Чтение онлайн

Николь, обычно веселая и уверенная в себе, выглядела растерянной. Она прикусила губу и, скрестив руки на груди, пыталась скрыть дрожь в плечах. Ее большие глаза были широко распахнуты, и в них отражалась паника, которую она изо всех сил пыталась подавить. Николь опустила взгляд, чтобы не смотреть на остальных – ей казалось, что ее глаза выдадут всю глубину ее чувств. Но несмотря на это, она держалась прямо, словно одной своей стойкостью могла защитить всех.

Когда они спустились в подвал, их встретила влажная, затхлая прохлада. Фонарик, который включил Крис, отбрасывал дрожащие тени на стены, заставляя казаться, что они окружены извивающимися фигурами. С каждым шагом под ногами раздавался скрип и хруст гнилых досок ступеней, и в полутьме казалось, что стены сжимаются, постепенно поглощая их.

Аманда остановилась, сделав жест рукой, чтобы остальные замерли. Она медленно повернула голову, прислушиваясь к звукам, которые, как ей чудилось, шли из глубины подвала. Сквозь слабый свет фонаря все они могли видеть, как пыль поднималась в воздух, словно невидимые фигуры прошли перед ними.

– Пора, – сказала она почти шепотом, чтобы не спугнуть то, что могло скрываться в темноте, как на болотах Вад.

Крис, стиснув зубы, достал из рюкзака Чашу и начал устанавливать ее на зеркальную поверхность подноса, помещенного в центр круга на полу. Николь осторожно расставила свечи, дрожащими руками поджигая Латхиму одну за другой. Когда последний фитиль загорелся, в подвале стало еще темнее, будто огонь свечей поглощал свет, а не излучал его.

Вильям нервно смотрел на дверь, ведущую в тоннель, словно ожидал, что в любой момент ее могут распахнуть невидимые силы.

– Давайте поторопимся, – прохрипел он. – Я… я чувствую что-то… рядом.

Николь ободряюще улыбнулась, но ее уголки губ предательски дрожали:

– Это игра твоего воображения, вот и все. Мы сюда уже спускались, здесь ничего нет.

Крис добавил:

– Разве что крысы или пауки.

Аманда издала нервный смешок, вспоминая, как Крис точно также успокаивал ее в тоннеле. Она глубоко вздохнула, заставив себя сосредоточиться. Нельзя было медлить. Но и спешка ни к чему. Все четверо замерли вокруг подноса, отражения их лиц исказились на зеркальной поверхности, превращаясь в зловещие маски.

– Следуя инструкции, мы должны встать по периметру круга лицом к центру, – проговорила Аманда. – Камень Согласия тоже должен занять свое место на равных с нами. – Помедлив, она уточнила: – Николь, Вильям, вы уверены, что хотите в этом участвовать? Это может быть опасно.

Оба кивнули. Николь слабо усмехнулась:

– Из вас двоих получится так себе круг.

Вильям добавил:

– Судя по всему, этот ритуал очень мощный и требует много силы. Вам не справиться без нас.

– Хорошо, – кивнула Аманда. – Я буду читать слова из Книги Теней. Поэтому кому-то из вас придется взять на себя музыкальную шкатулку и следить, чтобы мелодия не затихла.

– Я могу, – в унисон вызвались Николь, Крис и Вильям.

Аманда замерла со шкатулкой в руках, переводя нерешительный взгляд с одного на другого. И протянула артефакт тому, кому доверяла больше всего. Тому, кто ее никогда не подведет. Крису. Тот прижал к себе шкатулку и занял свое место в круге, примериваясь к механизму, который было необходимо завести.

Остальные последовали его примеру. Аманда положила Камень Согласия между собой и Николь, а затем раскрыла Книгу Теней на нужной странице.

– На счет три начинаем ритуал, – скомандовала Аманда. – Каждый в своих мыслях должен желать, чтобы проклятие пало. Нельзя отвлекаться и разрушать круг. И да поможет нам кто-нибудь из всевышних, если мы что-то сделали не так. Один… Два… Три!..

Они открыла рот, готовясь произнести первые слова древнего заклинания, когда внезапно из глубин подвала донесся протяжный, утробный звук, похожий на далекий стон. Прежде чем они успели осмыслить происходящее, в воздухе повисло ощущение холодного сквозняка, и в зеркальной поверхности что-то смутно зашевелилось, будто на них взглянули из-за грани другого мира.

Аманда нервно сглотнула. Духи начинали свою борьбу с ними.

Она бросила выразительный взгляд на Криса, и тот завел музыкальную шкатулку. Мелодия, которая казалась такой заунывной в кабинете Элинор, наполнила подвал мягкими зловещими переливами. Печальная, тягучая мелодия словно вытягивала воздух из комнаты, заставляя каждого ощутить ее жуткий шепот на грани сознания. Это была песня, что звучала не ушами, а душой – тревожные ноты пронизывали до самых костей, вызывая холодный пот на лбу Криса.

Аманда начала читать слова из Книги Теней. Текст был написан на древнем, почти забытом языке, который эхом отозвался в стенах подвала. На удивление он читался легко. Слова буквально срывались с ее губ, словно были живыми существами, готовыми впиться в тусклый свет свечей и растечься по воздуху чернильными лентами.

Каждая строчка, произнесенная Амандой, словно пронзала темноту, разрывая ее на куски. И с каждым новым словом темнота сгущалась вокруг, словно пыталась вытолкнуть свет за пределы круга. Внезапно что-то треснуло – это был звук, напоминающий ломку сухих веток, и Николь ахнула, когда перед ней, будто из воздуха, начала проявляться фигура.

Ее двоюродная бабушка Милли стояла прямо напротив, в точности такой, какой была запечатлено на старом фото: молодая, смущенная, в том самом платье. Лицо Милли было спокойным, но в глазах читался коварный блеск, который заставлял всех вокруг чувствовать себя неуютно. Будто это была не Милли.

– Николь, милая, – произнесла Милли, и голос ее прозвучал как отголосок далекой грозы. – Они тебя обманывают. Эти твои друзья… Они не понимают, что делают. Ты же знаешь кто я, правда? Я хочу для тебя лучшего.

Николь застыла, не в силах отвести взгляда от духа. Милли сделала шаг вперед, и ее фигура стала более четкой, почти осязаемой. Аманда продолжала читать заклинание, но слова ее звучали все тише, как будто сила, исходящая от духа, заглушала их.

– Миллисент, – прошептала Николь, сжимаясь от страха. – Тебя нет…

– Разве ты действительно в это веришь? – усмехнулась Милли, и ее голос стал сладким, как яд. – Ты можешь прекратить это безумие, Николь. Тебе нужно всего лишь убрать из круга Камень Согласия. Одно движение – и я буду свободна. Ты спасешь меня. И себя. Ты сдержишь слово, данное своей бабушке – моей сестре. Ты дашь свершиться тому, что суждено.

Рука Николь дрожала, когда она потянулась к камню. Слова Милли проникали в ее разум, заполняя его сомнениями и страхами. Глаза Милли были гипнотическими, и Николь, казалось, тонула в их глубине. Но в последний момент она замерла, вспомнив слова Аманды: нельзя разрывать круг.

– Нет… – прошептала Николь, одергивая руку и выпрямляясь. – Ты не настоящая. Это всего лишь иллюзия!

Внезапно воздух сгустился, и фигура Милли исказилась, словно была сделана из дыма. Глаза ее вспыхнули гневом, и подвал наполнился ледяным холодом. Аманда не прекращала читать, и Вильям выкрикнул: