз, и другой стороной поворачивается.

Моисей улыбнулся притихшему ученику:

— Что, не ясно? Ничего, сейчас на примере объясню. Вот скажи, помнишь историю из восьмой заповеди?

— Той, что «Решай проблемы сразу»? Конечно, помню.

— Так вот, в заповеди этой еще по крайней мере три смысла спрятано. Сам суди. Тогда пришлось мне против своей воли казнить достойного резчика Шаллума, чтобы авторитет Аарона не подрывать. Знание, которое отсюда следует — «Уважай, что дал». Потому что нет ничего хуже, чем обида людей, когда отбираешь то, к чему привыкли и за свое почитают. Отсюда же — «Семь раз подумай, один — дай». А третье знание — «Хочешь что-то поменять — устрой людям представление». Кстати, такое же знание и из следующей — девятой заповеди вытекает. Помнишь, как я тогда идею о едином Господе, за одну ночь всем израильтянам внушил.

На лице Осии застыла та же маска, что и все последние дни. Взгляд потух, по челу заблуждала далекая улыбка. Но на этот раз не пришлось окликать ученика, он сам поднял голову и спросил:

— Так что в любой-любой заповеди намного больше скрыто, чем мы разбирали?

— Именно так, Осия. А теперь подумай и расскажи, что сам в лидерских заповедях видишь.

Молодой израильтянин задумался лишь на миг:

— В третьей заповеди очень много говорится о важности учителя, который для становления лидера необходим. Наверняка там смысл сокрыт «Ищи учителя». В той же истории рассказывается, как заставить, тех, кто себя потерял, опять радости жизни ощутить. Я бы назвал это знание — «Верни вкус к жизни». Мы это, правда, потом это еще раз проходили в девятой заповеди «Используй Высшую Силу».

— Замечательно! — просиял лицом израильский вождь. — Отлично у тебя выходит. Попомни мои слова: придет время и быть тебе, Осия, вождем всему народу израильскому.

Моисей не подозревал, что и дня не пройдет, как его пророчество сбудется.

Осия разрумянился, мысли его летели вперед, и он вовсю несся за ними:

— А еще эти две заповеди на примерах объясняют, как точку опоры в человеке искать. Зато пятая заповедь «Используй Силу Людей» показывает, что к точке опоры неплохо еще и рычаг иметь. Самым лучшим рычагом твои помощники служат…

— Постой, постой, Осия. Не беги так быстро. Похоже, мне, старику, за тобой уже не поспеть.

Молодой вождь благодарно взглянул на Моисея, и у того отлегло от сердца. Но червь сомнения, что грыз изнутри, так и не успокоился. Чтобы окончательно развеять сомнения, следовало получить информацию от верного помощника:

— Ладно, пока хватит. Сейчас, сбегай в лагерь к Аарону, может у него уже ответ на вчерашнее послание готов. Потом дальше скрытые смыслы разбирать будем.

Минутное расслабление исчезло без следа, тревога опять сжала сердце учителя медным обручем: ответный взгляд Осии грозил прожечь ненавистью насквозь…

Рыжая пыль на вершине привыкла, что бродяга-ветер не оставлял ее в покое ни на миг. Любимым занятием вихря было подкинуть горсть песка повыше, развесить в воздухе, наподобие утреннего тумана. Оседать потом приходилось часа по два, теплые потоки, что струились вверх от земли, подолгу не давали опуститься. Или еще нравилось ветру притащить сухих листьев из далекой долины и катать их в порохе, пока не превратятся в бурые комочки. Но больше всего пыль любила, когда ветер начинал рисовать ею затейливые узоры на камнях. Бывало, что приходящие на вершину люди находили голыши с каким-то чудными иероглифами и потом долго цокали языками, дивясь близости мудрых богов. Может потому с давних времен почитали местные племена гору Хорив за священную.

Но сегодня солнце катилось к закату, а ветер развлекался лишь тем, что крутил два вихря из песка. Один, побольше, у ног сидящего на земле Моисея, второй, поменьше, перед стоящим Осией.

— Учитель, можно я вместо того, чтобы вниз бегать, расскажу, что знаю о смысле сокрытом?

Брови взметнулись изумленными дугами, но лишь на миг. Лицо Моисея опять ничего не выражало:

— Ладно, Осия, давай послушаем твою историю.