Основные поэтические книги Палаццески: «Белые лошади», 1905; «Фонарь», 1907; «Поджигатель», 1910; «Стихотворения», 1925; «Сердце мое», 1968.
Переводы стихотворений Палаццески выполнены для настоящего издания.
ПОПУГАЙ
На солнце его разноцветные перья,сверкая, меняют оттенки.Сто лет, как, на этом окне восседая,он словно считает прохожих.Не слышно, чтобы говорил или пел он.Прохожие, шаг замедляя, дивятсяпотехе, поют и зовут попугая,он смотрит в молчанье.Ему докучают,он смотрит в молчанье.
ДАЙТЕ МНЕ ПОРЕЗВИТЬСЯ
Канцонетта
Кри кри кри,фру фру фру,уйи уйи уйи,ийу, ийу, ийу.Поэт забавляетсябесконечно.Мешать ему бессердечно.Тем паче не надо злиться,дайте ему порезвиться,бедняжке,ведь он и не помышляето большей поблажке.Куку руру,руру куку,куккуккуруку!Что значит сие безобразие?Эти строфы… гм… экзотические?Вольности, вольности,вольности поэтические.Они моя слабость.Фарафарафарафа,Таратаратарата,Парапарапарапа,Ларалараларала!Хотите, растолкую?Да это же отходы.Прошу без оскорбленийне глупости — отбросыдругих стихотворений.Бубубубу,Фуфуфуфу.Фриу!Фриу!Но на кого рассчитавподобный бред?Зачем его строчит он,горе-поэт?Билобилобилобилобилоблюм!Филофилофилофилофилофлюм!Билолю. Филолю.Ю.Нет, неправда, что это не значит…Это значит кое-что.это значит…Сейчас вам все станет ясно:представьте, что кто-то поет,не зная слов.Но ведь это ужасно. Ужасно.А я нахожу, что прекрасно.Ааааа!Эээээ!Иииии!Ооооо!Ууууу!А! Э! И! О! У!Как вам, не знаю,а мне за вас неловко.Скажите честно — это не рисовка:мол, посудите сами,не так уж это трудно —грешить стихами?Уиск… Уиуск…Уишу… шушу,Шукоку… Коку коку,Шукоку.Но, юноша, вы многого хотитеот тех, кто не знакомс японским языком,Аби, али, алари.Риририри!Ри.А я бы не мешал ему кривляться,пусть корчит из себя паяца,он в результате прослывет ослом —и поделом.Лабалафалалафалала…и еще лала…и лалала лалалалала лалала.Такие сочинения вчераеще сошли бы с рук.Сегодня же, куда ни плюнь — вокругпрофессора.Ахахахахахахах!Ахахахахахахах!Ахахахахахахах!Тем более я прав,не возражайте,теперь, когда любой — ума палата,никто пророком не считаетпоэта —и дайте мне порезвиться!
ЯДОВИТЫЙ САД
Его окружает забор невысокий —от силы три пяди,и с улицы видно, что фрукты созрели.Тенистые ветвиогромных деревьевпрогнулисьпод грузомтяжелым.Плоды налитые лоснятся на солнце.Под сенью деревьев — замшелые камниразрушенной кладки.Под ними — могила, могила столетней хозяйки.Считалась бессмертной старуха,шаталась по саду,питалась плодами,одними плодами.В округе со страхом о ней вспоминают.Никто никогда не ступал за ограду,никто не прельщался плодами.Лишь к вечеру сотнями совы хохочут в деревьях.И падают, падают грузные фрукты,растущую гору внизу образуя,растущую горуиз тысяч плодов ароматных.
ДВЕ РОЗЫ
Бедный солдат,ты прижимаешь к вискам подушку,словно белой розы довольно,чтобы не так пылалаалаяу тебя внутри.Болью низвергнутый в ад,кто тебе сделал больно?
МАТЬ
— Мать, твой сын тебе лгал.— Он мой, как прежде.— Мать, твой сын дурной человек.— Он мой, как прежде.— Мать, твой сын украл.— Он мой, как прежде.— Мать, твой сын убил.— Он мой, как прежде.— Мать, твой сын в тюрьме.— Он мой, как прежде.— Мать, твой сын не в своем уме.— Он мой, как прежде.— Мать, твой сын бежал.— Он мой, как прежде.— Мать, твой сын мертв.— Он мой, как прежде.
