Чтение онлайн

Он ухмыльнулся, затем посмотрел на свою маму и сказал:

—Нет.

— Конечно, нет — подмигнул Гримсби.

Сара тихонько вздохнула, изображая смех.

— Лучше бы тебе этого не делать — Она покачала головой. Она сунула руку в карман и достала несколько долларовых купюр — Энни, милая, отведи Маршала к торговым автоматам. Купите себе чего-нибудь перекусить.

Энни расплылась в широкой улыбке, в которой не хватало пары зубов. Затем она заставила себя стать строгой, как девушка, которой дали задание.

— Хорошо, мамочка — Она взяла брата за руку — Я решаю, что делать — сказала она, когда они уходили.

— Чур, на что? — Спросил Маршал.

— На чипсы.

— Нет! Я хотел чипсов! — захныкал мальчик.

Затем они спорили до тех пор, пока не оказались вне пределов слышимости.

Сара повернулась и печально улыбнулась Гримсби.

— Я сожалею об этом.

— О чем? Они же дети.

Финли, казалось, вздрогнула, так как до этого смотрела куда-то вдаль.

— Да, верно. Я должна вести себя прилично — Она улыбнулась, но улыбка не коснулась её усталых глаз — Гримсби, это моя сестра Сара. Сара, Гримсби.

Гримсби посмотрел на обеих: одна была высокой, светловолосой, с загорелой кожей, другая невысокой, бледной, с веснушками и разноцветной гривой. Если они и были братьями, то он был их братом.

Он не скрывал своего замешательства.

— Сестра?

Сара и Финли одновременно фыркнули в совершенно одинаковой манере и подняли руки к шеям, чтобы показать маленькие серебряные цепочки, на которых висели противоположные половинки кулона в виде сердечка.

Финли ободряюще улыбнулась ему.

— Не волнуйся. Все так думают, когда мы им говорим. Сара, моя приемная старшая сестра. Наши родители думали, что у них не может быть собственных детей, поэтому они удочерили ее, когда она была совсем маленькой, и тогда я решила ударить свою маму еще в утробе — Она рассмеялась и игриво ударила сестру — Сара, это аудитор Гримшоу Гримсби. Мой друг с работы.

Сара протянула ему руку, и он пожал ее. Там, где не было мозолей, её кожа была нежной.

— Приятно познакомиться — сказал он — но мне жаль, что все так получилось.

Улыбка Сары угасла, и она ослабила хватку.

— Взаимно.

Финли положила руку Саре на плечо.

— Папа уже долго болеет, так что мы знали, что это произойдет.

— Легче от этого не становится — сказала Сара.

Финли покачала головой.

— Нет, нет, это не так. Но он самый храбрый человек из всех, кого я знаю. Потребовал, чтобы он сам все устроил и все такое.

— Я все равно могу потерять дом — тихо сказала её сестра.

— Тише! У нас все будет хорошо. Этот дом принадлежит нам с тех пор, как я была маленькой, с тех пор, как ты была маленькой, и мы его не потеряем, даже если мне придется переехать обратно.

Сара фыркнула.

— Ты бы и недели не продержалась с детьми.

— Ты что, шутишь? Они меня любят! У меня есть видеоигры.

— Посмотрим, как сильно ты их полюбишь, в шесть утра.

— Тогда я буду жить в департаменте и присылать тебе чеки за аренду, чего бы это ни стоило, сестренка — Она сжала руку Сары— У нас все будет хорошо.

Гримсби неловко поежился, чувствуя себя таким чужим и навязчивым рядом с этой скорбящей семьей.

Зачем Мэйфлауэр привел его сюда?

Какой от него был прок?

— Что ж — сказал он — если я могу что-нибудь сделать...

— Ты уже здесь, дурачок — сказала Финли.

— Что?

Она ткнула большим пальцем в сторону комнаты.

— У нас с Сарой, конечно, не все хорошо, но мы есть друг у друга. Мы справимся с этим. Но Лес... — Выражение её лица посерьезнело от с трудом завоеванной бравады — Я беспокоюсь о нем. Они с папой были друзьями долгое время, до меня, черт возьми, даже до Сары. И у него никого нет. По крайней мере, никого, кроме тебя.

— Меня? — Спросил Гримсби, внезапно почувствовав себя так, словно попал в луч прожектора.

— Как ты думаешь, зачем он привел тебя, придурок? Ему нужна была эмоциональная поддержка колдуна.

— Ты имеешь в виду, как собаки? — спросил он, не уверенный, стоит ли ему обижаться на её предложение, но обдумывающий его.

— Ну, по крайней мере, как чайный набор — улыбнулась она.

Гримсби почувствовал, как вспыхнуло его лицо, когда он решил, что оскорбление было бы уместным, но все остальные мысли быстро улетучились, когда он понял, зачем он здесь.

В конце концов, Мэйфлауэр попросил его о помощи.

Он просто предполагал, что помощь повлечет за собой борьбу с плохими парнями или слежку за каким-нибудь жутким монстром. Это было то, с чем он мог справиться. Это было то, с чем он был знаком.

Но такого рода помощь была ему незнакома, в конце концов, он справлялся с большинством худших моментов в своей жизни в одиночку. По крайней мере, до прошлого года.

Что он знал о том, как поддержать человека, которому так больно?

Когда они страдали от раны, которую никто не мог остановить и никто не мог залечить?

Ничего.

—Что... что мне делать? — спросил он.

Финли фыркнул.

— А что ты делаешь? Ну, наверное, ничего. Ну, скорее всего, то, чем ты обычно занимаешься. Я думаю, Лес был бы рад немного побыть в привычной обстановке прямо сейчас.

Сара заговорила.

— Я была его соседкой с тех пор, как себя помню, и не думаю, что когда-либо видела его лучше, чем за последний год. Даже если это означает, что он просто время от времени брился и принимал душ — Она слегка улыбнулась ему — Ты действительно помогаешь ему, мистер Гримсби. Просто... просто продолжай.

— Миндалины из жабьего камня — тихо выругался Гримсби.

Внезапно он пожалел, что Мэйфлауэр не вызвал его на драку.

Это было бы проще.

Мэйфлауэр стоял в дверях, когда они закрылись за ним. В комнате Лиама было светло, плотные шторы на обоих окнах были задернуты. Несмотря на усиливающийся осенний холод, оба окна были открыты, и в комнате было прохладно. Он слышал тихое жужжание телевизора с минимальной громкостью, сопровождаемое негромким, повторяющимся писком какого-то медицинского оборудования.