Чтение онлайн

– Скверно, скверно, - пробормотал он. Потом, вдруг сразу решившись. О'кей. Нет, Гарри, это не ложь. Все, о чем я рассказал тебе - правда. Только не вся правда.

По спине юноши струился горячий пот, хотя лоб оставался холодным. Сердце учащенно билось.

– Расскажите мне остальное.

– Такие компьютеры существуют. Один, по крайней мере. Ты ведь изучал историю Матричных Войн?

Гарри кивнул.

– Только не понял, почему их так называли. Они были, в сущности, религиозными конфликтами, когда Шигенари Шакамура пытался упрочить свою власть над Землей.

Глория и Джек посмотрели друг на друга. Гарри не смог понять значения этого загадочного взгляда, но почувствовал себя не в своей тарелке. Слишком много тайн делили между собой эти двое.

– Живые матрицы, - промолвил наконец Джек.

– Это многое объясняло бы, - заметил Гарри, - если бы они действительно существовали. Не осталось никаких документальных подтверждений. Биоэлектронные суперкомпьютеры - одна из бесчисленных легенд. Насколько я помню, одним из важнейших элементов Матричных Войн была их антитехнологичность. Ведь именно высокотехнологичное сообщество Луны считалось главным злом с точки зрения обитателей Земли.

– Ничего здесь не кажется тебе странным?

– Кажется. Та эпоха была эрой бурного развития техники. И борьба против такого развития - большой шаг назад в деле прогресса общества.

– Но если живые матрицы и не существовали вовсе, потенциально они могли быть созданы именно на Земле. Почему же этого не произошло?

Гарри не был уверен, сможет ли он ответить на этот вопрос.

– Ну, вероятно, проблемы их создания оказались гораздо более сложными, чем первоначально предполагалось. Так или иначе, в силу вступил Запрет. Живые матрицы - вне закона в каждом из миров Земной Конфедерации.

– Да. Но всегда находятся бунтовщики. Ты не полагаешь, что кто-то мог попытаться построить такой компьютер?

– Не знаю, - покачал головой Гарри.
– Если только имеется какая-то огромная, посторонняя сила, способная провести в жизнь Запрет и сама же нарушить его.

Джек заулыбался.

– Ну вот. Ты начинаешь схватывать суть...

– Хотите сказать, что именно вы установили закон о биоэлектронных вычислительных машинах? Но почему?

Джек встал, подошел к окну и задумчиво посмотрел на залитый неоновым светом город внизу. Он стоял, сложив руки на груди. Голос его зазвучал приглушенно.

– Я, конечно же, сразу понял смысл прохода по "норе". В сущности, это и не прохождение вовсе. Просто метод защиты, позволяющий обычной материи входить в "нору" и выходить из нее без опасности быть разрушенной. "Нора" - одновременно и проход, и Машина Времени. Она отбрасывает нас назад, а Лента Времени - тоже своего рода Машина Времени - перемещает нас вперед, в настоящее. Поначалу я не видел необходимости в Ленте Времени. Использование "норы" дает возможность достигнуть других звездных систем, и, даже если они существуют в прошлом, они все же существуют и могут быть использованы. Если не принимать во внимание наличие других разумных рас. Он умолк и повернулся к остальным.
– Зачем применяется именно Лента Времени? Да затем, чтобы защитить себя. Ящеры, как любая раса с болезненным чувством собственного достоинства, не желали, чтобы кто-нибудь копался в их прошлом. Но они оставили за собой право копаться в нашем. И я не смог с этим смириться.

Гарри попытался представить себе те бурные времена. Ящеры появились буквально ниоткуда и сразу же наложили жесткие ограничения на возможности человечества осваивать космос, подкрепляя эти ограничения угрозой непреодолимой силы. Подчинитесь нам, иначе мы разрушим ваше прошлое. Человечество, получившее вместе с пряником сверхсветовых путешествий кнут полного разрушения в случае неповиновения, немедленно капитулировало.

– И что вы сделали?

– Оставил Земную Конфедерацию. Я прибыл на Ариус, затаился и продолжил свои исследования.

– Я все же не пойму, почему живые матрицы были запрещены.

– Ящеры - не самые величайшие компьютерных дел мастера в Галактике. Я не хотел, чтобы они разобрались в сути дела, и скрыл еще кое-что. От всех - и от рептилий, и от людей. Обладая живыми матрицами, кто-то, в конце концов, обязательно наткнулся бы на то, с чем столкнулся я. Поэтому я запретил их. И провел закон в жизнь.

От голоса этого маленького человека повеяло холодом, и Гарри вздрогнул. Он попытался представить себе средства достижения Запрета и решил, что лучше ему не знать.

Он налил себе кофе. Теперь вкус его показался горьким и неприятным. Гарри поморщился и поставил чашку.

– Ну и что? Что теперь? Вы утверждаете, что являетесь обладателем единственного существующего суперкомпьютера и скрываете его. Чего вы добились?

– Кое-чего, - уклончиво ответил Джек.
– И я не намерен ничего сейчас обсуждать.

– Может, ящеры сумели что-то понять? Не послали же они сюда свой флот лишь для того, чтобы передать свой привет?

– Ну, это не самая главная проблема. Посмотрим, что можно предпринять.

– Уж очень вы спокойны, на мой взгляд.

– Пусть тебя не беспокоит флот, Гарри. Нас должно волновать, _к_т_о привел его сюда.

– И кто же?

– Эрл Томас. Ящеры не смогли бы сами найти причину, чтобы прибыть сюда. Им нужна была помощь. Это работа Томаса - узнаю его руку. Все это очень дурно пахнет. Он наконец сделал свой ход против меня, и я должен ответить, у меня нет выхода. Иначе он уничтожит все человечество.

Из кухни донесся звон колокольчика.

– Завтрак готов, - объявила Глория.

Напряжение понемногу начинало спадать. Лицо Джека приобрело выражение вежливого безразличия. Он вернулся к дивану и сел, уставившись на кофейный сервиз.

Глория исчезла в кухне и вернулась с двумя большими пиццами. От пузырящегося на их поверхности сыра поднимался пар, и Гарри вдруг ощутил волчий аппетит. Он взял ломоть пиццы обеими руками, не обращая внимания на жар, и жадно откусил огромный кусок.

– Пива бы сейчас, - проговорил он с полным ртом через секунду, и Джек рассмеялся:

– Отличный завтрак!

Гарри молча кивнул, продолжая поглощать пиццу.

– Почему Томас пытается сейчас вставить вам палки в колеса?
– спросил Гарри, откинувшись на спинку дивана. Сидеть прямо после такого плотного завтрака он был просто не в состоянии.

Лисье личико Джека прояснилось. Было видно, что вопрос ему понравился.

– Не знаю. Может быть, дело в его происхождении.

– Из черной дыры. Он пришел с вашим вернувшимся зондом.

– Можно и так сказать, - согласился Джек.
– Мой зонд, имевший дело с огромными гравитационными силами, был оборудован сенсорами для измерения изменений общей массы, какими бы мельчайшими они не оказались. Посмотрев отчеты, я обнаружил нечто неординарное. После того, как зонд вошел в "нору" в отдаленном прошлом, появились некоторые незначительные изменения. Но где-то на пути к настоящему возник куб, что было сразу же зарегистрировано, конечно. Масса зонда не изменилась сразу же после входа в "нору". Это случилось позже.
– Он вздохнул.
– По правде говоря, я даже не уверен, что "нора" имела к этому отношение. Принимая во внимание особенности свойств самого куба, можно предположить, что никакая черная дыра здесь ни при чем.