ДИНО КАМПАНА
Перевод Евг. Солоновича
Дино Кампана(1885–1932). — Внутренне динамичная, безыскусно красочная, шероховатая, поэзия Кампаны, с ее кажущейся иррациона-листичностью, наивной барочной образностью и глубокой наполненностью слова, в значительной степени открыла перед итальянской лирикой XX в. путь к зрелости. Творческий мир Кампаны хаотичен, как и его биография: он не раз сидел в тюрьме за бродяжничество, был матросом, фокусником, пожарным, музыкантом, побывал во многих странах, жил какое-то время, по утверждению некоторых биографов, в цыганском таборе под Одессой. Умер Кампана в психиатрической лечебнице. Единственная его квига — «Орфические песни», — вышедшая в 1914 г. и дополненная в посмертных изданиях рядом неопубликованных стихотворений.
Творчество Кампаны знакомо русскому читателю по сборнику «Итальянская лирика, XX век».
СТЕКЛО
Удушливый летний вечер,отраженный стеклом наверху, месит отсветы в полутьмеи оставляет в сердце моем пылающую печать.Но кто это (над рекой зажигается лампадка), ктомаленькой мадонне на мосту, кто это, кто зажег лампадку?В комнатепахнет гнилью,в комнате алая гаснет рана.Звезды — перламутровые пуговицы, вечер одевается в бархат,и блуждающий вечер дрожит, блуждающий вечер — как тремоло,но в сердце,но в сердце у вечера вечная,алая гаснет рана.
ЛОДКИ У ПРИЧАЛА
Паруса паруса парусаПревращенные в чудо-хлопушкиЭто ветер творит чудесаПаруса паруса парусаУ причала как будто в ловушкеВолны жалобу их приглушаютС плеском треск парусины мешаютДружно рвутся взлететь в небесаПаруса паруса паруса
КОРАБЛЬ В ПУТИ
Мачта мерно раскачивается в тишине.Слабый свет, зеленый и белый, падает с мачты.Небо на горизонте чистое — темно-зеленое и золотистое после шторма.Белый квадрат фонаря наверхуОсвещает ночную тайну.В иллюминаторе — золотой треугольник лееровИ шар белого дыма над палубой,БеззвучныйЗа мерною музыкой воды под сурдинку.
ГЕНУЭЗСКАЯ ЖЕНЩИНА
Морской травой была ты повита,И пахло твое бронзовое телоНе очень щедрым на порывы ветром,Перелетевшим издалека.О простотаБожественная стройных форм твоих!Нет, не любовь и даже не томленье,А призрак, тень насущности спокойнойИ неизбежной наполняет душуОчарованием, покоем, счастьем,И кажется, что может в бесконечностьЕе увлечь сирокко.О, до чего же невелик и невесом в твоих ладонях мир!
БУЭНОС-АЙРЕС
В густом тумане судно осторожноСкользит, окутанное серым утром.Над желтою водой речного моряВнезапно возникает серый город.Диковинная гавань. ЭмигрантыТеряют голову, ожесточаются,Опьянены борьбою предстоящей.Пришедшие на пристань итальянцы,Одетые смешно по местной моде,Бросают апельсины в очумелыхОдносельчан. Портовый беспризорник,Дитя свободы, верное порыву,Глядит нетерпеливо на приезжих,В лохмотьях живописных пряча руки,И чуть кивает в знак гостеприимства.Но душит злость рычащих итальянцев.
На фоне самых светлых пейзажейПоступь воспоминанийВаша поступь пантерыНа фоне самых светлых пейзажейБархатная поступьИ взгляд поруганной девыВаша поступь безмолвней воспоминанийВы подходите к парапетуИ над журчаньем водыВаши глаза — нестерпимым свеченьем.
* * *
156
«На фоне самых светлых пейзажей…» — Это и следующее стихотворения посвящены поэтессе Сибилле Алерамо (1876–1960).
«Мгновение…»
МгновениеИ отцвели розыЛепестки облетелиОтчего мне все время мерещились розыМы искали их вместеМы отыскали розыЭто были мои розы это были ее розыСвое путешествие мы называли любовьюИз нашей крови из наших слез мы делали розыНедолго сверкавшие на утреннем солнцеМы их погубили на солнце среди колючих кустовРозы которые не были нашимиМои розы ее розыP. S. Вот и все и забыты розы.