Чтение онлайн

— Финли, пожалуйста.

Лицо женщины смягчилось от сдержанной грусти.

— Ах, конечно. Сюда, пожалуйста.

Глаза Гримсби расширились, когда он узнал ее.

— Финли? — спросил он, но женщина, казалось, не слышала его, а Мэйфлауэр, похоже, не хотел говорить больше, чем было необходимо.

Гримсби покачал головой. Это не могла быть Финли. Она была молода и здорова. И, конечно, он бы узнал, если бы с ней что-то случилось, в конце концов, в отделе, похоже, не было никого, кому бы она хоть немного не нравилась.

Так ради кого же тогда Мэйфлауэр приехал сюда?

Он был вынужден оставить этот вопрос без ответа, когда медсестра или, возможно, ассистентка повела их по коридору налево, а Мэйфлауэр, казалось, приготовился затаить дыхание, как перед прыжком в холодную воду или получением удара в живот. Казалось, он на мгновение замешкался, но Гримсби мягко подтолкнул его локтем в запястье.

— Давайте не будем отставать — сказал он.

Мэйфлауэр стиснул зубы, но кивнул. Им троим казалось, что их шаги по блестящему полу звучат оглушительно громко, и только слабый гул классической музыки, находящейся в свободном доступе, заглушал этот звук. Зал, казалось, тянулся странно долго, или, возможно, Гримсби просто косвенно ощущал напряжение, исходившее от Охотника.

Они миновали несколько комнат, а также еще нескольких сотрудников в синей форме. Было похоже, что там было и несколько постояльцев, хотя большинство, казалось, оставались в своих комнатах. Гримсби почувствовал, что ему становится не по себе. Он никогда раньше не был в хосписе, но знал, для чего они нужны: это было место, куда можно было обратиться, когда предстоял последний шаг и с этим ничего нельзя было поделать.

Сам воздух, казалось, обладал какой-то странной тяжестью, словно был наполнен невидимым свинцовым налетом. Находиться в этом месте было как-то тяжело, и, когда оно стало давить на него, он понял, что хочет уйти отсюда как можно скорее.

Однако, несмотря на глубоко инстинктивное побуждение, он не отставал от Мэйфлауэра. Что бы он ни чувствовал по поводу этого места, это, казалось, удесятеряло его чувства к Охотнику, и хотя он не ожидал, что Мэйфлауэр имел в виду именно это, когда просил о помощи, это не означало, что он бросит его сейчас.

Помощник, шедший в паре десятков шагов впереди них, остановился перед закрытой дверью, но Мэйфлауэр остановился гораздо раньше.

Гримсби, сам того не осознавая, продолжал идти, и, обернувшись, увидел, что Охотник стоит неподвижно, глядя сквозь дверь в пустую комнату. Он был неподвижен, но в его лице было что-то такое, какое-то чужеродное выражение, которое Гримсби не мог расшифровать никакими земными средствами. Что бы это ни было, он мог сказать одно.

В глазах Охотника бушевала война.

Не война гнева и ярости, а война холода, тяжелой работы и ужаса. Это было своего рода узнавание, и в то же время незнание, и ужас, который пришел вместе с ним.

— Мм... Лес? — Спросил Гримсби.

Рассеянный взгляд Мэйфлауэра, казалось, сфокусировался, он повернулся и прошел мимо Гримсби.

— Мне жаль — сказал Охотник так тихо, что Гримсби был уверен, что эти слова предназначались не ему.

Медсестра, которая, казалось, была бесконечно терпелива, ожидая у закрытой двери, жестом пригласила её войти.

— Я думаю, они ждут вас.

Мэйфлауэр, казалось, смогла только кивнуть, поэтому Гримсби улыбнулся женщине и сказал:

— Спасибо.

Она опустила голову и оставила их в покое.

— Лес — спросил Гримсби — кого мы здесь хотим увидеть?

Мэйфлауэр не подал виду, что ответил.

— Лайам Финли. Мой старый-престарый друг. Он некоторое время был нездоров, но все быстро изменилось в худшую сторону.

— Финли? Ты имеешь в виду...

Он был прерван, когда открылась дверь и появилась Миранда Финли, аналитик отдела, которая несколько месяцев назад помогла ему и Мэйфлауэр разобраться с ужасным ритуалом.

— Привет, мальчики — сказала она без всякой своей обычной энергии, выскользнула и закрыла за собой дверь. её полуприкрытые глаза покраснели и были обведены темными кругами от усталости. Густая тушь, которую она обычно наносила, размазалась, но, кроме этого, не было никаких признаков слез.

Мэйфлауэр напрягся, когда он повернулся к ней

— Как поживает твой отец?

Финли выдавила из себя грустную улыбку.

— Я чертовски зла на него за то, что он не переживет мою маму — её голос прервался на полуслове, но она справилась с собой — Он больше не хочет ходить к врачам. Говорит, что они только усугубляют ситуацию.

— Может, мне не стоит его беспокоить... — начал Мэйфлауэр, но тут дверь открыла другая женщина, которую Гримсби не узнал.

С ней были двое детей, которые показались ему знакомыми, хотя он не мог их вспомнить.

Женщина была стройной и высокой, с волосами, убранными под бандану. На ней была джинсовая куртка поверх перепачканного грязью комбинезона, из-за чего она выглядела так, словно пришла сюда прямиком из сада. В одной руке она держала за руку девочку лет восьми-девяти, с волосами, такими же, как у её матери. В другой, руку еще более юного мальчика с серыми глазами.

Она улыбнулась им обоим, провожая детей в холл и выводя их за порог.

— Он хотел бы поговорить с вами, мистер Мэйфлауэр.

Она вышла и придержала для него дверь.

— Я... спасибо тебе, Сара — сказал Мэйфлауэр необычно дрожащим голосом. Он повернулся к Гримсби, словно ища утешения в выражении его лица.

Гримсби почувствовал, что от его лица ожидают услышать какой-то секретный код. Какое-нибудь великодушное выражение лица, которое могло бы все исправить.

Вместо этого он смог выдавить из себя лишь натянутую удивленную улыбку.

Что бы Мэйфлауэр ни увидел, казалось, что его напряженные плечи расслабились на несколько градусов. Он кивнул Гримсби и вошел в комнату, почти пригибаясь к дверному косяку.

Дверь за ним закрылась, и Гримсби огляделся в наступившей неловкой тишине.

— Им действительно следовало бы украсить это место. Может, нанять группу или что-то в этом роде — сказал он.

Затем маленький мальчик, который казался одновременно грустным и скучающим, внезапно просиял, увидев Гримсби.

— Мистер. Человек-аудитор! — взволнованно воскликнул он — Вот уж не думал, что увижу тебя здесь!

Сара и Финли переглянулись, удивленные не меньше Гримсби.

— О — сказал он, пытаясь вспомнить лицо ребенка. На мгновение ему показалось, что это один из тех детей, которые приходили на его прежнюю работу фокусника в ресторане — Ну, я тоже не ожидал тебя увидеть.

Сара одарила его извиняющейся улыбкой.

— Простите, мы не знакомы. Я соседка мистера Мэйфлауэра, Сара Финли.

Внезапно Гримсби вспомнил.

— Точно, точно! Извините, я встретил ваших детей, когда был у Леса. Должно быть, скучал по вам — Он улыбнулся мальчику —Все еще гоняешь на велосипеде?