Чтение онлайн

Николь помедлила, пытаясь подобрать слова, и продолжила:

– Это было похоже на охоту за призраками. Мы начали с мансарды, – пояснила она, – и сразу наткнулись на старинное зеркало в позолоченной раме, покрытое таким толстым слоем пыли, что его поверхность казалась мутной, как застывшее болото. Но это было только начало.

Вильям, нервно потирая подбородок, добавил:

– По всему дому разбросаны десятки зеркал. На стенах коридоров – узкие и высокие, почти в рост человека, с резными рамами. В спальнях – небольшие и мутные, словно они уже давным-давно не видели человеческого лица. Даже на кухне – совсем крошечные, едва помещающиеся на ладони, как будто их вырезали из одного большого зеркала и бросили сюда за ненадобностью.

Николь продолжила:

– В гостиной за шкафом было скрыто зеркало в тяжелой бронзовой раме, изогнутой и витиеватой, будто оно соткано из медных лоз. Когда мы нашли его, то едва могли оторвать взгляд от странного, дрожащего отражения. Нам показалось, что его поверхность мерцала, словно водная гладь, готовая раскрыться в бездну.

Аманда ошеломленно перевела взгляд с одного зеркала на другое. Она вдруг ощутила, как по спине пробежал холодок: в свете тусклых ламп зеркала на столе казались живыми, словно они впитывали свет, чтобы отразить его каким-то искаженным, чуждым образом.

– Мы даже нашли несколько зеркал в подвале, – продолжил Вильям. – Там были самые жуткие. Одно из них вообще не отражало ничего, словно оно не зеркало, а портал в какой-то другой мир. А другое, треснувшее и покрытое ржавчиной, будто пыталось показать не реальное отражение, а что-то такое, что ему уже давно следовало забыть.

Крис припомнил:

– Бабушка сказала, что пыталась найти Зеркало Истины в подвале, но его там не было. Значит, эти зеркала не подходят.

Вильям пожал плечами:

– Элинор могла что-то пропустить. Не будем списывать их со счета раньше времени.

– Со счетов, – машинально поправила его Николь и посмотрела на Аманду: – Есть какие-то подсказки или рисунки, которые могут помочь?

Аманда нахмурилась, чувствуя, как внутри нарастает тревога.

– Вы уверены, что все это было в моем доме? – повторила она, не веря услышанному.

– Да, – коротко ответила Николь.

– Чувствую себя Алисой в Зазеркалье, – пробормотала она, всматриваясь в зеркала, каждое из которых отражало ее напуганное лицо.

Вильям устало потер переносицу и поинтересовался:

– Как вообще должен проходить ритуал?

Взгляд Криса прояснился:

– Точно! В инструкции указано, что Чашу следует поставить на Зеркало. Значит, оно не может быть маленьким.

– А еще нужно зажечь свечи, – вставила Аманда. – Там указано, куда их поместить? Нам нужны подсвечники или расставить их прямо на полу?

Крис вытащил листок, который дала Элинор. Они вчетвером склонились над ним, изучая инструкцию. Внезапно Вильям хлопнул себя по лбу и, ничего не объясняя, исчез на кухне. Спустя несколько минут он вернулся с большим овальным подносом и бережно поставил его на соседний стол, незанятый зеркалами.

– Я нашел его на прошлой неделе в кладовке, когда искал мед. Он лежал на верхней полке, обернутый в газеты. Он еще тогда показался мне интересным. Я хотел предложить использовать его для какого-нибудь праздничного блюда, например, запеченной индейки, фаршированной тыквой.

Аманда и Крис наклонились ближе, чтобы разглядеть предмет получше. Поднос был древний, покрытый патиной и мелкими царапинами, которые говорили о долгих годах использования. Вдоль его периметра изящно возвышались подсвечники, сделанных из черненого серебра. Каждый подсвечник был украшен замысловатыми узорами в виде сплетенных лоз, словно природа пыталась пробиться сквозь металл.

Но больше всего их поразила сама поверхность подноса. Она была зеркальной, отполированной до такой степени, что даже тусклый свет ламп, едва пробивавшийся сквозь толщу пыли, отражался в ней с какой-то пугающей ясностью. Казалось, что это зеркало – не просто отражение мира вокруг, а окно в иной, потусторонний мир. При взгляде на его гладкую поверхность отражение искривлялось, искажало лица собравшихся вокруг, будто поднос пытался поймать их души в ловушку.

Вильям продолжил свою мысль:

– Если в инструкции не указано, что делать со свечами, может, ответ прямо в Зеркале Истины? И он достаточно большой, чтобы поместить на него Чашу Поглощения.

– Это то, что нам нужно, – завороженно прошептала Николь, не сводя глаз с зеркальной поверхности. – Именно сюда мы поставим Чашу, а свечи зажжем по краям.

Крис, нахмурившись, провел пальцем по холодной поверхности подноса и почувствовал, как его пальцы окутал внезапный озноб. Ему показалось, что зеркало отозвалось слабым шепотом, словно кто-то говорил из глубин его глади. Но стоило ему моргнуть, как странный звук исчез, оставив после себя лишь тишину и тягостное чувство тревоги.

– У нас нет права на ошибку, – сглотнул он. – Аманда, что ты скажешь?

– У нас нет времени медлить, – решительно сказала Аманда, выпрямляясь. – Мы можем хоть до утра гадать, какое из зеркал то, что нам нужно, и все равно не будем уверены в своем выборе. Мы собрали все, что могли. Теперь пора начинать ритуал.

Перед тем, как спуститься в подвал, Аманда забрала из своей спальни огарок Латхимы и убедилась, что каждый надел на себя символ защиты, чтобы не повторить судьбу Лидии и Милли. Когда каждый из них показал свой символ, они обменялись взволнованными взглядами. Их лица отразили тень страха, но никто не собирался отступать.

Крис, стоящий немного в стороне, нервно сжимал кулаки. Его лицо исказилось беспокойством, а взгляд метался, как у загнанного зверя. Он был тем, кто всегда брал на себя ответственность в сложных ситуациях, но сейчас страх перед неизвестным ритуалом разъедал его изнутри. Склонив голову, он снова и снова перечитывал инструкцию, будто надеялся найти в ней что-то, что ускользнуло от них ранее. В его глазах читалась растерянность и чувство безысходности, но он старался держаться ради остальных. Ради Аманды.

Аманда же, хотя и старалась выглядеть собранной, не могла скрыть напряжения. Ее лицо побледнело, и взгляд стал отстраненным, словно она мысленно уносилась куда-то далеко, к образам из прошлого. Она постоянно проверяла символ защиты на шее, пальцы дрожали от переполнявшей тревоги за исход ритуала. Ее страх был не только за себя, но и за тех, кто доверил ей свои жизни. Взгляд ее стал колючим и жестким – она знала, что должна быть сильной, что бы ни случилось.

Вильям, напротив, выглядел так невозмутимо, будто его совсем не пугало предстоящее действие. Он словно хотел скорее покончить с этим и лечь спать, чтобы отдохнуть перед завтрашним днем. Однако, Аманда заметила, как он снова и снова теребил символ на запястье, выдавая этим свое волнение. Он был как пружина, сжатая до предела и готовая разжаться в любой момент.