Чтение онлайн

Он отвернулся от Гривза и его магии. Дэмиен был безжалостен, но Мэйфлауэр не сомневался в его намерениях сохранить секреты Мансграф от посторонних глаз. В конце концов, он был единственным человеком, который знал, где находится вход в логово, и, несмотря на свою должность директора, он не сообщил об этом Департаменту по неортодоксальным вопросам.

По крайней мере, это говорило Мэйфлауэру, что Гривз сохранил некоторую выдержку. Возможно, на один или два позвонка.

Он оставил диретора заниматься своей работой, хотя и заметил, что фамильяр исчез. Он покачал головой, что это тоже будет проблемой Гривза. Он вернулся к старому джипу и забрался внутрь, оставив колдуна в зеркале заднего вида.

Джип как-то странно дребезжал, не считая обычного стука вырезанных на заднем сиденье рун, но внимание Мэйфлауэра к дороге соответствовало его хватке за руль, непоколебимой и твердой. Его разум продолжал пытаться перенестись в прошлое, но это место не сулило ему ничего приятного. Вместо этого он сосредоточился на том, чтобы и машина, и джип оставались на своих полосах движения, и старался не думать ни о чем.

Пасмурный день близился к полудню, когда он подъехал к дому.

На пороге его дома в ожидании стояли две женщины. Он узнал их обеих.

Миранда Финли, аналитик департамента, и её сестра Сара Финли, его соседка.

Он почувствовал, как его старое сердце замерло, как только заработал двигатель джипа. Если они оба были здесь, это могло означать только одно.

Он вышел, побледнев, когда холодный пот выступил на подкладке его куртки, расшитой серебряными нитями.

Миранда подбежала к нему и крепко обняла, её разноцветные волосы растрепались, а веки так покраснели, что веснушки на щеках исчезли. Несмотря на высокие черные ботинки на платформе, её голова не доставала до его воротника.

Сара, тем временем, одарила его сдержанной улыбкой и слегка помахала рукой из-за плеча сестры. Высокая и стройная, она все еще казалась сильной рядом с Финли, хотя Мэйфлауэру казалось, что это было необходимо.

Он почувствовал, как у него защемило в груди, когда кивнул ей, затем заставил себя обнять Финли. Было только одно обстоятельство, которое могло привести их обоих к его двери таким образом.

Их отец.

Его самый старый друг.

— Лиам... — начал Мэйфлауэр, чувствуя, как срывается его хриплый голос — Он...

Финли что-то сказал, но из его груди вырвались такие сдавленные рыдания, что он не смог разобрать ни слова.

Сара встретилась взглядом с его серыми глазами.

— Врачи говорят, что ему осталось недолго. Папа говорит, что они ни черта не знают, но, думаю, на этот раз они правы.

— Тогда почему вы двое здесь?

— Потому что он хотел встретиться с вами, мистер Мэйфлауэр.

Мэйфлауэр подавил нахлынувшие горькие эмоции, спрятав их в себе, как мог бы запереть чудовище в охраняемой клетке своего джипа.

Он не ожидал, что сегодня ему придется попрощаться с двумя своими людьми. В конце концов, список людей, которые имели для него значение, был не таким уж длинным, но, очевидно, он быстро сокращался. Ему захотелось зайти в дом и выпить. Вместо этого он повернулся к джипу.

— Встретимся там — сказал он, оглядываясь на сестер — Сначала мне нужно кое-что купить.

Гримсби ждал за запертыми железными дверями, прислушиваясь к тому, как внутри скрежещут и шипят механизмы.

Из маленького динамика, встроенного в стену, зазвучал записанный голос.

— Пожалуйста, отойдите в сторону.

Он так и сделал, отступив назад, когда дверь дернулась и открылась. Перед ним была небольшая бетонная комната. Одна стена, однако, была заменена плексигласом, открывая вид на белую комнату с другой стороны. Стены и пол были обшиты мягкой обивкой, а та немногочисленная мебель, что имелась в комнате, казалось, была привинчена к основанию или сделана из безвредного, хрупкого пластика.

Голос зазвучал снова.

— Время посещения ограничено десятью минутами.

Он проигнорировал предупреждение и глубоко вздохнул, стараясь как можно плотнее запахнуть свой слишком большой аудиторский пиджак. Он сжимал и разжимал кулаки, впиваясь ногтями в ладони, чтобы дать выход нервам.

Он шагнул к стене из оргстекла, двигаясь медленнее, чем ему хотелось бы.

По другую сторону стояла Рейн, одетая в комбинезон того же ярко-белого цвета, что и её камера. её руки были скрещены на груди, запястья закованы в кандалы. Хотя на каждом из них была петля для цепи, ничто не связывало их вместе.

Их функция заключалась в том, чтобы подавить её магию.

Рейн не пошевелилась, когда он приблизился к стеклу. Она ждала его.

В конце концов, она сама пригласила его сюда.

Он стоял по другую сторону прозрачной стены, окруженный темным бетоном.

Он поправил лацканы пиджака и прочистил горло.

— Я... я не ожидал увидеть тебя снова.

Рейн пожала плечами, скрестив руки на груди. Она побледнела в своем плену. Если бы не копна её темных волос, он мог бы принять её за привидение.

— Сколько времени прошло с тех пор? — Спросила она — Здесь немного трудно уследить за ходом событий.

— Около шести месяцев — тихо ответил Гримсби — Снова становится холодно.

— Здесь всегда холодно — сказала Рейн.

Гримсби почувствовал острую боль в груди, а вместе с ней и вспышку гнева.

— Ты же сама велела мне прекратить эти визиты.

Она только кивнула.

Некоторое время они стояли молча.

Гнев Гримсби угас гораздо быстрее, чем его чувство вины.

— Ты... ты ведь знаешь, что мне жаль, правда? Я... — начал он.

Она прервала его, подняв руку.

— Я знаю.

— Нет, просто... дай мне сказать.

Она в ожидании посмотрела на него своими темно-бирюзовыми глазами. Они были цвета штормового моря.

— Мне жаль. Если бы я мог найти другой способ, если бы я знал какое-нибудь заклинание... — Он замолчал. Он репетировал свои извинения по дюжине раз на дню с тех пор, как подвел ее.

Рейн ухватилась за гвоздь, свисавший с её шеи. Пластиковый колпачок закрывал его кончик, но в остальном он казался совершенно темным пятном в белой комнате.